Табу (СИ)

— Обязательно побеседуй с ним! — крикнул в спину водитель.
Настрой и правда после его историй и направлений поменялся на боевой. Мысленно я планировала влететь в квартиру, загнать Коршунова в угол и спросить прямо, что он чувствовал. Потому что игры в прятки перестали приносить веселье.
Под ногами шуршал гравий, узкую дорожку освещали жёлтые фонари. Температура воздуха упала до отметки в четырнадцать градусов, отчего приходилось периодически вздрагивать и потирать замёрзшие ладони. На развилке около злосчастного пруда я резко остановилась, так как неподалеку впереди громко хохотала пьяная компания молодых парней.
В голове тоненьким колокольчиком зазвенело напоминание: "Ты в одном тренче поверх белья, Эва! Туда нельзя!" Несмотря на тот факт, что фонари работали только с левой стороны озера, я без раздумий шагнула вправо в темноту. Потому что убегать от местной шпаны в темноте точно не планировала.
Достала телефон из сумочки и с досадой осознала, что гаджет за день работы и пересылки фото Калашниковой сел. Приходилось медленно брести вперёд и надеяться не споткнуться.
Резко из темноты, словно призрак, выскочил парень и едва не снёс меня с ног. Он со скоростью света убежал к развилке.
Если бы только я не брела на каблуках по гравию. Если бы только надела обувь чуть удобнее, ничего бы не случилось. Но такие вещи изменить нельзя.
Наступив на острый камень, я неустойчиво закачалась и пошатнулась влево к кустам и озеру. В попытке сохранить баланс, сделала несколько маленьких шагов, зацепилась за траву каблуком и упала коленями в холодную влажную землю. Наверное, боль должна была отвлечь от остального, только чувствовать я перестала. Лишь огромный спазм, сковавший горло.
Я кричала. Потому что передо мной из кустов торчала неестественно вывернутая женская нога.
  
Глава 27
 
— Ещё раз, Эвелина Павловна, как выглядел тот парень? Постарайтесь вспомнить хоть что-то! — недовольно скрипел следователь. Мужчина лет сорока в растянутом сером свитере и брюках с миллионом карманов — своим не очень ухоженным видом и повадками гопника совсем не напоминал сотрудника полиции. Зато его сосед по кабинету сверкал голливудской улыбкой, поправлял синий пиджак и иногда красный галстук, приглаживал покрытые гелем волосы и предлагал выпить настоящего турецкого кофе. Именно Алексей помогал мне успокоиться и завершить истерику, структурировать воспоминания и попытаться дать чуть больше информации для поимки преступника.
— Было темно, — слабо оправдывалась я.
— Ну, не настолько же, — рявкнул Михаил и со всей дури шандарахнул кулаком по столу, отчего мы с Алексеем синхронно подпрыгнули и переглянулись. Мужчина посмотрел на меня с состраданием, с долей понимания и капельку виновато. Ему, как и мне, было некомфортно от поведения коллеги.
— Ты бы с дамой аккуратнее себя вёл, — мягко предложил его напарник и поставил на стол перед моим носом чашку с кофе.
Часы на стене только пробили три ночи, жутко хотелось спать, слипались глаза, а перспектива вернуться в родную квартиру и упасть на диван рядом с Кириллом Витальевичем, не обсудив важных вопросов, совсем не прельщала. Расставить точки над “i” — единственное, что я желала больше сна.
Мне посчастливилось увидеть труп девушки, которая лежала в кустах совершенно обнаженная, с вывернутой головой и страшными стеклянными глазами, устремлёнными в небо. Та сама компания ребят, из-за которых я и пошла по неосвещенной дорожке, оказалась вполне культурной и понимающей. Они прибежали на мои истеричные вопли, оттащили подальше от места преступления, успокаивали из всех сил и всячески отвлекали. Кто-то позвонил в полицию, один побежал следом за таинственным незнакомцем, про которого я тотчас рассказала.
Уже через пятнадцать минут место оцепили люди в погонах. Они отгоняли любопытных зевак, исследовали всё и тщательно допрашивали меня. На тот момент их интересовала только внешность возможного убийцы, с которым мне удалось столкнуться.
 
Чуть позже меня отвезли в отделение, посадили на деревянный неудобный стул, от которого быстро заболела попа, и спрашивали одно и то же миллион раз. Михаил был четко убежден, что я внимательно разглядела убийцу, но из-за страха и стресса не могла помочь.
— Да какая же это дама, — пробурчал мужчина и отвернулся к окну.
Алексей в тот момент аккуратно подтолкнул кружку с кофе ко краю, чтоб я наконец взяла напиток и немного отвлеклась от не слишком радужной реальности. Чтоб хоть как-то поблагодарить снисходительного следователя, схватила онемевшими пальцами кружку и сделала пару глотков.
— Чувствуете, какой вкус насыщенный? — воодушевился мужчина. — Я его привёз из Турции.
Лишь сдержанно кивнула в ответ и натянуто улыбнулась. Михаил сложил руки на груди и вновь повернулся к нам.
Сначала в состоянии шока кабинет показался небольшим и уютным. Стоило только буре эмоций улечься, и я поняла — тут вокруг было грязно, пыльно, слишком много бумаг, оберток от орешков и прочего мусора. Лишь на столе Алексея царил почти идеальный порядок.
— Мы любезничать не обязаны, — сухо прокомментировал Михаил, смерил меня строгим взглядом и быстро вылетел в коридор. Дверь с треском закрылась за мужчиной, после чего его напарник сразу же зашептал:
— Вы извините, Эвелина, что так получается. Просто нехорошая картина вырисовывается, мы все на нервах. Начальство из Москвы приехало, нагоняев всем раздали по очереди. И Мише больше остальных досталось — у него характер не сахар, так что вступил в перепалку не с тем человеком. Теперь отдувается. Если мы этого м*дака не поймаем, то полетят головы. А может и ещё жертвы будут.
По телу пробежал озноб, и я крепче схватилась за кружку с кофе. Казалось, такое не могло быть правдой. В наши-то времена, в век технологий? Как же так получилось?
— Может, это вообще совпадение, прошлую девушку почти три месяца назад нашли, — слабо предположила я, хотя была уверена — это всё не просто так. Особенно приезд московского начальства и общая настороженность в отделе.
Алексей покачал головой, вздохнула и почти перегнулся через стол, чтоб перейти на почти неслышную сбивчивую речь.
— Это уже четвертая жертва, Эва. Четвёртая! А его никак поймать не могут. И патрули поставили, и даже по телевидению предупреждение для девушек сделали, и проверили всех подозреваемых так называемых — ничего.
Я тяжело сглотнула и растерянно пробормотала:
— Но везде писали, что нашли одну девушку. Про других ничего.
— Вот именно, чтоб не пугать общественность решили никому не говорить. Просто повезло, что это не вылезло никуда. Самое интересное, что даже сегодня в парке патрулировали наши, и всё равно труп. Поэтому очень важно, чтоб ты хоть что-то вспомнила. Даже мелочь.
В кабинет снова зашёл хмурый Михаил, прошёл к своему рабочему месту и спокойно опустился на стул. Взял в руки лист, ручку и уставился на меня. Выжидающе, с долей безысходности.
Изо всех сил напряглась и постаралась вытащить из памяти всё:
— Он точно был высоким, не меньше ста девяноста сантиметров, — Михаил встрепенулся и стал всё записывать. — Худощавый, широкие плечи. Фигура в темноте сначала показалась массивной, но толстовка болталась. На голову он натянул капюшон, так что лица я не разглядела, но кожа рук светлая очень, бледная даже. Брюки карго чёрные или темно-серые, с кучей карманов. Белые начищенные кроссовки, с тёмным логотипом сбоку. Возможно, он просто шёл мимо, обувь вроде бы была чистой. А там, где я упала, грязи много. Точно, ещё на спине на толстовке тигр большой желтый был!
Михаил кивнул и спокойно стал задавать уточняющие вопросы. Про время, про походку, про компанию в парке, которая внезапно испарилась после того, как меня отправили в отделение. Попросили описать тех парней максимально подробно, ведь они весь вечер нарочито громко играли на гитаре, дурачились и всячески привлекали внимание, особенно на это клевали патрульные. И Алексей сразу предположил, что они могли быть как-то связаны с убийцей — почему бы и нет?