Ученица ведьмы и узы проклятой крови

Катрин недоверчиво посмотрела на грязный влажный корень, с которого кусками сыпалась земля – она всё ещё надеялась, что Вера просто шутит. Но ведьма даже улыбаться перестала. Собрав всю силу воли в кулак, запихнув туда же брезгливость и страх, девочка поднесла корень ко рту и аккуратно надкусила его. На зубах сразу же противно захрустело. Но это был не единственный хруст вокруг. Совсем близко под чьим-то весом хрустнули сухие ветки, и Катрин испуганно бросилась к Вере, которая уставилась куда-то в чащу.
Кто-то шёл совсем рядом, но из-за густой летней растительности было неясно, откуда именно доносится звук шагов. Катрин жалась к Вере, как загнанный зверёк к своей матери. А та была спокойна и хладнокровна, словно опасаться нужно было не незваного гостя, а её саму. Пришелец напал сзади. Он прыгнул на Веру, занеся над головой небольшой боевой топорик. Но ведьма, кажется, ждала этого, потому что за секунду до смертельного удара обернулась и выкинула вперёд обе руки, остановив нападающего невидимой силой – тот буквально завис в воздухе.
Катрин смотрела на лысого худого Ао, чьё лицо застыло в злобной гримасе. Его тощие, без намёка на мышцы, руки были усеяны магистралями синих вен. Катрин задумалась: как вообще эти немощные отростки могли что-то держать. Из приоткрытого рта Ао стекала слюна, а глаза буквально искрили злобой. Вера начала сжимать кулаки, и в ответ на это «ассасин» застонал.
– Где твой хозяин? – спросила Вера таким лёгким, издевательским тоном, словно её не хотели убить только что, а всё происходящее было какой-то игрой.
Рот у нападавшего задвигался: он шевелил губами, облизывал их, но молчал.
– Где твой хозяин?! – уже жёстче повторила Вера и сжала кулаки чуть сильней.
Ао взвыл, из его носа хлынула чёрная кровь, но он продолжал молчать. Катрин наблюдала, машинально пережёвывая корень, и сама не заметила, как боль отпустила. Вера сжала кулаки так, что у неё захрустели суставы. Ао взвыл. Кровь теперь сочилась у него изо всех щелей. Кажется, он умирал.
– Либо ты говоришь, где он, либо я разорву тебя на части! – злобно хрипела Вера, глядя на своего несостоявшегося убийцу, но тот, кажется, предпочитал смерть.
Вдруг в соседних кустах снова послышался шорох, и ведьма, резко отбросив Ао в сторону, переключилась на шум. Катрин наблюдала за всем этим, словно парализованная. Освободившись из-под контроля Веры, Ао сразу же побежал вглубь леса, несмотря на раны, оставленные ведьмой.
– Выходи! – кричала Вера кустам.
Те продолжали шелестеть. Находившийся в укрытии явно планировал нападать, но медлил, должно быть, обдумывая план действий.
Вера начала быстро выкрикивать какие-то незнакомые слова – Катрин они показались забавными. Всё происходящее выглядело как съемки фантастического фильма, где Вера только играет роль ведьмы, и сейчас, после всей этой тарабарщины, откуда ни возьмись появится режиссёр и скажет: «Стоп, снято!»
Вместо этого раздался хлопо́к. Кусты вспыхнули ярким пламенем. Полыхнуло так живо, что можно было подумать, будто кусты обильно политы бензином, а кто-то случайно чиркнул спичкой. Слух вдруг пронзил истошный визг. Кусты затрещали, из них в сторону Катрин вылетел здоровенный кабан. Шерсть его пылала, в глазах читался смертельный ужас, который тотчас передался Катрин. Зверь нёсся прямо на неё, и девочка машинально вытянула руки вперёд, как это сделала Вера несколько минут назад, но кабан не останавливался. Ведомый желанием жить, он уже был в метре от Катрин, выставив перед собой острые как бритва клыки. Девочка внезапно почувствовала невероятный прилив сил. Она взвизгнула и со всей силы сжала кулаки. Через мгновение зверь рухнул – тяжёлый и мёртвый. Инерция протащила его по земле ещё метр, и он остановился у самых ног Катрин.
«Что случилось?» – Катрин, оцепенев от ужаса, смотрела на мёртвого зверя, не понимая, как ей удалось его остановить. Она чувствовала, как всё её тело вибрирует.
– Живо! Иначе уйдет! – крикнула Вера и побежала в ту сторону, где несколько мгновений назад за листвой скрылся Ао.
 
Всё ещё ошеломлённая произошедшим, девочка не решалась сойти с места, глядя на тушу. Но, когда Вера исчезла в листве, Катрин тут же поняла, что нужно бежать, иначе она рискует потеряться здесь навечно. Катрин догнала Веру достаточно быстро. Ао держался на расстоянии, но из-за травм, полученных при стычке с ведьмой, двигался неровно и с короткими передышками.
– Зачем мы бежим за ним?! – кричала запыхавшаяся Катрин, которая по физкультуре имела стабильную двойку.
– Нам нужно добраться до его хозяина.
– Но зачем?!
– Затем, что он не успокоится, пока не прикончит нас, а меня такие перспективы не устраивают.
Ао остановился на небольшой опушке, представляющей собой круг из деревьев, освещенный полуденным солнцем. Посередине виднелось потухшее кострище, которое не так давно подпалило всю траву вокруг. Ао рухнул на землю, не в силах больше бежать. Разогнавшаяся Катрин чуть было не выбежала на свет, но Вера, резко остановившись, дернула её за рюкзак и затащила в кусты, откуда они начали наблюдение.
– Кому это нужно? – еле выдавила из себя Катрин, чувствуя, как лёгкие просятся наружу.
– Цыц! – скомандовала Вера.
В лесу повисла тишина. Слышались лишь переливающиеся птичьи трели и шум ветра, качающего верхушки деревьев. Ао упал замертво, распластавшись на траве, и больше не двигался.
Сидели долго. Катрин с тоской вспоминала утреннюю выпечку и мечтала скорее вернуться, но не могла вспомнить куда именно. Последние несколько дней были такими насыщенными, что ей казалось, будто она потерялась. Потерялась во времени и в пространстве. Она почему-то начала забывать, где её настоящий дом. Вся прошлая жизнь, та, что была до знакомства с Верой, растворялась в памяти. Солнце успело скрыться за деревьями, и в лесу постепенно становилось всё темнее и темнее, словно ночь наступала здесь на несколько часов раньше.
– Может, он просто не добежал? – спросила Катрин. Она не в силах была больше сидеть на холодной земле.
– Он там, где должен быть.
– Откуда ты знаешь?
– От верблюда. Сиди и помалкивай.
Через час солнце окончательно скрылось, и на небе показались первые точки звезд. Звуков в лесу стало гораздо больше. Дневные птицы умолкли, запели ночные. Из травы стал доноситься стрекот сверчков. В чаще что-то шевелилось, ползало, ходило. Неподалёку заухал филин, и от этого звука дрожащую от холода Катрин начало трясти ещё больше. Вера всё это время смотрела в одну точку, не шевелясь, словно статуя.
* * *
Костёр загорелся сам по себе, словно стоял на таймере. Рыжее пламя осветило поляну, и теперь она хорошо просматривалась. Катрин затаила дыхание. Спустя некоторое время она заметила движение среди деревьев. Кто-то пробирался к огню сквозь заросли. Немного погодя на опушке появились два человека. Они, озираясь по сторонам, медленно выползли из своих укрытий и осторожно приблизились к лежащему на земле Ао. Один из пришельцев пнул Ао ногой. Тот не двигался.
Вытащив из костра по горящей ветке и используя их как факелы, они осмотрели ближайшие деревья, затем один из них бросил что-то в костёр, отчего пламя стало зелёным. Листья зашелестели. Постепенно из мрака на поляну стали стекаться и другие люди. По одеждам и ссохшимся лицам стало понятно, что все они – Ао. Катрин смотрела на подтягивающуюся со всех сторон армию людей-паразитов и ожидала, что вот-вот один из них появится рядом с ней, и тогда всё будет кончено. Но это не единственное, что её волновало. Девочку всю трясло от ночной сырости, из носа текло, а изо рта вырывался густой пар. Она смотрела на это странное сборище и не могла понять, зачем она здесь находится. Вера не сводила глаз с происходящего, словно застыла или замёрзла насмерть.
– Я хочу уйти, – прошептала Катрин.
– Нужно остаться.
– Нет! Не нужно. Я не собираюсь подыхать в этом чёртовом лесу.
Катрин хотела выбраться из укрытия и исчезнуть в ночной чаще, но поняла, что не может этого сделать. Что-то держало её на месте. Она пыталась сделать шаг, но не могла – ноги налились неподъёмной тяжестью и, казалось, весили целую тонну.