Дара. Рождённая кровавой луной (СИ)

— Ты меня снова возбуждаешь, Алан, — целую ее в обнаженное плечо.
— Я рад это слышать. Но пока что тебе стоит прийти в себя немного.
— Я только чуток полежу. Но ты не уходи, — вытягивает руки и хватается за мою шею, приблизившись ко мне.
— Куда я могу уйти от тебя? — мягко прикасаюсь к ее виску и остаюсь на месте.
— Не знаю. Я просто даже представлять не хочу как это быть без тебя. Словно мы с тобой одно целое. Не знаю, как правильно объяснить…
— Ты не представляешь, насколько мы одно.
— Ты ведь расскажешь мне все, да? — уже почти засыпая задает вопрос.
— Обязательно, девочка моя. Сейчас я тебя вытру.
— Нет, — тут же хватается за меня повисая, как обезьянка, стоит мне встать на четвереньки над ней.
— Тогда, пойдем вместе.
Дара
Что это за сумасшествие? Что за огонь, который сжигает разум. Я действую, но даже не раздумываю ни о чем.
Я сливаюсь клетками души с Аланом и ощущаю невероятную силу.
Мне сложно все это понимать, но есть нечто гораздо важней всего. И это только мы.
Я растекалась в его руках испытывая любовь и всю ее глубину.
Меня до мурашек пронизывала тайна и его особенности, но тем самым он отпечатывался во мне все сильней.
Я засыпала в его руках и ощущала, как он обнимает. Крепко, властно. Стоило мне пошевелиться, как тиски становились крепче.
Это была любовь. Самая настоящая. Это было что-то большее, на границе реальности и…
Утро началось с новой агонии. Откуда бралось это возбуждение я не имела никакого понятия. Оно просто горело огнем и черт, зудом там внизу.
— Проснулась? — слышу рокочущий голос, пробивающий новым импульсом желания.
Словно это переключение скоростей. Точнее полное их включение. Вот ты спишь, а стоит услышать его и ты уже в огне.
Мы впервые провели ночь.
Одни… наедине. И пусть не было того, что случается в полном понимании между мужчиной и женщиной все вышло идеально. Вот только я, кажется, хочу снова… и больше, чем он пытается мне предложить.
Мужская ладонь скользит по моему бедру, отодвигая его в сторону и прохладный воздух холодит открытую плоть, покрытую влагой.
— О да, ты проснулась.
Улыбаюсь, наконец открыв глаза.
— Чего хочет моя вкусная девочка? — целует в шею, и я заметила, что это его любимое место для поцелуев.
— Тебя, — обнимаю Алана, прильнув к его ладони, которую по-прежнему держал на моей промежности, чуть поглаживая кожу сверху, возбуждая, но не двигаясь глубже.
— Лучший ответ, который я мог услышать.
Мужчина оказывается сверху и его возбужденное достоинство упирается мне во внутреннюю сторону бедра.
Мне кажется его плоть дергается или пульсирует, а еще он такой горячий и еще влажный.
Все так ново для меня, но Алан единственный с кем я бы хотела все это испытать впервые и вообще.
Мы срываемся на поцелуи. Жадные, голодные. Губы с утра чуть припухшие и он с удовольствием кусая нижнюю, оттягивает ее, а после всасывает застонав. Закатывает глаза. Я все вижу, и сама кое-как ловлю остатки разума.
Его пальцы вовсю терзают клитор, но не грубо как наши поцелуи. Наоборот. Все сдержанно, и бьет в нужные точки.
А после того, как я съезжаю чуть ниже и его огромное хозяйство упирается в меня, Алан замирает. Мне кажется, он трясется. Или дрожит. Каждая мышца на его теле напряжена невозможно.
— Все в порядке? — не удержавшись спрашиваю.
— Все идеально, — сверкает своей ехидной улыбкой и двумя пальцами раскрывает мои половые губы, а твердый, точно сталь член скользит по центру моего естества, и я ощущаю искры, стреляющие изнутри.
Новое движение. Кожа к коже. Горячий поцелуй.
Третье, долгое… трение страсти о страсть. Любовь об любовь… Счастье о счастье…
У меня не хватает эмоций, не хватает слов, воздуха. У меня нет ничего, чтобы ответить ему…
«У меня есть ты, и это все что требуется», — отвечает в моей голове Алан и я ощутив маленькую слезинку поджимаю ноги еще ближе к груди обнимаю его.
Минута, вторая… десятая…
Сколько их было? Сколько прошло мгновений? Что случилось за это время? Я не хочу этого знать, потому что мой мир навсегда только он один.
 
— Мой Алан… Мой самый родной, — шепчу ему слова моей души, пока тело испытывает сладкую дрожь, подаренную им.
— Ты моя истинная, Дара. И я только твой.
Так и есть. иначе не назовешь. Я искала подходящее слово, и он дал мне его.
«Истинные», — очень красиво, потому что правда.
  
Глава 35
 
Разомлевшая, но бескрайне счастливая засыпаю, а пробуждаюсь, к сожалению, одна, когда полуденное солнце очень высоко. И такое опустошение внутри, что рядом нет моего Алана, что хочется… выть? Да именно выть.
Вскакиваю с кровати и бегу искать его. Мне просто до жути хочется видеть мужчину.
Это как если зудит, и ты должна немедленно почесать. Так и мне, срочно хочется увидеть его. Даже не обращаю внимания, что голая срываюсь дальше по дому. Но найти его просто не могу.
Смотрю в окно. Значит на улице.
Возвращаюсь в комнату и посмотрев на свое порванное платье напяливаю футболку, сохранившую аромат его кожи. Это самый настоящий феромон.
Пройдя мимо зеркала, замечаю, что будто изменилась я.
Встаю напротив своего отражения, но оказывается, что я та же. Хотя волосы стали более блестящими. Кожа более ровным тоном. Странно все это. Может быть, я просто наконец посмотрела на себя иначе?
Пожимаю плечами на свой мысленный вопрос и иду на улицу.
Слышу голос Алана откуда-то позади дома и направляюсь туда. Сворачиваю за угол и остаюсь пригвожденной на месте.
Та девка из аквапарка, совершенно голая стоит перед моим… да кто он теперь? Кобель чертов.
— Дара? — отворачивается от этой русалки бесхвостой. — Уходи, — это кажется не мне, но я все же хочу уйти первой.
Разворачиваюсь и топаю назад.
Два шага удается сделать, как меня подкидывает вверх, а потом я падаю вниз.
Это он меня закинул на плечо и потащил в дом, потому что я взяла направление к дороге.
Понимаю, что идея бредовая, но хотелось быть подальше отсюда.
Не кричу, не вырываюсь. Просто вишу на плече мужском, пока он лапает мою обнаженную попу, хихикает шутя о трусах и прочих прелестях нудистов.
Кидает на диван и встает напротив. Огромный. Красивый… предатель.
Фу на тебя Алан.
— Ну и что ты там надумала?
— Надумала? Да я пока что не успела даже. Мне нужно время на все это.
— А спросить или подождать пока объяснюсь?
— Подождать? Так ты не закончил? Боже, — прикладываю театрально руки к груди. — Как я могла прервать ваши игры голозадых в лесу? Беги догоняй, а то вдруг она тоже обидится на тебя. Там, может быть, даже шанс будет, раз тут дело стухло.
— Какая же сладкая эта эмоция, — закатывает глаза втягивая воздух.
— Ты закончил? Мне надо родителям позвонить, чтобы встретили. С тобой я не поеду никуда.
— А ты, итак, никуда не поедешь, — усмехается, словно ничего не произошло, и будто не видит что я киплю от злости.
— Алан, перестань. Это не шутки. Хотел бы что-то сказать, уже бы прокричал, а ты тут ехидничаешь. И зачем ты ее в лес отправил голой? Ненормальный? Иди возвращай, так и быть перетерплю пару минут эту…
Но меня тут слышала, кажется, только я сама. Потому что парень сел рядом и перетянул меня к себе так, чтобы отшлепать? Какого черта?
И он начинает хлестать ладонью! По голому заду! Меня?!
— Это за то, что усомнилась в моих словах, — удар. — Чувствах, — второй. — Во мне, — третий.
Садит на себя и внезапно целует, пока я хочу его придушить.
— Ты права, — гладит по волосам, закрепив мое тело так, что я не могу вообще шевельнуться. — Нам нужно поговорить. И этот разговор очень серьезный Дара.
И судя по его голосу он сейчас был настроен именно на слова.
Вот только я что-то была очень против этого.
— Давай мы потом…