20-ть любительских переводов (сборник)

– Не уйду, – ответил ей вожак.
– Как знаешь, а мы уходим, – сообщила она.
– Он поможет нам, как только наденет доспехи.
Несмотря на то, что я был в доспехах, страх окутал меня. Мой разум отказывался приспосабливаться к подобным моментам. Если бы я, использовал все свое мужество, имеющееся в моем инвентаре, я бы все равно дрожал в испуге, и именно поэтому я ничего не делал и просто молчал.
Мать и ее щенок убежали.
Мой пёс продолжал сидеть под вратами. Прежде, я никогда не видел его, таким рыдающим. Он был лишен чувства собственного достоинства. Однако огонь вскоре погас, пыльная буря наконец-то исчезла, не оставив ничего, кроме руин и моего любимого пса.
Вооружившись несколькими утешительными фразами, чтобы хоть немного взбодрится обоим, я шагнул к выходу.
Его взгляд блуждал повсюду, но только не в сторону моего лица.
Я начал говорить.
– Заткнись, – прервал он меня.
– Ладно, – ответил я.
Затем он начал хохотать, не громко, но злобно, и, наслаждаясь своей речью произнес: «Знаешь, все это было испытанием. С самого первого дня нашей встречи, даже самое незначительное событие, было частью великого плана».
– И чей это был план? – поинтересовался я.
– Конечно не твой, – его смех становился громче, – можешь остаться снаружи или убежать обратно в свою маленькую крепость. – Ты проигрываешь, в любом случае.
Это было редкое и странно удивительное чувство, когда ты совсем не понимаешь, что происходит.
Наконец, на мгновение, он взглянул на меня. Затем поднялся и отступил на несколько шагов, на этот момент некоторая моя техника была отключена. Почерневшая лужайка, была снова забита собаками, взрослыми и хорошо вооруженными. Большой пёс, которого по-видимому еще в прошлом году пристрелил мой любимчик, снова был жив. Вернулся пропавший младший брат, живёхонький и все еще злой. Затем я подумал, что тот пёс, которого я тогда метко прибил, не был никому братом, просто еще одним балбесом, попавшим в эту невероятно сложную схему.
Огромная стая, маршировала прямо ко мне.
Я забежал внутрь, запер врата и собрал все свое мужество, но прежде чем иллюзорное чувство безопасности снова овладело мной, та самая соседка – чудовище, вышла из своего укрытия.
Она не носила доспехов.
На самом деле, на ней почти ничего не было. Сапоги, подходящие для длительных походов, плотно облегали её обнаженные ноги, загорелая грудь, на шее обруч из превосходной стали, украшенный варварскими шипами и отполированный до блеска. Но что этот блеск, по сравнению с ее лучезарной улыбкой, что разрушила последнее чаяние, моего мира.
* * *
  
Два образа жизни
 
* * *
Все достаточно просто, или ты живешь (или проживаешь) в себе, никого не видя и не слыша, ради какой-то цели, или действительно ЖИВЕШЬ... всего лишь пару вариантов образа жизни, всего лишь...
* * *
© Two Ways Of Living by Robert Reed, 2017
© Переведено с английского by Genady Kurtovz, июль 2022 год. 
* * * 
Я съел все, что было на моей кухне, и этого явно было недостаточно. А ведь это только начало. Через дорогу от меня, присутствовал ярко освещенный ресторанчик, работающий всю ночь и обещающий, как что-то жареное, так что-то и вареное. В погоне за следующим угощением, я ковыляю к лифту, и четырьмя этажами ниже, пошатываясь, выхожу в коридор. Там я натыкаюсь на женщину. Она стоит прямо на моем пути, а за ней, с интересом обнюхивая окружающий мир, крутится занятная маленькая собачка, породы шелти.
 
Хм… собака – это то, что всегда меня сбивает с толку. И как следствие, не видя её под ногами я спотыкаюсь, падая и слыша, как кто-то говорит: «Плохо, очень плохо». Потом, я безвольно лежу на полу.
– Прости, очень простите, – произносит её собачка.
«Все больше и больше животных, оснащены искусственным интеллектом, – вот только небольшая выборка новостей, которая застала меня за завтраком». 
– Ты в порядке? – встревоженно спросила женщина.
Это то, что я пытаюсь решить. К счастью, падение было легким, и мои главные кости не пострадали. Подобно сердцу и печени, ключевые части моего скелета всегда остаются здоровыми, во время длительного голодания.
– Все хорошо, не волнуйтесь, – рискнул ответить я.
Но она, не обращая на меня никакого внимания, вновь спрашивает: «С тобой все хорошо?»
– К сожалению, ощущаю себя очень виноватым, – отвечает собачка. Она говорит не ртом, звук исходит откуда-то из широкого металлического ошейника: «Виноват, я очень виноват».
– Ты не виноват, – успокаивает женщина своего питомца, – это не было твоей виной.
Ага. Теперь ко мне пришло понимание происходящего.
В конце концов, женщина сподобилась взглянуть на меня. Обычно в такие моменты, люди издают нежные успокаивающие звуки. И похоже она не из тех людей, которые рявкают, подобно моему тренеру в спортзале.
– Вы можете встать?
Тренеры пугают меня. А я слишком резво перехожу в сидячую позу, и как результат, в глазах играют звездочки.
– Мне позвать кого-нибудь? – спросила женщина, явно желая, чтобы я ответил отрицательно.
Я покачал головой, усиливая при этом головокружение.
– Где вы живете? – продолжила она расспросы.
– Здесь, – пробормотал я.
Узколицые и хорошенькие. Думаю, что обоих моих спутников можно так описать. Собачка обнюхивает меня. Женщина пристально рассматривает меня. Мои заостренные скулы, запавшие глаза.
– Прежде, я вас никогда здесь не видела, – сообщает она мне тоном, полным подозрениями.
Я мог бы ей всё рассказать. И это впечатляет и оскорбляет почти всех. Но мне хочется избежать долгих разговоров. Поэтому я отвечаю коротко: «Я передвигаюсь по рабочим делам».
– Ну да, ну да, – произносит она таким тоном, когда обычно не верят тому, что им говорят, – однако вы выглядите не очень здоровым человеком.
– У меня был небольшой сбой, – лгу я.
– Судя по вашему внешнему виду, у вас рак, – и повернувшись к своей собачке, спросила, – тебе знаком этот человек?
Я наблюдаю, как ярко-черный и очень влажный нос, прокладывает себе путь по моей ноге.
– Очень застарелая вонь в лифте и на этаже, – выносит вердикт лохматый эксперт. Это звучит так, как будто говорит шестилетний ребенок, похоже мальчик, а возможно нет.
Ну мне от этого не сильно легче. Я же не на допросе, и я уж точно не виноват, я просто умираю с голоду.
– Прошу прощения, но мне необходимо добраться до места, – сообщаю я, пытаясь встать.