Табу (СИ)

— Замуж вышла, вот и перестала приходить. Живёт недалеко, так что ты остерегайся.
Хирург расхохотался, а Коршунов ещё сильнее нахмурился и сжал моё плечо.
— Так, сотрясения нет, как я вижу, что очень хорошо. Всё же рекомендую в больницу на прием сходить, если состояние не улучшится. Сейчас побольше воды, меньше стресса, — в кармане мужчины завибрировал телефон, он сдвинул брови при виде имени на экране и внезапно стал серьёзным. — Всё, ребята, мне пора.
Я опомнилась, когда лязгнула дверь в подъезд, но хирурга на горизонте уже не было. Мы с Кириллом даже не успели сказать ему спасибо за помощь в позднее время. Начальник дотащил меня до машины, после без особых затруднений поднял на руках на нужный этаж. К счастью, по пути мы встретили нашу вездесущую бухгалтершу. Она приветливо просияла и достала телефон из кармана. Я не обернулась, но была уверена, что женщина втихаря нас сфотографировала в качестве доказательства для Колобка.
Уже в квартире мужчина участливо уточнил, пойду ли я завтра на работу.
— Пока не решила.
Шеф задумчиво поджал губы и посмотрел на свою половину дивана, куда я бессовестным образом забралась. Раскинулась в позе звезды и пялилась в потолок. Но только до того момента, пока глаза не закрылись от усталости.
Будильник не прозвенел, хотя автоматически срабатывал всегда. Лениво я сначала ощупала соседнее койко-место и убедилась, что Кирилл Витальевич уже проснулся. Следующий пунктом стал поиск телефона — он обнаружился на стуле рядом с запиской от шефа:
“Сегодня на работе вас не жду.”
Часы показали почти обед, и мне с ужасом пришлось признать, что план Коршунова удался — у него получилось заставить меня прогулять один день на работе, даже если причина могла бы считаться уважительной.
Такой возможностью стоило воспользоваться. И я сперва прибралась в квартире, спрятала на антресоли наряд из клуба, чтоб никто и никогда не нашёл бы его. Перемыла посуду, постирала бельё, очистила всю ванную комнату, выудила спрятанный когда-то ковёр с абстрактным рисунком и бросила в гостиной для большего уюта. Даже протёрла окна и многочисленные растения, что закрывали все подоконники, прятались на полках и полу.
Впервые в жизни я собиралась прислушаться к словам бабушки и попытаться соблазнить начальника. А для этого требовалась чистота и интимная атмосфера.
На генеральной уборке подготовка не закончилась. Я хотела купить новую миленькую пижаму, которая бы едва всё прикрывала и выглядела достаточно сексуально, чтоб заставить мужчину задуматься о плотских утехах. К счастью, голова уже не трещала, и никаких признаков болезненного состояния не проявилось.
Конечно, главной феей-крёстной в такой миссии стала Светка. Я написала подруге и попросила посоветовать магазин с хорошим бельём. На что Лана радостно согласилась проконсультировать ничего не понимающую меня, ближе к вечеру буквально заставила идти мыться и наводить марафет перед походом в магазин.
По задумке сошедшей с ума блондинки я должна была взять с собой минимум вещей и обязательно бежевый тренч, который девчонки подарили на восьмое марта. Далее нужно было ехать в магазин за бельём, купить два самых красивых и развратных комплекта. Потом примчаться в офис к подруге, когда уже никого не будет на месте. Переодеться, немного привести себя в порядок. И в итоге заявиться домой в нижнем белье, прикрытом лишь плащом и моей скромностью. Естественно, кроме прочего требовалось выследить Коршунова и обязательно поехать домой на такси только после него.
Мне было страшно. Хотя бы потому, что я не представляла реакции Кирилла Витальевича.
Ситуацию спасала Калашникова, которая звонила мне каждые полчаса и радостно бегала до нашего этажа, чтоб выследить Коршуна. Тот спокойно восседал в кабинете и тихонько перебирал бумажки. Зато Машка заинтересовалась активностью подруги и стала расспрашивать, что же такого произошло, раз блондинка десятый раз за два часа заявляется к ним в кабинет и срывает работу. Но Светка знала, что Белова обычно отлынивала от любого физического или умственного вида деятельности, когда представлялся случай, поэтому с милой улыбкой игнорировала Машку.
 
Наконец-то мне удалось купить баснословно дорогие кусочки ткани и резиночек, что Ланка наивно назвала крутыми и модными комплектами белья для раскрепощённых тигриц. Блондинка оценила обновки и восторженно присвистнула, когда я надела их.
— Теперь он точно от тебя не сбежит, — радовалась Калашникова и колдовала над моей прической. В итоге она решила просто сделать крупные локоны и закрепить всю красоту лаком. С восхищением подруга осматривала меня со всех сторон и горделиво комментировала. — А ты роковая штучка, оказывается!
Последним в списке шёл макияж. Время поджимало, рабочий день в “Тренде” закончился уже как десять минут, поэтому Светка просто припудрила моё лицо и отправила на разведку.
— Я там под дверь на лестницу камень положила, как будто проветривается, — подмигнула подруга. — Так что можешь тихо проползти. Ещё лучше будет, если ты Кирюшеньку своего в кабинете поймаешь и в углу… ну, то самое! Оприходуешь!
— Именно так и сделаю, — с кислой миной согласилась и побежала на наш этаж. Над головой нависла опасность встретить Борщёва, только он обычно даже не замечал отсутствия сотрудников, так что вряд ли мог бы предъявить хоть что-то.
Каблуки громко цокали по лестнице, пришлось их снять и понадеяться на уборщицу — обычно она каждый день вечером мыла всю лестницу. Я дошла до самой двери и аккуратно заглянула в холл: около лифта стоял Кирилл Витальевич и Белова. В белой блузке, до ужаса напоминающей мою собственную, с рюшами, которую я надевала на девичник в клубе.
Чтоб не быть замеченной, спряталась за стеной и замерла. Свет на лестнице через десять секунд погас, и раздался голос Машки:
— Знаете, а ведь я боюсь лифтов, — кокетливо хихикнула подруга. — Фобия такая с детства. Мы с подругами недавно в “Водевиль” ходили, вот я там в лифте застряла и очень испугалась. К счастью, один мужчина меня отвлек и практически спас от истерики. Только я мало что помню, перенервничала сильно.
Сердце пропустило пару ударов и учащённо заколотилось.
— Правда? — заинтересовался шеф. — Забавное совпадение. Я тоже там был. И застрял с одной прекрасной девушкой в лифте. Как думаете, Мария, это могли быть вы?
  
Глава 26
 
Лифт лязгнул железными дверями, унося с собой флиртующую Машку и отвечающего взаимностью Кирилла Витальевича. Кокетливый смех подруги ещё пару минут раздавался в голове, отчего стало перед глазами всё поплыло. От безысходности я схватилась пальцами за стену в попытке удержаться в вертикальном положении, прислонилась к ней спиной и медленно сползла вниз.
Было плевать на то, что под легким плащом надето только бельё. Что я выгляжу как сумасшедшая. Что на полу грязно и холодно. На душе стало настолько погано и тоскливо, что захотелось заесть горе шоколадом.
— Ты чего тут? — рявкнула Светка, внезапно оказавшаяся на лестничной клетке. Подруга подхватила меня под локоть и с силой дёрнула вверх. — Чего нюни распустила? Отшил что ли?
В горле застрял огромный ком непролитых слёз обиды, поэтому я мотнула головой вместо ответа. Боялась позорно разреветься. К счастью, Калашникова всегда понимала меня лучше других. Без лишних вопросов она потащила меня в свой кабинет, усадила на стул, всучила чашку чая и огромный батончик с орешками.
— Что случилось? — строго спросила Ланка.
Тон не подразумевал отмалчивание или увиливание. Ей нужна была лишь правда.
— Она сказала, что застряла в клубном лифте с мужчиной и целовалась, — прошептала с досадой и разом откусила половину батончика.
Хотелось плакать. Отчаянно и громко. Только это не помогло бы. Во всём я была виновата сама. Не рассказала Кириллу Витальевичу вовремя, скрыла этот позорный факт и поплатилась. Белова наверняка уже пожинала где-нибудь в кафе плоды нашей внезапно разгоревшейся страсти с Коршуном. А от подобной несправедливости на душе становилось ещё гаже.