Всем сердцем (СИ)

Как только отошла, Тарлан перевернул меня на живот и, приподняв попку, вошел сзади, рыча, как зверь, отдавая себя в несколько раз больше, сильнее и яростней.
Охрипла от криков и стонов, сгребая покрывало в кучу, двигаясь вместе с ним. Не думала, что так можно заниматься любовью. Сильно, агрессивно, но невероятно ошеломительно.
Резкая безумная волна наслаждения накрыла мое тело, и шею обожгла резкая боль. Тут же почувствовала горячую струю семени в себе, и вновь меня стало штормить от нового потока удовольствия. Мужчина протяжно рычал, зализывая рану, а я терялась в сладостной эйфории, дрожа всем телом.
Как только безумие закончилось, Тарлан сгреб меня в охапку и положил на свою грудь, прохрипев:
– Моя…
Кивнула, глупо улыбаясь, и закрыла глаза, погрузившись в спокойную безмятежность, отдыхая от удовольствия.
***
 
Проснулась я от холода, съежившись клубочком, несмотря на то, что была укрыта шкурой. Непонимающе посмотрела по сторонам и недовольно вздохнула. Тарлана не было в пещере, что странно и тревожно.
Натянула платье на обнаженное тело, заплела косу и направилась к выходу, встречая крупную пыль в лицо. Несколько минут там постояла и вновь вошла внутрь.
Не знаю, сколько так сидела, смотря на тусклый фонарь, но страх, что с вораем что-то случилось, а именно, встреча с ворхами, не давал покоя. Пыталась успокоиться, но, ни какие размышления об его могучей силе не имели для меня значения. Трясло от переживания и вопроса: зачем он вообще куда-то ушел? Может, он почувствовал опасность и решил вступить в схватку, или на него напали жестокие звери? Почему он оставил меня одну?
Услышав приближающиеся шаги, замерла статуей, и уставилась на вход, молясь, чтобы это был предводитель тайхаров. Через некоторое время в проходе появился Тарлан, и я выдохнула, уткнув голову в колени, пряча свое лицо.
Думаю, совершенно нормально осознавать возможность опасности от поступка человека, когда он уже стоит перед тобой в целости и сохранности. Мозг начинает анализировать, лихорадочно прикидывая страшные варианты исхода его поступка, и сейчас во мне поднималась буря обиды и непонимания.
Со стороны, возможно, я была похожа на обиженного ребенка, но сейчас не могла говорить, так как не желала выплескивать злость, как истеричная женщина. Вот успокоюсь и все ему скажу. Спокойно, с расстановкой… чтобы знал, что мне совершенно не плевать на его отчаянные поступки.
Слышала приближающие шаги в мою сторону, отчего моментально закрыла глаза, с трепетом сознавая, как его мускусный запах сильно меня волнует.
Тарлан сел рядом, но ничего не происходило, что интриговало. Подняла голову и встретилась с ним глазами, принимая темный внимательный взгляд сурового мужчины, а потом тихо спросила:
– Как прогулка? Никто не пытался съесть? Или…
Мужчина никак не отреагировал на мои слова, молча полез в свою огромную кожаную сумку, находящуюся у него за спиной, и достал оттуда овальной формы шершавые фрукты молочного цвета. На вид редька.
В его руке оказался огромный нож, и он молниеносным движением срезал верхушку невиданного фрукта или овоща, прорезая изнутри, доставая огромный кусок белой мякоти.
Подал его мне и с ухмылкой произнес:
– Попробуй латраш.
С интересом взяла предложенный кусочек и осторожно надкусила, с удивлением отмечая невероятный приятный вкус, похожий по вкусу на персик и мороженное. Странно, необычайно, но очень вкусно.
Тарлан провел по моей щеке и хрипло спросил:
– Переживала, что я тебя бросил?
– Нет, – спокойно ответила, прожевав таящий кусочек во рту, а потом подняла на него взгляд, и честно призналась: – Почему-то я уверена, что ты не оставишь меня одну…
Мужчина нахмурился, и задал следующий вопрос:
– Тогда… ты не уверена в моих силах?
Отрицательно покачала головой, и прошептала:
– Нет, но тут же черные леса, ворхи, а они нападают стаей, и где…
 
Ворай мгновенно поднял мой подбородок и твердо отчеканил:
– Не сомневайся во мне. Никогда!
Кивнула и, решив полюбопытствовать, задала вопрос:
– Где ты взял одежду и этот рюкзак, или как он там у вас называется? Когда я выбежала из дома, где спала после лечения, ты уже сражался с шанаром, и твоя разорванная одежда лежала в стороне.
Мужчина недовольно нахмурился на слова о лечении, но зная, что Света готова помочь любому, ничего не сказал. Усмехнулся ее вопросу, и поведал:
– Сумки с одеждой и всем необходимым есть в определенных пещерах пустыни, чтобы ворай или сильный тайхар с неуправляемым монстром внутри, был способен пройти долгий путь, и привести себя в должный вид после оборота. Каждый, кто познает зверя и прячет его, знает об этом с нужного возраста, и если волею магии Тайхары он остался на проклятых территориях, сможет выжить, так как в сумке имеется даже малый запас сухих продуктов и нож.
С нежностью посмотрев на мужчину, осторожно подняла руку и дотронулась до его шрама, тихо прошептав:
– Как ты его получил?
Ворай напрягся, посуровев взглядом, и глухо произнес:
– В свой первый оборот в зверя. Я ушел на черные земли, считая, что проклят и не имею право жить, и быть предводителем тайхаров. Когда зверь овладел моим разумом, я сошел с ума.
– Значит, все шанары не контролируют своего зверя?
– Нет, они принимают его, и превращаются в одно целое, тем более он у них с рождения, а у меня появился несколько лет тому назад.
– И ты…
– Я и зверь разделены… Когда он стал проявляться, я пытался закрыть его в себе, и даже уничтожить, но ничего не помогало. И тогда я пришел в пустыню ворхов и выпустил его.
– И что произошло потом? – с волнением спросила я, продолжая водить пальцами по шраму, с радостью замечая, что ему нравится моя ласка.
– Откуда не возьмись, появилось отвратительное чудовище, и я до сих пор не знаю, кто это был. Человек или зверь. Уверен, что это ворх, но и не он в то же время. Более сильная страшная тварь, напавшая на меня в ипостаси шанара. Сейчас я даже рад, что в тот момент не управлял своим зверем, представляющим собой взбесившегося монстра, желающего только крови.
Я испуганно затаила дыхание, со страхом ожидая продолжения.
– Мы схватились, а ворхи держались в стороне, злобно рыча, но никто не вмешивался. Он разорвал мне лицо, а мой зверь распорол ему живот, вырывая все с потрохами. А потом… нас оторвало друг от друга, и пошел серый дым, отчего я мгновенно превратился в человека, ощущая, как гниет моя рана, а зверь… взвыл бешеным воем, и больше я ничего не помню, только шепот магии, но она звучала не для меня, так как слов я не понимал.
– Ты думаешь, тот оборотень, он управлял ворхами?
– Да, раньше я сомневался. А теперь уверен, ведь совсем недавно я узнал, что мужчина управлял нападением ворхов на отряд тайхаров. Значит, это он и есть.
– Но постой, а ворхи могут обращаться в людей? – тут же задала вопрос, но, видя, что Тарлан не понял значения последнего слова, исправилась. – То есть в мужчин?
Тарлан насупился и недовольно произнес:
– Уверен, что нет… даже когда мы их уничтожаем, они не меняют форму, в отличие от шанар.
– Понятно, – задумчиво сказала я и, приподнимаясь, добавила: – Наверное, нужно собираться в путь и…
Мужчина остановил меня, вновь усаживая на шкуру, а потом притянул к себе и выдохнул: – Мы пойдем, но позже…
Только хотела задать вопрос, как его губы накрыли мои, увлекая в сладостный туман удовольствий.
***
 
…Натягиваю лук и вставляю огненную стрелу, пуская ее в мишень. Как только стрела достигает цели, хищно улыбаюсь, не сомневаясь в своей победе.
– Ты изумительна!
Повернулась и увидела высокого темноволосого мощного мужчину в черном одеянии: свободные штаны и простая рубаха без кольчуги. Сильный тайхар лениво стоял у стены каменной постройки, окидывая меня голодным взглядом, внимательно наблюдая за каждым моим движением. Через некоторое время оттолкнулся и пошел на меня. Приблизившись, хрипло произнес: