Крепостная актриса для князя (СИ)

Он поднялась и шурша юбками торопливым шагом направилась в сторону жилых комнат. Через мгновение возле меня уже сидел Дмитрий. Точнее он присел на корточки передо мной и взяв мои кисти в свои спрашивал:
— Что произошло, любимая?
Я пересказала ему наш разговор с Татьяной. Он свел брови и нахмурился. Вот это выражение его лица мне совсем не понравилось, и я еще больше испугалась.
— Не бойся, ты вся дрожишь и руки ледяные. Никто нас не тронет. У меня есть оружие, будем спать в той комнатке. Нам нужно продержаться всего две ночи. К вечеру третьего дня отходит корабль в Италию. Мы уплывем в Рим, будем гулять по их великолепным улочкам и забудем весь этот ужас.
Я слабо представляла, как выглядит Италия в этом времени, но в нашем мире предложение было очень заманчивым.
— А нельзя остаться у Татьяны? — с надеждой спросила я.
— Нет, это слишком не вежливо. Тем более если хочешь мы заглянем в гости вечером и пробудем здесь как можно дольше.
Я с радостью согласилась хотя бы на эту отсрочку. Мы попрощались с хозяйкой пообещав навестить ее и ее гостей вечером отправились домой. Дверь была заперта и все вещи внутри были на своих местах, насколько я конечно могла судить.
Мы пообедали тем, что принес Дима и я прилегла отдохнуть он же начал изучать содержимое шкафов раздумывая о том, что он может взять с собой и что нам пригодится. Я видела, как он отложил несколько книг, в задумчивости приготовил несколько причудливых приспособлений, тщательно завернув их в бумагу и обернув бечевкой, а затем нырнул чуть ли не с головой в сундук выудил оттуда довольно приличный костюм и плащ.
Я уснула и проспала до самого вечера иногда сквозь сон слыша, как Иван ходит по комнатам, что-то перетаскивает и разговаривает сам с собой. Я кстати давно заметила у него эту чудную привычку, но мне она казалась милой и очень нравилась в нем.
Я вылезла из теплой постели ближе к ночи, идти никуда не хотелось, но страх гнал меня прочь, а выйдя из квартиры я пожалела об этом. Спускаться по темной лестнице с одной свечой так себе идея. Я дважды чуть не полетела кубарем вниз, если бы не Дмитрий. Да еще эта дурацкая юбка в пол. Почему женщины не носят брюк?
Ого, видимо у меня началась та самая пресловутая игра гормонов. Постаралась успокоиться, но получалось плохо. Наконец-то мы стояли у двери Татьяны. Дмитрий постучал несколько раз, и она распахнула ее перед нами. Удивительно, но я как будто попала во вчерашний день. Те же люди, в тех же позах, на тех же диванах. Татьяна провела нас в небольшую комнату позади гостиной и представила каким-то новым, ужасно важным гостям. А мой разум настолько был поглощен другими мыслями, что я даже не запомнила их имен. отвечала рассеянно и порой невпопад. кажется меня посчитали глупенькой провинциалкой и оставили ненадолго в покое.
Я с удовольствием забилась в угол дивана и ждала возвращения Дмитрия с лимонадом.
Рассматривала окружающих и мечтала поскорее отплыть отсюда чтобы больше не бояться похищений, ограблений или избиений. столько опасностей вокруг. Надеюсь в Италии мы сможем лучше устроиться.
Дима вернулся с двумя широкими бокалами на высоких тонких ножках, я бы предпочла стакан. Ну да кто их разберет на светских вечеринках.
Я даже улыбнулась, представив всех их в роли современных мажоров. А по сути это и было такое же общество детей богатых родителей.
В остальном вечер прошел довольно сносно. Я разговаривала с гостями, которые искали моего общества, обменивалась мнениями и взглядами на популярные пьесы, о дорогие мои, если бы вы только знали сколько еще всего напишут, и сколько всего произойдет. Один человек в космосе чего стоит.
Я даже Дмитрию не рассказывала об этом, чтобы он не посчитал меня сумасшедшим.
— Идем домой, я что-то спать хочу, — легонько тронув меня за плечо попросил Дима.
Я улыбнувшись кивнула и мы, попрощавшись с гостями отправились наверх. Путь казался таким же ужасным, как и вниз. Но еще ужаснее, стало, когда мы услышали жуткий рык у двери.
  
Глава 57
  
Дима тут же выступил вперед, загораживая меня собой. Направил свечу вниз. Абсолютно пьяный Степан привалился спиной к стене и храпел. Дима потормошил его за плечо, но тот лишь громче всхрапнул и продолжил спать.
— Нашлась наша пропажа, — Дима отпер замок и толкнул дверь.
Степан же, перевалившись через порог упал на пол и свернувшись калачиком вновь издал ужасающий рык. Откуда только в таком тщедушном старичке силы издавать такие звуки.
Мы аккуратно переступили его и вошли внутрь. Дима схватил его подмышки и втянул внутрь. Казалось слуга не чувствует вообще ничего.
Заперев дверь Дима предложил идти спать.
— Он все равно до утра не очнется, это бесполезно, судя по запаху, исходящему от него выпил он не меньше двух литров медовухи. Нам завтра уже уезжать, идем спать.
Я безоговорочно поддержала его, сил стоять на ногах не было, да еще и испуг этот. Мы решили не рисковать и вновь заперлись в комнатушке, спрятанной ото всех. Сон сегодня был особенно сладким Дмитрий любил меня, так, что если бы кто был в квартире сразу бы, обнаружили нас. но насытившись друг другом мы уснули переплетясь ногами и руками. Не чувствуя прохлады зимней ночи и предрассветного солнца.
Уже поздним утром мы наконец-то нашли в себе силы собраться и показаться на кухне.
Степан как ни в чем не бывало был свеж и опрятен. На столе в столовой был накрыт еще горячий завтрак.
Дмитрий лишь усмехнулся, глядя на то, как старый слуга вытянулся и приосанился при виде нас.
— И где же ты шлялся, старый дурень? — спросил он его в лоб.
— Ваша светлость, милуйте дурня старого. Анадысь как от матушки с батюшкой Ваших карета приехала, Вас значит разыскивать, я переволновался. Ведь лгать нужно было, что не видал я никого. Как значит я слова эти без страха им сказал, и они не раскрыли лжи не знаю. А только сердце моё затрепыхалось как у воробушка. Так значится они, как только уехали я аж котелок на кухне удержать не смог и уронил, так и решил немного успокоить нервишки. Побёг в трактир, думал рюмашку хлебну и обратно. Но рюмашки мне мало показалось, да еще Авдотья, — он погладил усы рукой, — Хороша князь баба, ой, — тут же осекся он, видимо вспомнив, что я тоже слышу, — Так вот решительно она не хотела меня отпускать, одна да одну, а потом, не при княгине сказано это будет. Вот так я и провел эти дни. Вчера к вечеру чудом вырвался из коварных женских сетей и сюда прибег, боялся, что уехали Вы уже и место я потерял. Милуй хозяин, не повториться.
Он вдруг наклонился и схватив Дмитрия за руки принялся их целовать. Дима же вырвал свои ладони и похлопал его по плечу.
— Ну как тебя выгонишь-то, дурень старый. Как же я квартиру-то брошу, да и как родной ты мне. Мы вечером отплываем, проводишь нас, комнаты прибери и запри все. Даст Морена, свидимся еще.
Старик благоговейно зажмурил глаза и принялся разливать чай.
— Вы ешьте, ешьте голубчики на корабле чай такой еды не будет. горяченькое все, свеженькое. Татьяна приходила, булочек принесла, да я будить Вас не стал.
Тут пришла моя очередь краснеть, надеюсь Степан спал непробудным сном и не слышал нас.
Кое-как скоротав время за проверкой вещей, что мы брали с собой и поужинав принялись одеваться, пора было ехать. Степан погрузил наши пожитки в нанятую карету. А мы спустились на этаж ниже попрощаться с Коленькой и Татьяной.
Мы долго и тепло с ними обнимаемся и даже утираем слезы. Дима что-то объясняет ей о деньгах, счетах и ее содержании. А потом мы садимся в карету и мчимся в порт.
а там я замираю от восторга. Нас повезет огромный корабль, с гигантскими парусами. Грузчики отправляют наш багаж в каюту, а затем и мы всходим по мосткам на палубу. Я зябко кутаюсь в свою шубку.
— Ничего, — обнимает меня Дмитрий, — Скоро мы будем в тепле. Пойдем в каюту?
я отрицательно качаю головой:
— Нет, я хочу видеть эту землю, когда мы будем отплывать. Хочу запомнить ее такой, заснеженной и многолюдной.