Поход самоубийц (СИ)
— Похоже, Хворь плохо влияет на шрау. Ленс влил в него зелье, но, похоже, оно действует не сразу. Помнится, в одной книге я читал, что… — он поморщился и замотал головой. — Да катись ты в бездну, тебя даже никто не спрашивал!
— Он сказал хоть слово? — спросил Ленс и кинул взгляд в угол.
Там, привязанный к стулу, сидел помятый заросший мужчина лет сорока в штанах и расстегнутой до живота рубахе, обнажающей грудь, покрытую язвами и наростами.
— Нем как рыба, — произнес Морган и кинул опасливый взгляд на дверь. — Вы считаете, мы здесь в безопасности? Быть может, нам следует вернуться на корабль, поднять паруса и поискать другой путь в Исслейм?
— Корабля у нас больше нет, думаю, как и команды, — разрушила его последние надежды Птаха. — И, похоже, то дело рук наших новых знакомых.
— Гребаные сельские свинотрахи, — выругался Спайк, взводя механизм арбалета. — Уже и отлить спокойно нельзя без того, чтобы тебе в задницу не пытались вилы воткнуть… Сука, кажется, у нас гости.
Птаха приоткрыла ставень, выглянула наружу и действительно — в мареве тумана показались темные тени. Харчевню окружили не менее трех дюжин жителей — взрослых мужчин и женщин, стариков или детей среди них не было — которые все прибывали и прибывали. В руках они сжимали серпы, молоты, вилы и мотыги. У кого-то даже был ржавенький меч или лук. Застыв на расстоянии в пару десятков шагов от таверны, горожане будто бы ждали приказа. И вот они словно по команде разом двинулись вперед.
Выругавшись, Спайк выстрелил в ближайшего жителя — паренька лет двадцати — который, поймав болт в грудь, упал лицом вниз. Однако через несколько мгновений он как ни в чем не бывало поднялся на ноги и продолжил путь. Спайк выругался еще раз — но теперь куда громче и грязнее.
Птаха же тем временем бросилась помогать Ленсу, Моргану и Тео баррикадировать дверь. Не успели они придвинуть к ней массивный шкаф, полный звенящей посуды, как в раскрытое окно позади Спайка полезла женщина с желто-серым лицом в грязном изношенном сарафане. Вмиг развернувшись, Спайк пустил болт ей прямо в лицо, разворотив щеку и выбив остатки зубов. Бабень рухнула на пол и попыталась было подняться, опираясь на ржавую кочергу, что несла с собой, однако к ней подлетел Тео — в чьих глазах отплясывали демонические огоньки — и что есть силы опустил каблук на затылок. Раз, другой, третий — в конце концов кость лопнула и на грязную древесину полилась темно-красная, почти черная кровь.
Дверь грохнула — а следом в нее вонзились топоры. Не успевший перезарядиться Спайк перехватил арбалет как дубину и со всей дури треснул лезущего в ближайшее окно горожанина, что выпал обратно с выбитой челюстью — но на его место тут же встало еще двое. Откуда-то сверху раздался страшный грохот и громогласный рев — похоже, кто-то из нападавших решил попробовать проникнуть в таверну через второй этаж и наткнулся на Зверя.
Ленс вместе со Спайком, который сменил пришедший в негодность арбалет мечом, рубили прущих в окна горожан, которые без устали лезли на смерть, точно гибель соплеменников нисколечко их не смущала, Тео проламывал головы поднятой им кочергой, Морган пытался подтащить к двери скамью, дабы укрепить баррикаду, вот только сделать этого он, увы, не успел. Дверь, изрубленная в щепы, пала, шкаф, покачнувшись, рухнул на пол, чуть не похоронив под собой прославленного вора, сквозь проем же протиснулся лысый бородатый бугай, ростом не ниже Архана.
Подлетев к здоровяку, Птаха со всего размаха ударила его в живот… Точнее сказать, попыталась ударить, так как тот успел перехватить ее кисть до того, как кинжал проткнул ему кишки. Схватив Птаху за вторую руку, верзила откинул голову назад и со всей дури боднул ее лбом в лицо. Что-то хрустнуло — скорее всего, нос Птахи — сама же она отлетела назад, прямо в связанного бюргера, и вместе с ним рухнула на пол.
Мужчина, лежавший рядом с ней, вдруг начал раскрывать рот — все шире и шире, покуда кожа с жилами тошнотворно не захрустели — и оттуда начало выбираться черное покрытое слизью щупальце с шипом на конце, которое, извиваясь змеей, поползло прямо к Птахе. Шип застыл в каком-то ногте от ее глаз, когда щупальце пригвоздил к полу весьма вовремя явившийся на помощь Морган. Не поднимаясь на ноги, Птаха воткнула Колибри в висок мужчины — тот мелко-мелко задрожал, и не успела она вытащить кинжал, как бюргер повторил судьбу старухи.
— Да на нас их затраханный город что ли охоту объявил!.. — зарычал Спайк, безуспешно пытаясь вытащить застрявший в покойнике у него ног меч. — Если переживем эту ночь — я тому уроду кишки голыми руками вырву!
— Сразу после меня! — выкрикнул Ленс, раскроив череп сгорбленному старику, что уже замахивался на него молотком.
Еще бы немного — и их бы тупо задавили числом, благо что горожане, казалось, вообще не чувствовали боли и перли вперед даже потеряв конечность. Вот только за окнами будто бы стало чуть светлей — и атака закончилась столь же внезапно, как и началась. Потеряв малейший интерес к их семерке, бюргеры поспешили покинуть харчевню. Короткое время — и в разгромленном зале остались лежать только безжизненные тела. На лестнице послышался тихий шорох — и на первый этаж спустился Зверь, который, судя по шерсти, испачканной кровью, тоже не терял времени даром.
— Кажется, нам нужно задать кое-кому пару вопросов, — тяжело дыша, проговорил Ленс, и голос его не сулил ничего хорошего.
По дороге до ратуши они не повстречали ни единой души. Охранники же, при виде их семерки, быстро сделали правильный выбор и просто отошли в сторону. Запертую дверь в кабинет Томаша Спайк вынес практически слету. Мужчина было потянулся к лежащему на столе пистолету, но Спайк ухватил Томаша за грудки, швырнул о стену, а потом принялся безжалостно топтать его сапогами.
— Хватит. Пока что, — спустя несколько мгновений Ленс остановил расправу; Спайк, явно вошедший во вкус, что-то проворчал, но все же отошел в сторону, поглаживая рукоять меча. — Какого демона тут происходит? Почему твои люди напали на нас?
— Это… это все Хворь, — простонал Томаш и сплюнул на пол кровью. — Проклятый туман меняет людей, превращая их… В то, что вы сами увидели. Как правило, после обращения, несчастные уходят прочь и пропадают без вести. Но иногда они возвращаются…
— И забирают с собой бывших сородичей, верно? — закончил за него Ленс. — А раз уж в город пожаловали чужаки — можно отдать их на съеденье тварям и спасти свои шкуры.
— А ты бы поступил иначе, будь у тебя такой выбор? — зло ответил Томаш.
— Ладно, хватит с ним болтать, ничего интересного он нам уже не скажет, — проворчал Спайк и шагнул к Томашу, на ходу вытаскивая из голенища нож.
— Убьете меня — и никогда в жизни не пересечете болота, — поспешно произнес Томаш, глядя на сверкающее лезвие. — Я дам вам баржу и людей, которые смогут договориться с ящерами.
Спайк с вопросом взглянул на Ленса, который, спустя несколько мгновений тяжелых раздумий, бросил:
— Обманешь — смерть покажется тебе спасением. Поверь, я знаю, о чем говорю.
Томаш коротко кивнул, кое-как поднялся на ноги, кряхтя и держась за ребра, а после направился на выход, кинув на Спайка неприязненный взгляд.
— Как это не удивительно — но у меня стойкое ощущение, что это еще не самое большое безумие, что нам предстоит увидеть, — пробормотал Морган.
И Птаха готова была подписаться под каждым его словом.
Глава 23
Утерев со лба пот, Птаха шикнула от боли и прихлопнула ладонью здорового комара, пристроившегося на ее руке, и поскребла ногтями кожу, на которой уже начинала взбухать красная точка.
Воздух на болотах был настолько влажный, что его, казалось, можно черпать ложкой. Мошкара, роем кружащаяся над их головами, настойчиво лезла в глаза и рот, кусалась, жужжала над ухом, не давая сосредоточиться.
Дело дошло до того, что вышедший из себя Архан, которому в фляжку с водой залетела жирная муха, произнес несколько слов и взмахнул руками. Спустя миг на гладкую поверхность Орриса дождем посыпались мелкие черные тушки, которые начала радостно поглощать рыба, однако не прошло и пяти минут, как воздух вновь заполонили летающие паразиты.