Безумный мафиози (ЛП)

 – Да, это так. Они все сказали, что будут здесь.
 – В таком случае, почему нам не достает одной модели, scema - глупая?
 Затылок стал горячим. Я не любила, когда меня обзывали идиоткой. Обычно люди подлизывали мне задницу, так как мой отец был одним из опаснейших людей Торонто. Также я породнилась с Фаусто Раваццани, наиболее опасным человеком в Италии.
 Кроме того, тут никто не догадывался о моем настоящем имени. Однако когда отец наконец смирился и предоставил мне возможность поехать на стажировку за границу, то заявление я подала под именем Джиа Робертс. Доменико пришлись по душе мои разработки, после чего он предложил мне должность на один год. Будучи здесь, я решила сохранять обман, так что всем говорила, что охрана у меня есть, потому что мой отец был канадским политиком. Для меня это был рай - стать на некоторое время кем-то другим. Ведь я хотела преуспеть на собственных условиях, а не за счет своих связей.
 – Basta - хватит, Валентина. ― Кьяра, вторая помощница Доменико, подключилась к нам. – Я проверила список Джиа. Все модели утверждены. Это не ее вина.
 Валентина ушла, продолжая бормотать себе под нос по-итальянски. Я уловила слово troia, которое, как я знала, означало «сучка». Мило. Мы вернулись в среднюю школу? Валентина напомнила мне обо всех злобных девчонках, которые обзывали меня за то, что у меня было много парней.
 Угадайте, что? Мне нравится член. Засудите меня.
 – Grazie - спасибо, ― сказала я Кьяре, которая была моей любимицей здесь. Ей было около двадцати лет, и она была одной из немногих, кто заставил меня почувствовать себя желанной гостьей.
 – Prego - Пожалуйста, но боюсь, у меня для тебя плохие новости.
 Чувствуя, что мне нужен кофеин, я сделала еще один глоток своего капучино.
 – О?
 – Доменико хочет, чтобы ты заняла ее место.
 Мои глаза стали огромными.
 – Чье, Валентины?
 – Хотела бы я, ― сказала Кьяра. – Нет, недостающей модели.
 На хрена?
 – Ты, наверное, шутишь.
 – Я не шучу. ― Кьяра взяла меня за руку и стала тащить к двери. – Ты прекрасна, и платье будет тебе к лицу.
 Платье? Модели Доменико были больше похожи на уличную бондаж. Ремешки, пряжки и совсем немного ткани. Наряды были потрясающими, однако я не хотела быть моделью. Мне хотелось создавать дизайн одежды для моделей.
 Невозможно забыть, как модельная карьера погубила жизнь моей матери. Это привело ее к моему отцу, опасному и деспотичному человеку, из-за которого она отказалась от своей мечты, чтобы укрыться за его спиной в Торонто и исчезнуть в тени. Я бы такой никогда не стала.
 Я была предназначена для великой жизни, а не для брака.
 Когда Кьяра нажимала на кнопку лифта, я отступила на шаг.
 – Передай ему спасибо, но я бы не хотела.
 – Отказы не принимаются, Джиа. Доменико – босс. Если ты не желаешь уволиться, то тебе стоит это сделать. ― Она посмотрела на меня через плечо. – И расслабься. Это закрытое шоу для его самого важного инвестора. Больше никого там не будет.
 Во мне разлилось тепло, знакомый бунт, вечно таившийся под моей кожей. Проблема в том, что я не любила, когда мне указывали, что делать. Многие правила я не соблюдала и не была очень милой. Будучи громкой, независимой и упрямой. В принципе, я была в точь-в-точь как мой отец - что объясняло, по какой причине я была его наименее любимой дочерью.
 Лифт прибыл, но я не двинулась с места.
 – Я действительно не хочу этого делать.
 – Dai andiamo - Давай, пойдем. ― Она снова взяла меня за руку и повела внутрь. – Два часа на прическу и макияж, после чего тридцать минут на каблуках. Принимая во внимание, что в течение дня ты обычно пьешь и бегаешь по делам, это станет хорошим изменением ритма, не так ли?
 – Действительно, хреново. На самом деле это отстой. И вообще, я здесь не для того, чтобы быть моделью. Я здесь, дабы изучить дизайн одежды.
 – Никто не должен слышать, что ты это говоришь, carissima - дорогая. Абсолютно все здесь убили бы за то, чтобы походить в одном из нарядов Доменико, хотя бы несколько минут.
  
 Именно так, и это лишь заставит моих новых коллег обидеться на меня. Замечательно.
 Как только двери лифта открылись, начался настоящий хаос. Повсюду были люди, а по полу тянулись стеллажи с одеждой и станции для макияжа и причесок. Из подвесных динамиков гремела музыка, так что приходилось кричать, чтобы тебя услышали.
Меня это восхищало.
 Однажды это буду я, курирующая свою коллекцию прежде, чем она отправится на подиум. Одобрять укладки и палитры макияжа, выбирать обувь и аксессуары. Я была бы главной, отдавая приказы команде приспешников.
 – Вот ты где, bella - красавица. ― Маленькая группа расступилась, чтобы показать Доменико, и он направился прямо к лифту, его руки быстро двигались. – Вай, вай. У нас мало времени.
 Кьяра осторожно подтолкнула меня, и дальше все пошло как по маслу. Схватив меня за руки, они принялись приводить меня в порядок с головы до ног. Прическа заняла целую вечность, так как сегодня я носила ее в беспорядочном пучке, так что пришлось начинать с нуля, дабы получить ровную и строгую укладку Доменико. Макияж получился более драматичным, по сравнению с тем, который даже я попыталась бы нанести для похода в клуб. Напоследок вокруг меня завернули одно из изделий из новой коллекции.
 Доменико обошел вокруг меня, помогая попасть ногами в кожаные сапоги на каблуках.
 – Dio santo - Святой Господь! ― Затем он повернул меня к зеркалу в полный рост. – Sei perfetta - Ты совершенна.
 Дерьмо. А ведь я хорошо смотрелась. По-настоящему хорошо. Сложнейшая сеть черных ремешков и сеточек опускалась немного ниже моей промежности, обтянутой черными трусиками, а верхний пояс рассекал мою маленькую грудь, как зубная нить. В целом создавался эффект сексуальности, гламура и эпатажа, нечто среднее между доминатрикс и рок-звездой.
 Доменико немного повозился с моими волосами.
 – Ты станешь звездой шоу. ― Он начал отходить. – Мы начнем через несколько минут.
 – Это только для вашего инвестора, верно?
 – Sì, sì – да, да, - сказал он через плечо. – Весьма влиятельный человек. На которого мы обязаны произвести впечатление, capisce - понимаешь?
 Я кивнула. Возможно, это был какой-то старый русский олигарх.
 – Я сделаю все возможное, синьор.
 – Зови меня Доменико, ― сказал он и перешел к другой модели.
 Стилист, работавший со мной, присвистнул.
 – Вы ему, должно быть, нравитесь. Никто не называет его Доменико, пока не проработает здесь несколько лет.
 Я не знала, как на это реагировать, поэтому сделала несколько селфи и отправила их Эмме, моей сестре-близнецу. Она училась в университете в Торонто, готовилась стать врачом.
 Близняшка: Черт, ты выглядишь ГОРЯЧО
 Я: Я знаю
 Я: Я заменяю модель
 Близняшка: Ты можешь оставить платье
 Я: Я так не думаю
 Я: Я скучаю по тебе
 Это была наибольшая длительная разлука за всю нашу жизнь. Было непривычно, что рядом нет ее, чтобы держать меня в тонусе. Кто следил за тем, дабы Эмма не утопала в учебниках?
 Хреново с платьем - и я тоже скучаю по тебе.
 Я: Я позвоню тебе позже. Не занимайся слишком усердно!
 Близняшка: У меня завтра экзамен по ОХ.
 На языке Эммы это означало органическую химию. Она была такой милой ботаничкой.
 Близняшка: Давай поговорим после этого, хорошо?
 Я: Хорошо, но я полечу домой и надеру тебе задницу, если ты не позвонишь мне после экзамена.
 Она отправила два эмодзи со смеющимся лицом.
 Близняшка: Повеселитесь в Милане!
 Отправив ей эмодзи в форме среднего пальца, я убрала телефон. Некоторые мои чувства по-прежнему не могли поверить, что отец отпустил нас с Эммой в университет, и тем более, что он разрешил мне пройти стажировку в Милане. В этом, вероятно, была заслуга Фрэнки. С того времени, как старшая сестра вышла замуж за Фаусто, отец предоставил нам с Эммой больше самостоятельности. Не было никаких дискуссий о браке или помолвке, слава богу, и казалось, что он готов позволить мне жить как обычной молодой девушке нашего возраста.