Рубеж-Британия (СИ)

— Теперь я пустое место, — заключаю, и что–то ссыпается внутри меня.
— Нет, ты спас мою жизнь, я благодарна за это.
— И что теперь? Куда ты пойдёшь? — Давлю из себя эти слова.
— В соответствии со статусом, приобретённым в этом мире. Я принцесса Британии, меня это устраивает. Жизнь с чистого листа. Есть цели, есть задачи. Разве это плохо?
Чем больше спрашиваю, тем больнее ответы.
— А как же свобода? Никаких грузов и обременений? Полёты над облаками в мехарах? Вместе со мной?
Задумалась. Нахмурилась даже.
— Я не знаю, — выдала впервые с таким волнением.
Нет больше сил держаться. Накрываю её ладошку своей. Нежная кожа, теплое касание. Как не хватает моей Агни.
— Что ты делаешь? — Ахает девушка и смотрит на меня с ужасом.
Подаюсь поцеловать. Не шевелится, замерла, глядя глазами расширенными. Целую в губы, будто статую, пусть и тёплую, нежную, такую умопомрачительную.
Безответный поцелуй, робкий, нелепый. Детский.
Но мне так нужно сейчас. Пока она не ушла, пока не исчезла из моей жизни навсегда. Я запомню хотя бы это. Пусть кричит, возмущается, ненавидит. Но с запечатлённым моментом я смогу пойти дальше без неё.
А она просто не реагирует. Но вижу, что оторопела. Щёки раскраснелись ещё больше.
Целую вновь ещё более смело, затаив дыхание. В верхнюю губу, следом чмокаю в носик. Отодвигаю локоны волос и целую в уголок глаза.
Вырывает руку из–под моей! Отстраняется. Смотрит хмуро, в глазах голубых дикость. Задышала тяжело. На губы мои взгляд перевела. А затем вдруг ногу перекинула, усаживаясь мне на коленки лицом ко мне!
— Ты этого хочешь? — Говорит с вызовом.
— Вернись, моя Агни, — шепчу, как полоумный в ответ.
— Никогда, — отвечает.
— Твоё равнодушие ко мне не может быть правдой. Ты наказываешь меня за что–то. Скажи, признайся.
— Наказываю? — Скалится хищно. — Как я смею? Бери.
С этими словами сдирает через голову белый топ, обнажая красивую грудь. Хватает обеими руками меня за голову и вонзается своими губами в ответ, показывая, как надо целоваться. Интеллект любезно выращивает для нас кровать, куда с удовольствием её бросаю. И мы начинаем любить друг друга по–взрослому, позабыв обо всём на свете…
Час страсти миновал, как один миг. В процессе Агни не проронила ни слова. Воспользовавшись передышкой, она сбегает в другой отсек, никак не прокомментировав свои действия. Когда возвращается одетая в свою прежнюю теперь уже чистую форму, на лице непроницаемая маска. А на руках уже сияет фиолетовым светом эрениевое кольцо с пятью частицами. То самое, которое сделал Фёдор.
Вскакиваю, подаюсь целовать её, заключая в объятия вновь.
А она отстраняется с силой со словами:
— Андрей, остановись.
Как мальчишка продолжаю наивно думать, что теперь у нас всё будет хорошо. Что она просто собирается с мыслями. Ей нужно время, чтобы всё обдумать и понять, что лучше меня на этом белом свете никого нет.
Я целую её. А она терпит. Глажу, трогаю, терпеливо ждёт, когда наиграюсь. Но не даёт снова себя раздеть. Это заводит ещё больше.
Агни оказалась девственницей, но это никак не сказалось на её опыте. Она слишком хороша в постели, будто и это у неё врождённое. Настолько хороша, что я почувствовал себя голодным зверем, вожделея безупречное, шикарное тело на порядок яростнее.
Когда появляется Настя, она сразу вызывает у меня раздражение.
Но, похоже, Агни, отбивавшаяся от предложения продолжить, её присутствию очень обрадовалась.
Чуть успокоившись, перестаиваюсь. Если Агнесса решила снизойти до меня и подарить своё тело, чтобы успокоился, это подло.
Быть может она ещё не отошла от своего перерождения и не собралась с мыслями, ощутив свободу. Надежда теплится на то, что она полетит со мной. Но что–то внутри меня уже разрывается от тоски, предвещая расставание.
Прежде, чем уйти с Корабля мы обсуждаем у шлюза некоторые моменты.
— Никто не должен знать о том, что мы сегодня узнали, — говорит Небесная. — Пусть всё остаётся, как прежде. Это метеорит, в тайге и на Байкале тоже. Агни?
 
— Да, Насть.
— Мастеру ни слова. Доложи, что всё сделали по его записям. Олег пал в бою на подступах. И пусть думает, что хочет.
— Согласна, — ответила принцесса Британии, на меня не глядя.
— Андрей.
— Я буду молчать, — отвечаю и задаю свой вопрос в лоб: — куда ты денешь браслет погибшего мехавода?
Тот, с двенадцатью частицами.
— Я должна отдать его Мастеру, но в виду новых обстоятельств теперь не знаю, как быть.
— А он знал о гигантском мехе? — Встрепенулся я, ибо никакой информации об этом на нашей части корабля нет!!
При этом Агнесса тактично молчит. Глаза прячет, куда угодно смотрит раскрасневшаяся, только не на меня.
— Он сказал, что потерял с ним связь, — ответила нехотя. — Предположил, что тот погиб.
— У него ведь тоже гибрид, — продолжаю обсуждение. — И как это понимать?
— Я больше ничего не знаю, Андрей, — фыркнула на меня принцесса неожиданно строго. — Хватит. Всё. Это пройденный этап. Мы выполнили миссию. Теперь нужно подобрать всех уцелевших.
— Хорошо, — выдавил я.
В шлюзе Корабль выставил нам мехаров обратно. Поблёскивающих новизной и веющих силой.
Впервые при мне Агнесса влезала в мехара так неуверенно и с опаской, что я засомневался, не подменили ли девушку.
За шлюзом нас ждали наши бойцы! Уставшие до смерти, полуобморочные, но счастливые. Сердце разрывалось, я хотел запихнуть всех в те лечебные капсулы, но без мехаров им не пройти.
Снаружи занялись поиском тел товарищей в надежде, что найдём выживших. К этому времени все тела поверженных тварей уже выпарились. Ещё с десяток оргалидов нашли закрученными в клубки и спящими. Двух британцев спасли из–под завала. Наши, кто не прорвался к шлюзу, все мертвы.
К завершению поисков в главную пещеру вывалился новый британский отряд, который чуть не открыл по нам огонь. Спасибо успела обозначиться Агнесса на своей Чёрной бестии.
Около трёх часов понадобилось, чтобы выбраться из Улья.
Снаружи нас встречает вечер и целая армия Британии. Они сюда даже танк прикатили! Какой–то экспериментальный.
Тут и принц вдруг нарисовался, чего я никак не ожидал.
Прорываясь через толпу окруживших нас солдат–зевак, Уильям в боевом мундире генерала Британии, выскочил навстречу.
— Агнесса! — Завопил ещё на подходе. И бросился к Чёрной боевой машине с распростёртыми объятиями.
Я подумал, что Бестия поведёт себя сдержанно. А то и пошлёт его. Но её мехар замер перед ним, крышки распахнулись. И Уильям живенько полез вовнутрь.
Всё обратно заехало, и они взмыли в воздух. Вместе, в одной кабине. Как мы тогда…
В этот самым момент я осознал, что потерял свою Агни.
Наверное, мою боль могла бы понять только принцесса. А она и не возразила моему внезапному порыву быть где угодно, только не среди британцев. Когда я прямо в ночи умчал в направлении болот, где мы оставили своих раненных товарищей, Анастасия Николаевна даже не возразила.
К счастью там и дожидались братцы, никого не потеряв в наше отсутствие. Несмотря на то, что троих тяжело лихорадило.
Две недели мы занимались эвакуацией личного состава вместе с британцами. Надо отдать им должное, проявили рвение. Но вскоре я понял, что порывы их неоднозначны. Они заинтересовались нашим пехотным вооружением и даже попытались прихватить несколько экземпляров. Но наши разведчики проявили бдительность и дали по рукам.
За судьбу корабля я переживал очень сильно. И не зря.
«Жемчужина Байкала» была атакована оргалидами уже без нас, и сумела сдержать натиск ценою немалых потерь. И только благодаря тульским зениткам.
Помотавшись по югу Северной Америки, я развеялся и проветрился.
Стараясь сделать как можно больше полезных дел, хорошо отвлёкся от тоски. И почти забыл о ней. Озадачившись другими проблемами.
Я жаждал поскорее найти сестру.
Как оказалось впоследствии, Анна Третьякова и не пряталась.