Кровь, пламя и прощение (ЛП)

«А теперь поделись со мной своей силой», — сказал ей Эмилианд.
Нева протолкнула свою силу через их рога с максимальной скоростью. Эмилианд дернулся, как будто его пронзили мечом, но она не могла забрать силу обратно. Их обмен ускорился, энергия стремительно носилась между ними.
Их сила проявилась вокруг них полосами черно-белого пламени на фоне голубого неба. Эмилианд отстранился, разорвав их физическую связь. Нева опустила руки к бокам, пораженная тем, что обмен энергиями продолжался.
— Я сделаю это быстро, — сказал Эмилианд, вынимая из-за пояса нож. Ритуал не мог быть завершен без обмена кровью.
Эмилианд молниеносно провел лезвием ножа по ее руке. Порез был неглубоким и почти безболезненным. Кровь стекала по ее руке. На церемонии с отимой они пили бы из чаши. Здесь, посреди безлюдной пустыни, это было невозможно.
Запах свежей крови щекотал ей нос, а от ощущения языка Эмилианда на ее коже Нева поежилась, но он пленил ее взглядом. Было что-то чувственное в том, как он зализывал рану. Нева забыла как дышать.
— Теперь ты. — Эмилианд протянул руку.
Он сделал надрез, и Нева взяла его руку в свою. Некоторые кланы Да'Валиа пили кровь по особым случаям, таким как рождение ребенка, но она никогда этого не делала. Она подавилась, когда липкая жидкость потекла по горлу.
— Что ты чувствуешь? — спросил Эмилианд.
На ее языке остался медный привкус, но Нева странным образом знала все об Эмилианде. Его запах и потрескивание воздуха вокруг него были ей хорошо знакомы. Но появилось кое-что новое. Их связывала невидимая нить силы, которую бросала маджила, чтобы выразить интерес к хилану.
— Я чувствую… тебя, — произнесла она.
Нева поднялась на ноги и сделала несколько шагов. Натяжение нити изменилось. Нева закрыла глаза и двинулась в другом направлении. Потом обернулась. Все, что было вокруг, казалось, исчезло. Даже не видя, Нева протянула руку и нашла Эмилианда.
Он добавил больше силы в поток. Нева последовала его примеру, и энергия нарастала. Их обмен усилился, и сила пронзила ее от кончиков рогов до пальцев ног. Магия Руки оживилась, желая, чтобы ее использовали. Нева задрожала от усилий, прилагаемых, чтобы ее сдержать, но непрекращающийся холод в груди мешал сосредоточиться, и она поняла, что не может полностью усмирить Руку.
Нева позволила вырваться буквально капельке силы. Страх мешал дышать, когда сердце Эмилианда на мгновение замерло. Его глаза широко распахнулись. Прошла секунда, потом вторая. У Невы закружилась голова.
«Что я наделала?» — подумала она.
Сердце Эмилианда снова начало биться. Энергия взорвалась, отбросив Неву и Эмилианда в разные стороны. Нева ударилась головой о землю, тут же перевернулась и увидела, как Эмилианд вытирает окровавленный нос. «Что я наделала?» — снова подумала она. Она позволила Эмилианду попытаться спасти ее, и тем самым поставила его жизнь под угрозу. Его сердце остановилось. Кровь текла по его лицу. Неву затошнило, и это было не из-за поражения души.
Нева подтянула колени к груди и обхватила их руками. Его сердце остановилось, и она не хотела, чтобы это еще когда-нибудь повторилось.
Не в силах справиться с чувством вины, Нева сосредоточилась на круге песка, выжженном до черноты между ними. Подобно узорам на крыльях бабочки или прожилкам на листе, плавные отметины имели сложный рисунок, как будто формирование их аллиадо было предначертано самими богами.
Нева заметила, что невидимая нить, крепкая и непоколебимая, все еще связывала их с Эмилиандом. Натяжение нити уменьшалось с каждым его шагом к ней.
— Я хочу проверить нашу связь, — предупредил Эмилианд.
Он направил Неве часть своей силы. Энергия неосязаемо текла к ней, вызывая щекотку. Нева могла бы рассмеяться, если бы не была так напугана тем, что чуть не потеряла его.
— А теперь попробуй ты, — подбодрил ее Эмилианд.
Нева прикусила губу и еще раз проверила, чтобы Рука была под контролем, после чего передала крошечную часть своей природной силы Эмилианду. Тот легко кивнул ей, в глазах мелькнул огонек. Была ли это гордость?
  
— Это было увлекательнейшее шоу. — Мари подошла к ним, очевидно, решив, что опасность миновала. — Но магия джиннов лучше.
— Так говорят только те, у которого нет рогов, — ответил ей Эмилианд с кривой ухмылкой. Он очистил и залечил порез на руке Невы своей силой, прежде чем заняться собой. — Та, ладно, нам пора выдвигаться.
Мари скривилась в ответ, а затем посмотрела на Неву как на сочный кусок жареного мяса.
— Не смотри на меня так, — возмутилась Нева.
— Ты попросила меня переправить вас через пустыню, — сказала Мари. — Что ж, именно это я и собираюсь сделать.
Мари превратилась в золотую пыль и полетела к Неве. Джинн скользнула ей в рот и ноздри, задушив на мгновение, прежде чем полностью завладеть ее телом.
Сознание Невы было отодвинуто в сторону, и она могла только смотреть, как ее руки поднимаются перед ее лицом. Мари вытянула руки, словно привыкая к своей новой коже.
Пошла вон», — приказала Нева Мари, пытаясь подавить охватившую ее клаустрофобию.
— Мари? — спросил Эмилианд тоном, которого Нева никогда от него не слышала. — Тебе лучше объясниться. Сейчас же.
— Доверься мне, — сказала Мари, ее акцент звучал странно из уст Невы. — Поражение поглотит ее тело и вырвет душу, но я могу сохранить ее.
Я сказала, вон из моего тела, Мари».
— Если хочешь, чтобы я ушла, тебе придется меня заставить, — сказала Мари. — Я из касты упырей. Мне это по силам. Ты только навредишь ей, если нападешь на меня.
— А одержимость не разорвет ее душу? — спросил Эмилианд.
— Скорее всего, нет, — ответила Мари.
— Скорее всего? — прорычал Эмилианд.
Нева пыталась думать. Но это трудно, когда джинн потеснил твое сознание. В Неве уже не хватало места, но кое в чем Мари права. Джинн может справиться с поражением души.
«Нева, ты в порядке?» — мысленно спросил Эмилианд.
«Как ты сюда попал?» — спросила Мари в голове Невы.
«Не только ты одарена богами, — сказал Эмилианд. — Нева?»
Нева прилагала столько усилий, чтобы сохранить ясность мыслей, что у нее бы уже началась одышка от усталости, но телом в этот момент управляла Мари. Единственное, что джинн не могла контролировать, так это силу Руки. Что касается Глаза, то он был заперт глубоко внутри Невы, за пределами их досягаемости.
Ты уверена?» — поддразнила Мари Неву.
Хочешь сказать, ты можешь?» — усомнилась Нева.
«А почему нет?»
На самом деле Нева не была в этом уверена, но она не может не признать, что Мари потрясающе овладела своим мастерством. Даже сейчас сердце Невы билось медленнее, препятствуя распространению поражения души.
«Давай перестанем терять время», — уступила Нева.
Как только они пополнили запасы воды в следующем оазисе, который милостиво пощадила песчаная буря, они помчались вперед. Обычные лошади скакали бы галопом, но кони Да'Валиа практически летели. Белые пески Раманаджи сменились потрескавшейся коричневой землей пустыни Бракан, а затем и трясиной Лугов.
Краешком сознания Нева наблюдала за сменой местности в течение дня или двух… или трех? Она не знала, сколько прошло времени. Она отдала свою судьбу на милость джинна, а ведь когда-то ее народ бежал из пустыни Раманаджи, чтобы избежать этой участи. Нева надеялась, что не ошиблась.
Луга, что были домом для Да'Бруна, были названы в честь высоких тростников, под которыми скрывались глубокие болота. Трясина, питаемая подземными расколами Тывсе, представляла собой еще один вид коварной почвы. Трое путников приближались к месту назначения.
Внезапно конь Эмилианда рухнул головой вперед в яму с мелкой лужей стоячей воды на дне. Нога лошади громко треснула и сломалась.
Эмилианд выпрыгнул из седла, чтобы лошадь его не раздавила. После чего избавил животное от мучений. Руки и ноги Невы онемели. Несмотря на то, что Мари говорила о своем мастерстве джинна, Нева подозревала, что ее тело стало настолько слабым, что Мари не смогла бы прийти на помощь Эмилианду, даже при крайней необходимости.