Куда идем мы… (СИ)

Сначала потянуло ветерком, и Псих забеспокоился.
— Что ты дергаешься? — поморщился Жир.
— Ветерок не нравится.
— А что не нравится? Мне, наоборот, в кайф. Комаров сдувает.
— Пахнут не ахти этот ветерок. — сказал Псих, принюхиваясь. — Больше тебе скажу — воняет конкретно. Поисковой магией воняет. Босс, слезь с лося и пошли пешком. И побыстрее. Боюсь, дорогие товарищи, что нас уже засекли.
Вскоре после этого и появился патруль.
Ну как — патруль? Патрульный.
Это был тигриный демон, качающийся в оборотня.
Он появился в своем зверином обличье — с диким рыком выпрыгнул на тропу со стороны Жира. Рев был страшен настолько, что Четвертый сам не понял, как от страха оказался глубоко в кустах.
Зато свин труса праздновать не стал и с разворота ударил тигра своими граблями.
Тот отскочил в сторону и перекинулся в гуманоидную форму.
— Вы что, безумцы — смерти ищете? — зарычал он. — Эй, алло, монахи, вы берега попутали? Это земля Желтого Соболя, в ней мы вас и прикопаем. Ты же мне кровь пустил, хряк!
— Это мы сейчас разберемся, кто кого еще прикопает! — завопил свинтус и, размахивая граблями, ринулся на врага.
Но тигроид, который был без оружия, боя не принял — он опять перекинулся в звериную форму и большими прыжками помчался к скалам, расположенным неподалеку. Вскоре он уже бежал обратно, размахивая двумя мечами из красной меди.
— Ну все, поросеночек. — обещал он на бегу. — Сейчас ты будешь визжать. Нет — ВИЗЖАТЬ.
И началось месилово. Сталь граблей билась о красную медь, Жир, на первый взгляд, достаточно успешно теснил противника, но Психу что-то не нравилось.
Он морщился, наблюдая бой, и чем дальше, тем сильнее. Наконец, обезьян не выдержал:
— Блин, дебил толстый, куда он прет! Он же только-только после смены класса, ни фига еще к урезанным способностям не привык, ему осторожно надо драться, в глухую защиту уходить и на контратаках действовать. А он своими граблями машет, как мельница крыльями. Блин, не могу я на это смотреть. Короче, Босс, сиди в своих кустах тихо, я к свину. Вдвоем мы этого тигра быстро завалим и вернемся.
Обезьян махнул посохом против ветра, наращивая размер и полетел на невидимом сноуборде в сторону драки, ловко лавируя между деревьями.
Подход подкрепления оборотень заметил заблаговременно. Быстро оценив свои шансы, он опять перекинулся в зверя и бросился бежать.
— Не отпускай его! — закричал Псих. — Кончать его надо, иначе подмогу приведет! Лётом зажимаем с двух сторон!
Запыхавшийся Жир молча кивнул — дескать, понял, с ходу на бегу тоже оседлал ветер и помчался вслед тигру. Оба монаха демонстрировали высший пилотаж скольжения по пересеченной местности, виртуозно огибая препятствия. Тигр потерял свой главный козырь — преимущество в скорости.
Минут через пять случилось неизбежное — загоняя с двух сторон, они прижали противника к скалам. Оказавшись в безвыходной ситуации, оборотень свирепо зарычал и бросился в самоубийственную атаку на преследователей. Монахи, спрыгнув с оседланных ветров, кинулись ему навстречу, размахивая граблями и посохом.
Казалась, развязка близка, но за секунду до столкновения тигр применил какое-то заклинание. Из остановившегося тела выскользнула едва заметная тень, с невероятной скоростью полетевшая вперед. При этом оставшаяся позади тигриная тушка рычала, махала лапами, пытаясь зацепить Психа и Жира когтями, и вообще вела себя совершенно естественно. Монахи же азартно охаживали тигра сталью, не замечая, что творится у них за спинами.
А тень между тем обрела плоть, на бегу подхватила брошенные мечи и кинулась к Четвертому, с ужасом наблюдавшему за происходящим из кустов. Юноша вдруг понял, что он даже не крикнул и не предупредил товарищей о происходящем.
Четвертый открыл рот, но было уже поздно.
Легко уклонившись от попытки Драка поднять противника на рога, оборотень схватил монаха за шиворот свободной рукой и вместе с ним прыгнул в появившийся портал.
Где-то в Архаринском секторе
 
Амурской локации
49°45′ с. ш. 130°15′ в. д.
Из портала тигр с монахом выпали на присыпанную песочком площадку у входа в пещеру.
Тигр первым делом уронил Четвертого на землю и велел лежать, после чего связал ему руки за спиной. Затем он привел себя в порядок, заткнул оба меча за пояс и велел часовому:
— Доложи князю — вернулся Полурыжий с добычей и новостями.
Часовой вернулся минут через десять и кивнул в сторону открытой двери:
— На доклад.
Тигр вошел с гордо поднятой головой и чеканя шаг. Четвертого он тянул за веревку, словно собачку.
Внутри их ожидали двое.
Один — невысокий демон с мелкими чертами лица и в богатых одеждах, похоже, и был Желтым Соболем. Второй явно происходил из птичьего племени. Судя по общей коренастости, большой голове и крючковатому носу — выбился в люди из сов.
— Смотри, Филин, — гордо сказал Соболь, — как мои орлы охрану несут! Монаха добыл. Причем, судя по отсутствию оружия, мозолей на руках и общей расслабленности — монах не боевой, то есть почти наверняка — мясная порода.
— Молельные монахи — они полезные! — подтвердил Филин. — Диетический продукт. Люди говорят — их мясо для печени хорошо. Чистит. На ужин приготовим?
— Погоди. — прервал гурмана предводитель. И велел тигру — Рассказывай!
— Докладываю! — тигра сделал четкий шаг вперед и поклонился. — Был на задании по охране наших рубежей. Через ветер получил сигнал о нарушении границы. На месте обнаружил трех монахов — этого и еще двоих демонов с оружием. С ними — верховой лось. Один из нарушителей, толстяк со свиной головой, применил оружие без предупреждения, нанеся мне легкое ранение. На предупреждение о том, что находятся на вашей земле, нарушители не реагировали, вели себя агрессивно.
Вынужден был вступить в бой со свиноидом. Немного позже в бой вступил второй монах, редкой для наших мест масти — из обезьян. Из Китая, что ли, забежал? Ввиду преобладающих сил противника я решил покинуть поле боя и, согласно по уставу, доложить командованию. Для чего применил фамильное заклинание «Цикада сбрасывает свою оболочку» и, дезориентировав противника, покинул поле боя. Увидев этого, решил уйти порталом с добычей. Этот не дрался, сидел в кустах. Да, еще — лось у них, кажись, боевой. Пытался совершить нападение на меня. Патрульный Полурыжий доклад закончил.
— Молодец! За образцовое выполнение воинских обязанностей и проявленные при этом мужество и героизм получаешь благодарность и награждаешься ценным подарком! За подарком вечером зайди, я тебе огузок от монаха отрежу.
— Служу Желтому Соболю! — рявкнул тигр.
— Ох, оглушил! Погоди, не уходи. — велел Желтый Соболь и задумался. — Из обезьян, говоришь… Из обезьян… Что-то про обезьян в докладах было недавно.
И он вопросительно посмотрел на Филина. Тот на секунду напрягся, потом ответил:
— Недавний разгром банды Черного Медведя близ Валдгейма в Еврейке. Но там в докладах двое монахов фигурировало — мясной пацан и боевой обезьян. У пацана, если монахи не врут, «Святость» есть. Мартышка была послабее Черного, но много выше среднего уровня. Уцелевшие члены банды говорили — никто, кроме атамана, ему был не соперник.
— Отставить ужин! — велел Желтый Соболь. — «Святость» радикально меняет дело. Да и Черный был силен, если этот обезьян хотя бы вполовину так же хорош, это открывает куда более широкие перспективы, чем просто сожрать монаха на ужин. А теперь у них еще третий появился. Интересно, где они его взяли?
 
Тут опять в разговор вступил Филин.
— Ваше сиятельство, помните, я вам докладывал о маге-свиноиде, работающим по индивидуальным заказам? Ну, у которого мы логово так и не вычислили? Перспективный кадр, но с нами на контакт идти отказался. Может, это он к ним примкнул? Это плохо, потому что он много чего умеет.
— Свинья драться точно умеет. — рискнул влезть в разговор старших тигр. — Не лох.