Смелая женщина до сорока лет
– Да, кстати! – сказала жена Сергея Ильича. – Выпьете чаю?
– Спасибо, спасибо, мы пойдем…
* * *Даша ждала такси и представляла себе, как муж будет смеяться и глумиться над ее рассказом. Над злопамятным сценаристом, над благодушным священником, над сопляком-ухажером и, главное, над ней. Домой идти не хотелось.
Тогда она вообразила, что рассказывает всё по-другому – так, как ей думалось, пока она не вошла в ту квартиру, где чай и разговоры о Боге и совести. Наврать бы мужу, что Сергей Ильич шантажом добился от нее секса. Но тогда муж может просто выгнать ее за дверь, он такой. От этого ей совсем расхотелось домой, просто напрочь.
Может быть, позвонить Богдану, он хороший, он всё поймет, он поверит, он успокоит? Нет, как-то нелепо. Тогда надо было еще у лифта сразу кидаться ему на шею.
Значит, домой не хочется, к Богдану – глупо.
Она отменила такси и пешком пошла в какую-то третью сторону.
Посол доброй воли
повесть зело душеполезна
Ресторан назывался «Амбассадор», потому что и гостиница, в первом этаже которой он располагался, тоже называлась этим красивым словом, которое в переводе с иностранного обозначает «посол». Поэтому на эмблеме гостиницы и на вывеске ресторана был лаконично изображен самоуверенный, но изящный мужчина в черном костюме, белой сорочке и с галстуком-бабочкой. А чтоб его не спутали с официантом, у него через плечо была красная орденская лента и восьмиконечная звезда на правом борту пиджака – ну вылитый посол небольшой, но гордой державы.
А вот немолодой мужчина – скажем прямо: пожилой мужчина; скажем еще прямее: старик, подошедший к летней террасе ресторана «Амбассадор», – выглядел совсем по-другому: одетый чисто, но очень скромно, сутулый и, главное, вовсе не уверенный в себе. Он робко огляделся, присел за крайний столик, достал из кармана носовой платок и обтер лысину.
Было жарко. Июль. А в этом городе летом часто доходило до тридцати пяти. «Амбассадор» был на солнечной стороне Александровской улицы (бывшей Пролетарской, бывшей Десятилетия Октября, бывшей Сталина). Тент с изображением всё того же амбассадора с бабочкой и звездой совершенно не давал прохлады. Наоборот, казалось, что в тени тента еще душнее.
К старику подошел официант, держа в руках целых четыре папки – основное меню, бизнес-ланч, бар и «летний привет от шефа». Раскрыл, разложил на столе.
– Напиточки перед заказом? – и он перечислил все разновидности лимонадов, холодных чаев и безалкогольных коктейлей. – Или кофе желаете?
– Сынок! – сказал старик. – Я просто посидеть присел, передохнуть. Жара видишь какая.
– Сударь, – решительно, хотя вполне корректно, возразил официант, – так нельзя. Или вы заказываете, или вы уходите.
– Да я ж просто посидеть! У вас же пусто совсем!
Действительно, на летней террасе не было никого, а если вглядеться в широкие затемненные стекла – то и внутри тоже никого не было. Бармен, стайка официантов у стойки – и охранник у дверей.
Официант пожал плечами:
– Извините, такое правило.
Потом вроде бы сжалился:
– Закажите хоть что-нибудь! Самое типа недорогое. И сидите хоть три часа. Хоть до закрытия.
Старик поводил пальцем по строчкам меню.
– Что ты, сынок. Тут одна газировка стоит как полкило сосисок!
– Тогда извините.
– Да пожалуйста, – вздохнул старик.
– Извините – в смысле вам придется уйти.
– Прямо вот взашей меня выгонишь?
– Ну зачем же… Я надеюсь на ваше благоразумие.
Он повернулся и пошел к дверям, ведущим в зал. Обернулся. Сделал рукой жест «идите прочь».
Старик, однако, не уходил.
Ну что я буду описывать скандал, который начался? Ну что я буду рассказывать, как четверо официантов и один охранник обступили столик и начали сначала по-доброму уговаривать старика уйти, потом громко кричали всякие нелестные слова, а потом кто-то даже попытался вытащить из-под него стул. Почему? Да очень просто! В народе это называется «пойти на принцип». Наверное, официантов разозлило непонятное упрямство старика – так вот же! Кто кого переупрямит?
Вдруг из дверей выскочила совсем юная официантка с подносом. На подносе стояла маленькая бутылка минеральной воды, пустой стакан с ломтиком лимона и трубочкой и блюдце с тремя «мадленками».
– Кушайте, дедушка! – сказала она, обернулась к своим бессердечным друзьям, сверкнула серыми, полными слез глазами и крикнула: – Отстаньте от него! За всё заплачено!
– Наташка! Дура совсем? – всплеснула руками другая официантка. – Сама, что ли, заплатила?
– А кто? Ты, что ли?
– Смотри, разоришься всех бомжей кормить!
– Он не бомж! – возмутилась Наташа. – Просто пожилой человек. А вы злые!
– Сама дура!
Старик сидел посреди этого галдежа, глядя на открытую минералку. Со дна бутылки поднимались пузырьки.
Но тут настало второе «вдруг».
Вдруг мимо террасы проехал шикарный автомобиль. Кажется, даже «бентли». Ну в крайнем случае «майбах». Автомобиль тормознул, дал задний ход, хлопнула дверца, и оттуда выскочил мужчина в дорогом светлом костюме:
– Федор Семеныч! – бросился он к старику. – Как тесен мир! В ту пятницу мы с вами гуляли по Ницце, и вот пожалуйста!
– Привет, Коля! – сказал старик, чуть привстав и протянув пришельцу руку. – Тоже решил в родные края наведаться? Что у тебя там в «Опербанке»? А то я слыхал…
– Держимся, Федор Семеныч! Пока что держимся! – он обвел глазами официантов и засмеялся: – Счастливая встреча сотрудников с хозяином?
– Для кого-то счастливая, а для кого-то не особо! – сказал старик и вдруг тоном, не допускающим возражений, сказал: – Директора мне! Как его там? Кузьмин Марк Геннадьевич, что ли? Ну-ка быстро!
Через две минуты директор стоял перед столиком, лопоча: «Федор Семенович, как рады мы вас видеть…» и всё такое.
– Хреново с кадрами работаешь, Кузьмин! – сказал старик. – Ты уволен. Директором комплекса «гостиница-ресторан Амбассадор» назначаю Наталью… как твоя фамилия и отчество, деточка?
– Шустова, Наталья Сергеевна.
– Образование у тебя какое?
– Экономический факультет, четвертый курс! На пятый перешла. Я просто летом тут подрабатываю.
– Вот и отлично. То, что надо. Назначаю Наталью Сергеевну Шустову!
– Что вы! Я недостойна! – сказала она.
– Справишься! – И обратился к теперь уже бывшему директору: – Передашь ей дела, Кузьмин. Прямо сегодня. Приказ тебе пришлют. И выходное пособие будет, не кисни!
Он поднялся из-за стола, по-стариковски чмокнул Наташу в щеку и, обернувшись к своему знакомцу, приехавшему на «бентли», стал говорить с ним о своих бизнес-делах: банки, курсы, акции, доли и всё такое…
Наташа смотрела ему вслед, и счастливые слезы текли по ее щекам. «Я недостойна… – шептала она. – Но я справлюсь!»
Наташа разогнала всех сотрудников, наняла новых, главным бухгалтером взяла своего молодого человека, и они за три месяца раздербанили весь бизнес, так что осталось только здание, которое потом задешево купил Коля, который на «бентли». Ну или на «майбахе».
А Федор Семенович проклял себя за то, что читал вот такие добрые и нравоучительные истории и решил, старый дурак, сам попробовать.
О чашке воды и награде за нее
продолжение темы
Однажды в жаркий день, когда на улице дышать было нечем и асфальт плавился под ногами, какой-то пожилой бедно одетый мужчина зашел в полупустой прохладный зал дорогого ресторана, присел за столик и попросил стакан воды…
Чтоб не тянуть историю, скажу коротко: старик был оборванный и бедный, и его чуть было не выставили вон. Чуть – потому что одна молоденькая официантка заступилась за него и принесла ему бесплатно воду из кулера. И даже сказала несколько добрых слов. Вроде: «Сидите, дедушка, отдыхайте».