Молодой (СИ)

— Леший, ты не быкуй! — проговорил тот, которого назвали Змеем, и фотку которого мне и скинул Чех. — Какой уговор был? Наши дни — вторая и четвертая пятница месяца. А сегодня какое число, позволь узнать?
— Да мне похуй, — ответил здоровяк. — Я с Щеглом договаривался. А его я среди вас не вижу. А почему я его не вижу? Потому что он накосорезил, и отвечать ссыт.
Так что это, получается, они все знают про то, что мы этого Щегла ищем? Причем, не только из его банды люди, но и из чужих. Что же это выходит?
Ситуация, тем временем, разворачивалась стремительно, и в нее нужно было срочно вмешиваться. Ведь если парней отправят в больницу, то мы нашу цель точно не найдем. Хотя бы по той причине, что его никто не навестит.
— Все, Змей, мы уходим, — вдруг сказал один из них. — Пусть Щегол с ним разбирается, когда все закончится.
— Да нихуя! — крикнул он в ответ. — Это наш день, так что пусть они валят.
Один из парней прихватил Змея, который явно собирался броситься в драку, за руки, и потянул назад. А потом и вообще приобнял за туловище.
И он этим воспользовался. Оттолкнулся от держащего его парня, и долбанул ногой в грудь здоровяка. Да так, что тот влетел в толпу танцующих людей. Толпа тут же образовала круг, послышались недовольные возгласы.
Второй из товарищей Змей подскочил ко еще одному из парней здоровяка, как-то нелепо размахнулся, собираясь прописать ему по лицу, но тот просто оттолкнул его назад. И прилетел он прямо в меня, из-за чего я разлил на себя содержимое своего стакана. Нет, выпить спокойно мне сегодня точно не дадут.
Зато это дало мне casus belli для того, чтобы вмешаться в драку. И по мере сил поддержать тех, за кем я должен следить.
— Что там происходит? — спросил Чех.
— Драка, — ответил я.
— Не лезь в нее, — сказал он, но я проигнорировал его слова.
Вскочив со своего места, я стряхнул с себя водку и искусственный лед, схватил со стойки пустой стакан, подскочил к тому, что толкнул в меня друга Змея, и резким движением долбанул его стаканом по башке.
Это оказался не какой-то дешевый заменитель, который рассыпается в прах, а самое настоящее стекло. От удара парень завалился на землю, из ран на его голове потекла кровь.
Сотрясение головного мозга. Резаные раны головы.
— Охрана! — послышался истошный вопль.
Кто-то толкнул меня, я не глядя, отмахнулся локтем, а потом ударил им еще раз, расплющив второму нос, от чего он отшатнулся.
Перелом носовых костей.
Тот самый, здоровый, бросился на меня, я пропустил удар и согнулся, потому что прилетело мне прямо в солнечное сплетение. Воздуха как-то резко стало не хватать. Но тот парень, которого оттолкнули первым, бросился на него и стал мутузить. И пусть его удары не наносили особого урона, но все равно отвлекали.
А потом меня ударили дубинкой по хребту, завалив на пол, и тут же скрутили, после чего потащили через раступающуюся толпу, в которой уже никто не танцевал. Все отвлеклись на драку, хотя музыка продолжала долбить в уши.
Меня выбросили на асфальт перед клубом, следом за мной вышвырнули и остальных бузотеров, и тех, за кого я вступился, и тех, кто пытался их прессовать. Нас снова отходили дубинками, несколько ударов досталось и мне, но не особо сильных, били уже не для того, чтобы сломить сопротивление, а для острастки.
Того парня, которому я разбил голову, тоже выбросили наружу, и никто не собирался оказывать ему помощь. Ну а чего, Новая Москва, уж такие тут нравы, ничего не попишешь.
Парни повскакивали на ноги и побежали в разные стороны. Мои бежали в одну, их противники в другую. И никто не подумывал оказать сопротивление вышибалам. Впрочем, их было с десяток, и все они были вооружены короткими резиновыми дубинками с металлическими стержнями внутри.
— Давай за ними, раз уж ввязался в драку, — сказал Чех.
Но я и сам уже припустил следом за «своими» парнями. Пробежали они немного, за первым же поворотом остановились, чтобы отдышаться. А потом главный из них, Змей, уставился на меня. И никаких положительных эмоций в его глазах я не увидел. Может быть, и не признал меня после полумрака клуба и света софитов. А возможно и просто не увидел, будучи полностью сосредоточенным на драке.
 
— А ты кто такой? — спросил он.
— Слышь, он Мазе четко голову стаканом разбил, да так, что он там, у клуба и остался валяться. А Ерохе нос сломал локтем, с одного удара, — сказал тот самый, мелкий, который и прилетел в меня, дав мне повод начать драку.
— А чего за нами побежал? — продолжил Змей смотреть на меня, но злости в его глазах уже не было.
— А мне что, за ними бежать надо было? — спросил я. — Чтобы они меня отметелили впятером? Ну, вчетвером, точнее.
— Ха! — он усмехнулся. — А нахуя в драку полез?
— Так они мое бухло разлили.
На футболке под расстегнутой курткой у меня все еще было влажное пятно, от которого разило водкой. Переодеться бы, иначе за руль не сядешь. Точно спалят.
— Ладно, — Змей повернулся к своим. — А четко мы их уработали.
Ну да, уработали. Пару раз ударили, а потом ввязалась охрана, ввалила пиздюлей всем подряд, и выкинула из клуба. Но если им хочется думать, что они кого-то уработали, то почему бы и нет. Разочаровывать их я не стану.
— Жалко только, что в клуб больше не пустят, — сказал мелкий. — А жаль, цыпы там были зачетные.
— Да и похуй, мало клубов что ли по городу. Да и вообще мне там никогда не нравилось. Эта вечеринка отстой, я, бля, ненавижу этих людей. Поехали к нам лучше, оторвемся по полной.
— А поехали, — сказал мелкий, повернулся ко мне и спросил. — Слышь, ты с нами поедешь?
— Только попробуй сказать «нет», — прозвучало в ухе.
— Поеду, — пожал я плечами. — А куда?
— В лучшее место в городе… — многозначительно усмехнулся Змей.
  
Глава 20
 
И вот я ехал в машине одного из этих мачо, благо они еще не успели нагрузиться в клубе, так что вести вполне себе могли. По дороге они расспрашивали кто я, и чем занимаюсь. Естественно, говорить им о том, что я наемник и охочусь за их товарищем, я не стал. Представился Максимом, рассказал историю о том, что я обычная офисная крыса, торгую водкой, и пришел в клуб для того, чтобы расслабиться.
Они, как и вышибалы у клуба, подметили, что я больше похож на рокера, чем на любителя электронной музыки. Пришлось прогнать им такую же тему, что да, я рокер, но мне захотелось корпоратского мяса, поэтому я и пошел в клуб, где отвисают корпораты.
Все посмеялись. Они ведь и сами занимались тем же. Больше меня особо не доставали, и вообще, кажется, что после того, как я вступился за них в клубе, то стал для их компании своим. Особенно старался мелкий, который иначе как братаном меня и не называл. И, кажется, вообще хотел вовлечь меня в дела своей «банды».
Определенная напряженность сохранилась только между мной и Змеем. Но и он враждебности особо не демонстрировал, предпочитая меня просто игнорировать. Может быть опасался, что я попытаюсь подвинуть его с места лидера? Ну или у него было чутье, и он просто подозревал меня в чем-то. И, надо сказать, правильно.
Всю дорогу я скидывал наемнику реперные точки для маршрута, так что он ехал за нами. Правда, связи по наушнику а ним уже не было, слишком далеко мы отъехали от него. Но ничего, как он подъедет на место, так и снова появится.
Скоро мы остановились у яркой неоновой вывески, на которой были изображены губы и облизывающий их язык. И что-то подсказывало мне, что это вовсе не стоматологическая клиника, и даже не салон красоты. Машину Змей припарковал на свободном месте, совсем чуть заехал на тротуар.
— Маламут, — озвучил мелкий слово с вывески. — Лучшее место в городе.
— Маламут — это же пес, — сказал я. — Причем тут он вообще?
— А там все трахаются, как собачки, — расхохотался третий. — Как песики. Любишь песиков, Максим? Хотел бы быть песиком?
— Если спросишь, трахнул бы я другого песика, если был бы песиком, я тебе нос сломаю, — предупредил я.