Газлайтер. Том 16 (СИ)

Альва встаёт и, мягко улыбаясь, подходит ко мне сзади. Её лёгкие руки скользят по плечам, умело массируя напряжённые мышцы, а её голос тихо мурлычет что-то приятное, едва слышное. Кажется, она знает, как расслабить меня лучше, чем кто-либо другой.
— Вот так-то лучше, мелиндо, — тихо шепчет она. — Тебе иногда тоже нужно немного отдыха.
Честно говоря, неплохой момент для расслабления, но, конечно, это долго не длится — вскоре в комнату входит Гумалин. Он кашляет, явно немного смущённый тем, что застал нас в таком моменте.
— Звал, шеф?
Я лениво открываю глаза и киваю Лакомке, давая ей понять, что разговор надо прервать. Она, слегка поглаживая мои плечи, отходит в сторону, но не без фразочки на прощание:
— Только не забывай, кто тебя расслабляет лучше всех, — подмигивает она, выходя из комнаты.
Гумалин, проследив взглядом за её уходом, грустно вздыхает:
— Вот бы и мне длинноногую блондинку… — мечтательно произносит он, но тут же встрепенувшись, одергивает себя. — Ой, шеф, прости, забылся!
Я фыркаю, разворачиваясь в кресле.
— Тебе тоже надо найти жену-альву, как и Морозову. Он заявку уже оставил.
Гумалин хмурится и качает головой:
— Ох, нет, шеф. Мне подгорная религия запрещает жениться на ком-то, кроме казидок, — с грустью отвечает он. — Вот и остаюсь холостяком. Жду свою казидку… длинноногую, златовласую, без бороды и без пуза…
— Хм, желаю удачи, друг. — Не уверен, что казидки с такими параметрами вообще бывают, но кто я такой чтобы судить? — А что там с амфорой?
— Честно говоря, масло всё ещё мутное, шеф, — нахмурившись, признаётся Гумалин. — Плохое получилось. Экспериментирую, но ничего особо хорошего пока нет. Новый раствор даётся только раз в неделю, и толку от него маловато.
— Ничего, разберёшься. Экспериментируй дальше, но поспешность ни к чему.
Гумалин неожиданно оживляется, когда его мобильник издаёт короткий сигнал. Он вытаскивает устройство из кармана и быстро пробегает взглядом по экрану, а затем, хихикнув, убирает телефон обратно.
— Шеф, мы с твоими вассалами собрались в баньку. Пойдём с нами? Расслабишься
Я на мгновение задумываюсь. Идея тёплой парилки и возможности немного отдохнуть кажется очень заманчивой.
— Ну, почему бы и не в баньку?
* * *
Невский замок, Невинск
Айра замедляет шаг и замирает перед большим зеркалом в коридоре. Она смотрит на своё отражение: новый черный ошейник с шипами обвивает её шею, блестит в приглушённом свете. Ликанка проводит пальцами по металлу, и в её глазах мелькает смесь облегчения и странного примирения с этим символом её положения.
Она слышит лёгкие шаги позади и вскоре рядом появляется Лакомка. Альва с мягкой улыбкой окидывает взглядом ошейник и произносит неожиданный комплимент:
— Вам очень идёт, принцесса.
Айра выдыхает, ощущая невидимую тяжесть на груди, и отвечает приглушённым голосом:
— Спасибо, дроттнинг…Можете со мной на «ты». И просто Айра.
— Аналогично. И просто Лакомка, — улыбается альва.
Айра снова смотрит в зеркало. Этот ошейник заменил позорное клеймо, которое, казалось бы, лучше ей подошло бы, но теперь, глядя на своё отражение, она осознаёт — он выглядит почти… стильно. Айра понимает, что снять его она не сможет, но с удивлением ощущает, что она не так уж и против. Зачем снимать? Конунг Данила защитит ее в случае чего…. Тот самый конунг Данила, которого Айра два раза пыталась убить…
— Знаешь, как напоминание оно тоже справляется. Всё в порядке, — спокойно говорит Лакомка, её голос звучит уверенно, как будто она верит в это чуть больше, чем сама Айра. — А не хочешь посмотреть мой сад?
Ликанка удивлённо поднимает глаза на альву. Лакомка — просто мастерица неожиданных предложений, и её тон был таким искренним, что Айра не смогла отказать. Она слегка кивает:
— Да, хочу.
* * *
В Невском замке баня, как положено, настоящая русская — с жаром, вениками и всеми традициями. Находится она в отдельной пристройке, недалеко от жилых покоев. Здесь всё продумано до мелочей: сначала раздевалка, где можно переодеться в лёгкие халаты или просто обмотаться полотенцем. Потом просторная комната для отдыха — посиделок, где уже стоит накрытая поляна: деревянные столы, полные закусок — копчёная рыбка, солёные огурцы, домашние квашености, и, конечно, ведро с ледяным пивом. На тарелках сверкают золотистые кусочки жареного сала, рядом аккуратно разложены ломтики колбасы. Всё, чтобы душа отдыхала и тело расслаблялось после парилки. Рядом — бассейн с прохладной водой, куда можно окунуться после жара, и сама парная — с лавками в несколько ярусов и большой каменкой, из которой поднимается густой пар. В общем, всё как полагается для душевной мужской компании.
  
Парни подготовились серьёзно: в углу сложены веники — берёзовые, дубовые, и даже крапивные для тех, кто любит покрепче. Всё как надо, с настоями для максимального расслабления. Уже разложились в бане, каждый с кружкой холодного пива, обмениваясь шутками и подшучивая над Гумалиным.
— Гумалин хотел банщиц позвать, шеф, прикинь, — смеётся Студень, потягивая пиво. — Но решили чисто мужской компанией. Ну, чтобы, знаешь, как по старинке — без лишнего женского взгляда.
— Чисто мужской, говоришь? — раздаётся голос от двери.
Все оборачиваются, и в проёме появляется Гереса — в одном полотенце, которое едва прикрывает её наготу. На её лице играет хитрая улыбка, а в глазах — лукавый огонёк.
— А что такое? — её голос полон насмешки. — Я ведь тоже вассал лорда Данилы, верно?
На миг в бане становится тихо. Студень, чуть покраснев, первым встаёт и уступает ей место.
— Ммм, ну, тут не поспоришь, — вздыхает он, садясь на другой полке.
Гереса с лёгкой грацией опускается на лавку рядом со мной. Крепкие бронзовые ноги воительницы моментально привлекают взгляды. Напряжение в одном месте почувствовал и я. Похоже, всё же стоило позвать банщиц…
Гереса резко поднимает кружку с пивом, её глаза блестят азартом:
— Ну что сидим, мужчины! С нами лорд! Разве это не повод радоваться⁈ За лорда Данилу! Мы здесь благодаря ему, и именно он ведёт нас сквозь все преграды и тёмные пути. Так выпьем за его победы — нынешние и будущие! За Данилу, который не только наш лорд, но и наш друг, брат по оружию и вождь, что всегда идёт первым в битву! За человека, который никогда не оставит своих!
Все тут же поддерживают её, поднимая кружки в воздух с одобрительными возгласами.
— За лорда Данилу!
— За конунга!
— За графа и нашего шефа!
И вот в этот момент её полотенце предательски соскальзывает чуть ниже допустимого, привлекая взгляды всех присутствующих. Гереса, не теряя ни капли достоинства, ловко поправляет его, даже и бровью не поведя.
— За милорда! — повторяет она, подмигнув мне. Хм, кажется, это вовсе не случайность, а часть тоста.
— Хороший тост, — усмехаюсь я и отпиваю из кружки.
Мы поднимаем кружки и пьем, пена чуть растекается по краям, но это никого не беспокоит. Жар бани, ароматы веников, раскаты смеха — всё сливается в единое ощущение спокойствия и дружеской теплоты. Гумалин, конечно, не пьет, но макает в пиво хлеб. Выпутался бородач.
После тоста разговоры идут свободно, без стеснения.
— Так как дела с компаниями? — спрашиваю я, наблюдая за тем, как Гереса с комфортом откидывается назад.
Студень первым поднимает руку, как хороший ученик.
— Утихомирил банду, которая тряслась возле моего ресторана. Пришлось попотеть, но всё спокойно теперь, — он говорит с видимым удовлетворением.
Дятел, не отставая, гордо заявляет:
— У меня тоже всё по плану. Неприятности утихли, порядок навёл.
Я киваю, пока внимание не привлекает Гереса, которая, откинувшись на спинку скамейки, говорит:
— В моём борделе тоже какая-то банда пыталась похулиганить.
— Девочки все в порядке?
— Да, в полном. И все сволочи уже под землей, не переживай, милорд, — богатыраша благодарно кивает и сразу морщится. — Но ноги растут от соседнего графа, Епатишко. Это его псы. Бордель раньше его бандитам ренту платил, но времена изменились. И как доложил один бандитос, когда я его мягко спрашивала…ку как женщины умеют, — обольстительно улыбается воительница, а мой взгляд невольно падает на ее крепкие кулаки. Ага, как женщина. Разве что вместо булавы чугунную сковородку использовала при допросе. — В общем, этот Епатишко с какого-то хрена послал говнюков в Невинск качать права. Якобы напомнить кто настоящий хозяин.