Помощница (СИ)

  
1
 
История Алекса и Варвары
Автодорога Дон показалась мне идеальной и даже сказочной в сравнение с нашими деревенскими дорогами. Я вообще редко куда-то выезжала, поэтому идеальные разметки и гладкая, как стекло дорога, скорее напоминали мне автомагистрали из зарубежных фильмов и сериалов.
— Чего притихла? — усмехнулась моя старшая сестра Ольга, обгоняя на своем новеньком бордовом седане очередную фуру, — свыклась со своей новой ролью?
Ольга старше меня на десять лет. Вчера, ближе к вечеру, она явилась в наш небольшой домик в деревне под Воронежем и огорошила меня очередным своим капризом.
Оля всегда была такой. Властная, взбалмошная. «Идущая по головам» — так всегда говорил про нее наш дед, который уже два года лежал парализованный после инсульта.
Сестра вошла в дом и с порога заявила, что забирает меня в город для сверхважного задания.
— Зря что-ли я вам деньги посылала каждый месяц. Отрабатывать надо, — рявкнула Оля и с брезгливостью взглянула на лежащего на кровати деда.
— А за дедушкой кто ухаживать будет? Я даже в институт не поехала поступать, чтобы за ним смотреть.
— Тетка. Пусть и она поработает.
— Она сама с давлением часто мучается, — пытаюсь уговорить я сестру, — свои две тысячи можешь больше не высылать. Справимся без них.
Ольга оправила свой пиджак, оранжево-желтого цвета, и едко пропищала.
— Если не согласишься на мои условия — сильно пожалеешь, Варька. Я ведь могу и заявить на тебя куда надо и полетишь ты из этого дома вместе со старым хрычом. Заодно и штраф тебе нарисуют. Посмотрим как тогда запоёшь.
После ее слов дед дергается на кровати, а я стыдливо опускаю голову. Сестра всегда знает, куда надавить.
Когда дедушка начинает мычать и дергать одной рукой, я подхожу к кровати, чтобы как-то его успокоить.
Вся наша семья, когда-то большая, а сейчас из нее остались только мы с дедом и тетя Галя, не любила Олю. Она с детства была другой, не деревенской. Словно из другого мира. В семнадцать лет она уехала из деревни и уже двенадцать лет жила в столице.
Столица приняла ее очень хорошо, с распростертыми объятьями так сказать. Наверное, потому что она была там своей. Поклонники, вечеринки, деньги — вот ее привычный столичный уклад. А полтора года назад она вышла замуж за какого-то крутого айтишника. Нас на свадьбу не позвали, да нам и ехать не на что было. А полгода назад мы узнали, что у Оли появился сын, но спустя два месяца она сообщила, что развелась. Тетя Галя тогда даже возмущалась — мол в столице все такие несерьезные и безответственные. А я, после этой новости, всё время думала про Олиного малыша — с такой разгульной мамой, что будет с Андрюшей.
Угрозы и шантаж сестры сделали своё дело и на следующее утро мы выехали в столицу. Ехать больше пятиста километров, но для бешеной собаки, как говориться….
— Ну ты чего молчишь, Варька?
— Задумалась, — отворачиваясь к окну, бормочу сестре.
— Думай. А я тебе пока суть твоей роли расскажу. Главное помни, что любой твой фокус закончится плохо. Пожалей деда, Варюха.
Я беспомощно сжимаю кулаки и Оля начинает свой рассказ.
— С Алексом мы познакомились два года назад через его лучшего друга Никиту. Жена Никиты жила со мной в одном доме и мы с ней часто выбирались тусить в клуб. На очередной такой вылазке, ее тогда еще парень, пришел с другом и я решила во что бы то не стало затащить этот мешок с деньгами в постель. На лицо он был шикарен, фигура средняя, но главное Алекс почти всегда молчал. Я семь кругов ада прошла, чтобы его хоть немного подпоить, а после ещё больше, чтобы соблазнить. Всё таки десять лет насыщенной сексуальной жизни в столице дали о себе знать и мы переспали. В постели этот компьютерный гений был так себе, но актриса я прекрасная, поэтому кричала тогда как бешеная. Ору, а в глазах россыпь купюр из его портмоне. Кайф…
Я брезгливо поморщилась, а Оля только хохотнула и прокричала.
— Да, Варька! И такие мужики бывают. Я потом узнала, что он больше любит с компьютерными программами зависать, а не с бабами мутить… Но что-то я не туда ушла…. Так вот. Встречались мы крайне редко и только по моей инициативе, но всё же я стала строить планы по его окольцеванию. Его счета в банке не давали мне покоя. Никита со Светкой тогда уже поженились, а я всё ждала-ждала. Ну как ждала — трахалась на стороне, он ведь редко подпускал меня к себе. И вот когда я поняла, что он ускользает из моих рук, я типо забеременела. Справку ему приволокла и он охерел. Я тогда чуть не спалилась и не рассмеялась, глядя в его ошалелое лицо. Но он мужик ответственный, поэтому тут же сообщил, что ребенок должен появиться в полной семье, то есть в браке. Он — дурак детдомовский — оказывается с детства именно так и видел свою семью — мама, папа, дети… А я потом бах и типо потеряла ребеночка. И опять эти ошалелые глазища, но уже никуда не денешься — штамп в паспорте стоит. Вот тогда-то я и ушла в загул. Мужу говорю, что хожу по психологам, а сама отжигаю с мужиками. Домой прихожу, а он даже жалеть меня пробовал, представь. Мужик со скудным эмоциональным диапазоном утешает жену, которая от мужика к нему пришла. Смех…
 
Мне стало совсем противно. Какой же сукой надо быть!
— Я с ним больше не спала. Он сильно не просил — я ж больная после выкидыша. Я ему минетик раз в месяц-полтора сделаю и всё на этом. Жила как в сказке, деньги текли рекой. Но всё испортил этот чертов Никита. У них со Светкой сын родился и Алекс начал говорить про нашего ребенка: роди… роди… Замучил меня. Я вновь прикинулась больной и такую схему провернула, очуметь можно… В общем договорились с суррогатной матерью и она выносила нам сына. Денег угрохали много, но и я наварилась не меньше. Я ему одни суммы озвучиваю, а сурматери отдаю в два раза меньше… В общем тогда пришлось левый счет открыть и в банк кататься часто. Но я и тут вывернулась — сказала, что вам деньги высылаю, а сама крутила все новые и новые схемы. Кстати и вам пришлось из-за этого по двушке высылать. А потом все резко обломилось. Алекс заболел. Саркома. И все деньги плавно перешли на счета больниц и реабилитационных центров. Бл…ть… лучше бы он помер и мне их оставил.
Я зажимаю виски руками и с бешеным оцепенением продавливаю в душу страшное умозаключение — моя родная сестра самый настоящий зверь.
Ольга ненадолго замолчала, состроив маску ярости на лице и я решила высказаться.
— Неужели можно желать смерти человеку, из-за каких-то никчемных бумажек?
— Бумажек! — восклицает сестра, — это у тебя, дурёха, бумажки, а у Степанова столько было бабла и он всё! Понимаешь! Всё его угрохал на лечение. И толку особого нет — дохлятиной костыляет по дому и за компом теперь не так часто сидит. Поэтому денежек у него теперь тю-тю, нетУ. Но ничего, ради ребенка он выкарабкается и опять будет при деньгах. И в этот самый момент, я заберу у него пацана, чтобы получать нехилые алименты с Алекса. Вот как раз для этой цели ты мне и нужна — ты должна отслеживать его финансовые поступления. Каким образом — я тебе расскажу позже. Но самое главное, ты должна нянчиться с пацаном, чтобы службы опеки не лишили меня прав. Степанов подал в суд, чтобы ограничить меня в правах, но я на заседании так сыграла. Оскара мне точно не хватает! Я выла, что ещё не оправилась после прошлого выкидыша, и что Андрея на самом деле очень люблю, но в силу психологической травмы, не могу с ним сейчас быть. Но обязательно попрошу родную сестру приглядывать за ним. И представь судья поверил. Ха-ха. Судья — толстый мужик, а я такие взгляды на него бросала, что он мне даже записку через адвоката потом передал, старый кобель. Им я ещё займусь, а Алекса с пацаном ты возьмёшь на себя.
— Как же это мерзко… — начинаю я, но Ольга меня сразу же перебивает.
— Ой, святошу из себя не строй. Кто после бабкиной смерти её подпись подделал на документах, чтобы в ее доме остаться жить? Я что-ли?
— Это во благо. Нам с дедушкой нужно было где-то жить…