Окаянное золото (СИ)
- Ничего, ничего. - Отечески улыбнулся тот, который контролировал коридор. - Посидишь в камере, с уголовницами. Поумнеешь.
Сказать откровенно, Владимир, которого куда сильнее беспокоил собственный багаж, выдохнул с облегчением.
Продлись милицейский досмотр, и проблем у него могло образоваться никак не меньше, чем у их неудачливой соседки. И все-таки царапнула некоторая торопливость, прозвучавшая в голосе старшего наряда.
-Пройдемте, гражданочка.- Резко потеряв интерес к багажу, сержант выпрямился. - Не будем мешать. - При этих словах он как-то странно зыркнул на отца Тихона, неподвижно сидящего у окна. - Простите, уважаемый, что потревожили. Сами должны понимать, служба.
Священник промолчал, только вопросительно глянул на своего, сохраняющего индифферентный вид, спутника.
Закрыв чемодан, и осторожно придерживая за рукав его онемевшую хозяйку, милиционеры двинулись в служебное купе.
-Ну надо-же. - Словно очнувшись от сна, подал голос один из соседей, - такая, с виду приличная девочка, а наркокурьер. Кто-бы подумал?
- Так они сами-то его, это, не едят, не колют. - Влезла в обсуждение неординарного происшествия тетка в едва не расползающихся на ее толстых ляжках спортивных штанах. - Они этой отравой нас губят.
“ Ага, тебя погубишь”. - С невольной гримасой брезгливости подумал Владимир, опасливо обходя кипящую благородным возмущением соседку. Опустился рядом с отцом Тихоном.
-Ты веришь, что это ее наркотики? - негромко поинтересовался он у священника.
- Да не моргай ты так. Не она, похожа просто. Такое бывает. Совпадение.
-Я уже понял. - Преодолев себя, отозвался тот, - но, как увидел, аж сердце зашлось.
Он вновь замолчал, глянул за окно на мелькающие мимо деревья, и добавил с некоторым сомнением: - Не похоже, слишком все как-то складно к них получилось.
- Вот и я о том толкую. - Терехов упер взгляд в переборку, отделяющую их купе от служебного. - Не нравятся мне менты эти, и ситуация не нравится.
Тем временем обсуждение соседями по вагону тонкостей наркотрафика, почерпнутое из телевизионных передач, незаметно перекинулось на всеобщее падение нравов, и приняло совсем иное направление.
Забравшись на свою полку Владимир прикрыл глаза ладонью от слепящего глаза света и задумался.
По всему выходило, что они стали свидетелями наипошлейшей ментовской подставы.
Помимо воли вспомнилось отчаянно перепуганное лицо девчонки.
" Сломают ведь. - С горечью подумал Владимир, невероятно отчетливо представив, как в купе проводников дожимают несчастную хваткие менты.
И вдруг он сообразил, что перед глазами возник один из давешних милиционеров. Тот самый, Сержант стоял аккурат на том месте, где находился во время досмотра багажа псевдо курьерши.
Серая форма, большие, красные руки, запыленные берцы, вот только лицо... Оно приобрело отвратительно синюшный оттенок. А поперек тощей шеи, торчащей из сального воротничка мышастой куртки, отчетливо виден бритвено-тонкий шрам. Сиреневый, с точками багровой, спекшейся крови, он разделял ее точно пополам.
Сержант повернул голову, стали видны и, обломки зубов, торчащие сквозь пробитую ими кожу губ. Мутные зрачки спящей рыбы уперлись в глаза Владимира. Странно, но показалось, что глядели они с явной укоризной.
- Брысь. - Словно отгоняя бродячую кошку, фыркнул на морок Владимир. Дернулся, и вынырнул из полудремы.
Заметив, что он проснулся Тихон решительно встал.
- Слушай, неужели совсем ничего нельзя сделать? - зашептал он, покалывая Вовкино ухо бородой. - Ведь подсунули, как белый день ясно, подсунули они ей пакет.
- Ну а что тут сделать? - jтветно прошептал Владимир.
- Даже если и вправду подстава, как помочь? Я без документов, да и у самого в мешке разное. А ты, батюшка, как бы это сказать, ну не тот ты свидетель. Тебя ведь в понятые ведь записали? Вот, если до суда дело дойдет, на суде все и скажешь. Может и поверят. Хотя, боюсь, убедят они ее. Такие показания на подпись сунут, так вывернут, что сама поверит.
Владимир тяжело вздохнул, и попытался отвлечься от тягостных раздумий.
Тем временем поезд начал тормозить. Показались в окне бесконечные ряды бетонных шпал с перекладинами блестящих на слабом осеннем солнце рельсов.
-Никак станция? - вскинул голову дедок, дремавший напротив них. - Здесь вроде и остановки нет. Наверное эти, что бы с девкой, сойти договорились.
И действительно, едва движение поезда прекратилось, как дверь служебного купе отъехала в сторону, в проеме возник один из милиционеров.
Он удовлетворенно шмыгнул простуженным носом, выдохнул и потянул наружу чемодан задержанной.
- Быстрее давай. - Поторопил его напарник. - Две минуту стоять будет.
Второй мент вывел из купе потеряно озирающуюся девчонку.
- Иди, иди. - Поторопил он. - В отделении продолжим.
Стукнула вагонная дверь, потянуло от входа осенней свежестью. Шаги стихли.
И тут, подчинившись непонятному велению, Владимир свесился со своей полки. С силой потянул блестящий язычок оконного замка. Приоткрылась форточка, впустив в душный вагон прохладу осеннего ветерка, слышны стали далекие гудки маневровых, откуда-то со стороны маленького депо донесся визг лесопилки.
Еще одно движение руки и на промасленный гравий между рельсами встречного пути полетела пара маленьких блестящих кругляшков.
Владимир спрятал руку обратно и высунул наружу голову. Огляделся по сторонам, и вежливо обратился к сержанту, едва выбравшемуся из вагона.
- Эй, уважаемый, не вы потеряли? Вон там, у шпалы блестит.
Сержант глянул на торчащее из приоткрытой фрамуги лицо пассажира, перевел взгляд по направлению, куда указал доброхот, всмотрелся.
-Щас... я. - Бросил он идущему следом партнеру.
Опустил на грязный асфальт перрона чемодан, перепрыгнул блестящий ручеек рельса, нагнулся. Секундная пауза прервалась длинным, с непередаваемо удивленной интонацией, ругательством.
-Чего там? - помятая физиономия Грицко приобрела вид крайней озабоченности.
-Ерунда всякая. - Отмахнулся сержант. Его взгляд рыскнул обратно, на перепачканную мазутом землю.
- Ох, ты... - Не сумел сдержать он возгласа, заметив в пыли еще одну золотую монету. - Ни хрена себе.
Второй мент выпустил из ладони рукав задержанной и приблизился к напарнику. - А ну покажь, чего нашел?
Видя, что отвертеться уже не удастся, тот протянул товарищу зажатую в пальцах находку. - Рыжье.
- Где? - не тратя времени на долгие разговоры, просипел севшим голосом сержант, присел на корточки и принялся методично, с величайшим вниманием осматривать камни.
Владимир скатился с полки, на ходу сунул ноги в необъятных размеров башмаки Тихона и ринулся к выходу.
Вагон дернулся и медленно едва заметно двинулся вперед.
- Куда? - Попытался встать у него на пути проводник. - Нет стоянки, куда...
Но Терехов уже проскочил мимо. Спрыгнул на серый асфальт перрона, а затем ловко, словно всю жизнь только этим и занимался, ухватил в охапку все еще стоящую рядом с вагоном девчонку.
-Цыц, молчи, дурр-р-ра. - Грозно прошипел он, запихивая Антонину в тамбур.
Исчезновение задержанной милиционеры, увлеченные поиском монет, даже не заметили, как не обратили внимания и на гудок подходящего к перрону состава.
Среагировали только на истошный визг колодок, намертво схвативших колеса. Рванулся в сторону тот, которого звали смешным украинским именем, чудом увернулся от черной решетки набегающего локомотива, однако успел сделать лишь один шаг.
А в следующее мгновение оба неудачливых кладоискателей исчезли из виду, сметенные многотонной громадой.
Однако деталей происшествия стоящие в тамбуре отъезжающего вагона уже не видели. Проводник, повинуясь накрепко вбитым рефлексам, захлопнул дверь и только теперь пытался осознать, что случилось.
-Т-там... - наконец произнес он, - что там было-то?
Владимир, одной рукой придержал едва достающую ему до плеча девчонку, второй потянулся к карману.