Невеста с подвохом, или Ну, держись, проклятый демон! (СИ)

- Будьте добры, Силуян, прочитайте вслух.
Кивнув, дворецкий его светлости взял в руки свиток, прокашлялся и зачитал:
«Я, Ардор Гранвиль, назначенный Его Величеством распорядитель Кархенского отбора невест, сим письмом уведомляю всех и каждого, что в случае моей кончины, моя должность распорядителя по умолчанию переходит к человеку, который известен под именем Тильман. Он получит право назначать испытания и объявить победительницу отбора. Подтверждаю, что именем короля за мной закреплено право назначать себе замену в случае моей внезапной смерти».
Некоторое время в Жемчужном зале царила тишина. Нарушил ее голос одной из невест.
- Ваша светлость... – в этот момент никого не удивила смелость Сайи Даркин, обратившейся к герцогу. – Это все правда? У отбора теперь новый распорядитель?
Реол Кархейский с тяжелым вздохом, словно нехотя ответил:
- Письмо подписано собственноручно соэном Ардором - его подпись мне достаточно хорошо знакома, - и закреплено его фамильной печатью. А это значит, что все, услышанное нами ранее, - правда.
Тильман с почтительно улыбкой склонил голову.
- Благодарю вас, ваша светлость, что развеяли все сомнения в сложившейся ситуации.
- Однако... – неуверенно произнес герцог. – Ардор заранее передал вам свою должность в случае его кончины, как будто знал, что...
Слова повисли в воздухе – его светлость не договорил, но, уверена, догадка пришла в голову не только мне.
Гранвиль заблаговременно назначил себе замену, как будто знал, что... вскоре умрет?
Тильман пожал плечами.
- Сожалею, ваша светлость, но на этот вопрос может ответить только его сиятельство. Вернее, мог бы. Если бы было жив.
Он обвел взглядом невест и сказал почти равнодушно:
- Очень скоро я объявлю о третьем испытании, соэллы. Надеюсь, вы будете готовы.
С этими словами под встревоженными взглядами собравшихся, Тильман покинул Жемчужный зал.
  
Глава 14. ВИЗИТ АЛЬВИНЫ МИЗАН
 
В свою комнату я вернулась в сопровождении Бертины.
- Что вы думаете, соэнья? – спросила я ее.
- Сложно сказать, соэлла, - задумчиво ответила моя дородная компаньонка. – Новый распорядитель отбора – такого прежде никогда не случалось. Более того, распорядителем стал человек, которого никто не знает, даже его светлость. – Бертина задумалась. – Тильман... никогда не слышала это имя прежде.
- Однако судя по всему, Тильман все это время был здесь, - сказала я. – И похоже, его знал Гранвиль.
Загадочная фигура нового распорядителя ставила в тупик. При всей злонравности Гранвиля, я бы предпочла его человеку, который молчаливым наблюдателем все это время находился в замке, притворяясь слугой.
- Если задуматься, - сказала Бертина, - то, возможно, присутствие здесь этого человека было предусмотрено Его Величеством. Он находился здесь тайком, как залог того, что отбор продолжится – на тот случай, если что-нибудь произойдет с его сиятельством. Это разумно, вы не находите, соэлла?
- Разумно, - кивнула я. – И если вы правы, то новый распорядитель будет просто исполнителем воли покойного Гранвиля, и ход отбора не изменится. – Хорошенько подумав, я добавила: - Но если вдруг все пойдет по-другому...
- По-другому?
- Не так, как было во время прежних отборов, - все еще пребывая в задумчивости, машинально сказала я.
Бертина словно хотела спросить что-то еще, но наш разговор был прерван – в дверь моей комнаты постучали.
Мы с моей дуэньей подозрительно переглянулись.
- Я открою, - сказала она.
Когда дверь открылась, на пороге я увидела гостью. Признаться, визит меня даже не удивил. Рыжеволосая не покидала моих мыслей с самого утра, когда подслушала наш с Мараем разговор.
- Соэлла Мизан? – холодно приветствовала Альвину моя дуэнья. – Что привело вас в покои соэллы Сюзанны?
Бертина даже не пыталась за любезностью скрыть, что видеть здесь невесту, как-то превратившую меня в толстушку, она совершенно не рада. Однако Альвину отсутствие гостеприимства не смутило. Она мило улыбнулась, нашла меня взглядом и воскликнула:
 
- О! Соэлла Сюзанна!
Бертина изогнула недовольно рот; от ее внимания не ускользнуло, что ее сейчас демонстративно проигнорировали.
- Я пришла к вам, как к подруге, поговорить по душам. Вы ведь, помнится, обмолвились, что считаете меня подругой.
Я скептически выгнула бровь, мол, что за ересь вы несете, милочка?
- На первом ужине его светлости, помните? – как ни в чем не бывало продолжала улыбаться рыженькая. – Тогда, помнится, поблизости был Марай, он должен помнить, говорят, у демонов хорошая память. В отличие от людей. Может, стоит его позвать?
Я скривилась и выдохнула.
- Ах, да-да, припоминаю, как-то нарекла вас своей закадычной подружкой. Не надо никого звать.
- Ой, ваша правда! – согласилась Альвина. – Не будем никого звать. Тем более, я хотела поговорить с вами наедине.
Она положила руку на грудь и сказала проникновенно:
- Хочу раскрыть вам, что у меня на сердце. Вы ведь уделите мне время?
Возле двери громко втянула ноздрями воздух Бертина.
- Боюсь, я не могу оставить молодую госпожу без присмотра, соэлла Мизан, - твердо заявила Бертина. – Она порой крайне невнимательна. Съест, бывало, что-нибудь случайно, а потом ни в одно платье влезть не может. Как ее компаньонка, я должна за ней присматривать и не оставлять ее одну надолго.
Если тонкий намек Бертины на толстые обстоятельства и дошел до Альвины – а он наверняка дошел, - то вида она не показала. Не удостоив мою дуэнью даже взглядом, продолжала смотреть на меня.
- Что вы скажете, соэлла Сюзанна? Насчет разговора по душам. Я тут планировала идти к новому распорядителю, чтобы замолвить словечко в свою защиту, объяснить, что меня зазря обвинили, и заодно рассказать, кто на самом деле та невеста, которую вчера вечером хотел вывести на чистую воду его сиятельство. Ну, вы помните: невеста, соблазненная Мараем. Но сначала я решила поделиться с вами.
Она невинно похлопала глазами.
- Или, думаете, мне стоит сразу идти с этим к распорядителю Тильману?
Я цыкнула от досады, а Бертина посмотрела на меня большими глазами, в которых стоял вопрос: «Невеста, соблазненная демоном? Только не говорите мне...»
Черт бы побрал этого коротышку. Его хомячество только запутал все. Но не объяснишь же, что на самом деле меня никто не соблазнял, да и искал Гранвиль вовсе не соблазненную невесту, а ту, которая сняла с демона печать? Придется без объяснений. Потому что от рыженькой я, похоже, просто так не отделаюсь.
- Прошу простить, соэнья, не могли бы вы оставить нас с соэллой Альвиной наедине.
Я старательно изобразила милую улыбку.
- Для разговора «между нами девочками».
Бертина смотрела на меня неодобрительно, всем своим видом как бы говоря: «Боюсь спросить, во что вы вляпались, соэлла, только не вляпайтесь еще сильнее, сделайте одолжение».
Но вслух, тяжело вздохнув, она сказала другое:
- Что ж, как женщина, я понимаю ценность женской дружбы. Поговорите, конечно.
Перед тем, как выйти, она остановила тяжелый взгляд на Альвине:
- Только печеньем не увлекайтесь, соэллы. Оно портит талию.
Когда дверь моей комнаты закрылась, и мы остались наедине, дружелюбная улыбка сошла с лица Альвины Мизан. Посмотрев на меня требовательным взглядом, она спросила:
- Кто такая Дайнари?
*   *   *
- Кто такая Дайнари? – спросила Альвина Мизан, как только дверь за Бертиной закрылась.
«Хороший вопрос, - подумала я. – Прям с порога быка за рога берет. Да-да, я помню, что рыженькая бывает решительной».
- Дайнари? – изобразила непонимание я. – А кто это?
Альвина нахмурилась от раздражения.
- Это я у вас спрашиваю! Бросьте притворяться, я слышала, как вы произнесли это имя в разговоре с Мараем.
Знаю, что слышала, подумала я, но подразнить рыженькую так и подмывало. Она ведь наверняка думает, что, раз подслушала разговор между мною и демоном и кое-что теперь обо мне знает, то я у нее на крючке. Пусть думает.