Сумеречный стрелок 7 (СИ)

— Чтоб ты понимал, насколько начальник всего нашего СБ отбитый на всю голову и притом злопамятный, вкратце расскажу одну историю. Очень вкратце… Но ты уловишь суть.
— Да, слушаю, — я сделал глоток виски. Хм… насыщенный вкус.
Настасья Филипповна присела на край стола, повернувшись ко мне боком, и бросила задумчивый взгляд в окно.
— Когда я очутилась здесь после Эпицентра, Леонид был зам начальника СБ, и начал яйца ко мне подкатывать. Ну я и ударила по ним, что есть мочи, хах! — комендантша скривилась в усмешке. — А сейчас… говорят, будто я сплю с кем ни попадя. Это с его подачи слухи распускают. Но… я не из девочек, которые плачутся в жилетку. Боролась до конца. А теперь, похоже всё.
— Хранители вас не тронут, — ответил я.
— Да ты не знаешь его. Может что угодно наговорить, — с горечью в голосе ответила Настасья Филипповна, повернувшись ко мне.
— Вот увидите, — улыбнулся я. — Ничего не будет.
Комендантша бросила на меня изумленный взгляд:
— Ты меня, похоже, не успокаиваешь, а что-то знаешь…
— Да что может знать простой студент? — ухмыльнулся я. — Так, слышал от непростых людей, что Верховный очень недоволен им.
— А, кажется, я поняла… Ты же общаешься с принцессой, — ответила Настасья Филипповна, немного оживившись, и допивая стакан виски. Затем подлила себе ещё немного. — Ну тогда это обнадеживающие новости. Надеюсь, этот негодяй получит своё. Заслужил.
— Обязательно… И сынок его тоже… И вы что-то ещё хотели мне сказать, — я же видел, как комендантша бросала на меня извиняющиеся взгляды.
— Да… Сказать… Ты уж прости за вчерашнее, — комендантша снова отвернулась в окно. — Не знаю, что на меня нашло… В общем, пусть это останется между нами.
— Так ничего же не было, — ответил ей. — Я лично не помню.
— Да, ничего не было. Молодец, — довольно улыбнулась раскрасневшаяся от алкоголя Настасья Филипповна. — И молодец за то, что спас меня от тех тараканов. Думала, их уже вытравили всех. Ан нет, повылазили, твари.
— А откуда они вообще взялись? Это же мутанты.
— Отголоски последнего разлома… А, вы же еще не проходили по истории. — ответила Настасья Филипповна. — Десять лет назад был прорыв на Территории. Ну ладно… посидели, поговорили по душам, а теперь мне пора работать.
— Спасибо за искренность. Все останется между нами, — ответил я и, допив виски, поднялся из кресла и направился к двери.
— Главное себя береги, Иван, — бросила мне вслед Настасья Филипповна. — И не говори лишнего даже своим друзьям. Иначе заложат с потрохами.
Я кивнул и вышел в коридор. Интересная женщина. Надо бы у неё как-нибудь про Эпицентр поспрашивать. Что-то, как мне кажется, скоро будет, причем глобальное.
Внутренняя чуйка меня, Рагнара, Великого Лучника, никогда не подводила.
* * *
Неожиданный отпор от молодого графа оказался для Леонида шоком. Словно ушатом ледяной воды окатило. Тех, кто себе позволял так с ним говорить, по пальцам пересчитать. И все были рангом гораздо выше, чем он.
Ну, он ещё покажет этому Астафьеву! Скоро заглянет в пыточную, плюнет ему в лицо, и, как обычно, дежурный Хранитель закроет глаза на то, что тот немного почешет кулаки о своего обидчика. Но для начала нужно одобрение Верховного Хранителя. Когда они оставались одни, называл Леонид его по имени, Евпатием.
Они конечно не были друзьями, скорее хорошие приятели. Он помогал Хранителю перевозить тела замученных до смерти преступников в кремационную, а тот отвечал ему взаимностью: закрывал глаза на его проделки, а также способствовал избавлению от врагов. Именно поэтому Леонида так боялись все вокруг.
В этот раз его приятель развалился в кресле-качалке и курил трубку.
— Нет, ты представляешь, какой наглец⁈ — залетел в его келью Леонид, падая в соседнее кресло и доставая из внутреннего кармана пиджака толстую сигару. — Ещё дерзить мне вздумал!
Евпатий оглядел его странным холодным взглядом.
— Что за наглец? И что вообще произошло? — ответил Верховный. — Расскажи… только по порядку.
Леонид выложил всё и даже немного приукрасил от себя. В его версии Астафьев угрожал ему расправой. Теперь точно пацану хана!
 
Леонид отщелкнул один конец сигару миниатюрной гильотиной, затем поджег и выпустил клуб дыма. Он ожидал вердикта от Верховного Хранителя, но тот не спешил отвечать.
— И ещё, главное, кричать начал на меня, гаденыш, — подлил Леонид масла в огонь. Он это прекрасно умел делать. — Ну так что, мочим? И ещё надо уже эту стерву Настасью закрыть в пыточной вместе с ним. Задолбала она уже, ссучка.
— А кто такая Настасья? — вопросительно взглянул на него Верховный даже немного иронично. Сегодня он был очень странным.
— Так комендант общаги, где пацан живет, — объяснил Леонид. — Я ж тебе на прошлой неделе про неё говорил. Трахает он её, что ли? Защищает его, главное, тварина… моего сына начала оскорблять.
— И чего ты от меня хочешь? — вновь ироничный взгляд от Верховного. Леониду стало как-то не по себе.
— Наказать обоих, — хищно оскалился Леонид. — Можно даже прилюдно казнить.
— Нет, — ответил Верховный, поморщившись.
— Евпатий, ты чего? — лицо Леонида аж вытянулось от удивления. Чуть сигару из рук не выронил. — Мы же вместе работаем, так ведь? Что тебе стоит уничтожить этих клопов? Вспомни, как ты князей мочил!
— Я же ясно тебе сказал — нет, — Верховный пыхнул трубкой и положил её в большую стеклянную пепельницу. — И какого х*я ты залетаешь сюда без стука? А, партнер?
— Евпатий… Ваше сиятельство, я же не со зла. На моего сына напали, — пробормотал Леонид.
Что происходит, черт возьми⁈ Это ему снится⁈
— Пшёл вон отсюда, — указал костлявым пальцем на дверь Верховный, и безопасник нервно сглотнул.
— Если обидел чем, то прости, — голос Леонида внезапно осип. Он потушил сигару, положил чинарик в карман. — Я же как лучше хотел. Надо всего лишь было наказать обнаглевшего графа, да эту шлюху.
— Попробуй только тронь Астафьева и эту, как его… Настасью — привяжу тебя к жертвенному столбу во дворе… И сам лично брошу факел! — лицо Верховного побагровело, глаза чуть ли не вылезли из орбит.
— Хорошо, понял, — начальник СБ попятился к двери. — Отдохни, обдумай хорошенько…
— Иди-ка ты на х*й со своим «обдумай», — проскрипел Верховный и отвернулся в сторону большого окна в пол.
Да что происходит, мать его! Два Хранителя тут же появились возле гостя.
— Да сам я!.. — он отдернул локоть от руки, которую протянул один из них, и быстрым шагом вышел из комнаты.
Его только что послал Верховный! Евпатий! Как такое возможно? Что могло произойти?
Леонид выскочил во двор и, пошатываясь, побрел мимо ритуального пепелища к массивным дубовым воротам.
Он не помнил, как добрался до автомобиля, а, оказавшись в салоне, врезал кулаком по приборной панели, от дущи выругавшись.
* * *
Полина встретила меня у фонтана в голубом легком платьице с небольшим декольте, в которое мне сразу захотелось залезть, чтобы ощутить в руках упругую аппетитную грудь. Надо бы ей предложить ещё раз переночевать у меня. С Татьяной Васильевной я договорюсь.
— Наконец-то, — радостно улыбнулась Полина и, когда я подошел, чмокнула в щеку. — А то я уже начала волноваться. Мало ли что на уме у вашей Настасьи Филипповны.
— Все хорошо. У меня произошел конфликт с начальником СБ, и ей досталось. Вот и обсуждали, что делать будем дальше, — ответил я.
— Ого! — испуганно посмотрела на меня Полина, когда мы пошли по тропинке вглубь парка. — Это из-за того нападения?
— Ага, — улыбнулся я. — Но не переживай, все будет хорошо. Надеюсь… Если что, с принцессой поговорю, и решим проблему.
— Ну да, я ж совсем забыла, что у тебя есть хорошая знакомая… — хихикнула Полина. Судя по реакции, подумала она что-то пошлое.
— До стадиона? — предложил я.
— Да, больше некуда… Парк этот уже осточертел.
— И не говори, — улыбнулся я. — Вроде и большой, а уже каждый закоулок в нем изучили.