Всем сердцем (СИ)
Отвернулась, не в силах смотреть на такое безумие, желая поскорее уйти. Но только сделала шаг, как услышала громкий удовлетворенный возглас мужчины, а потом образовалась оглушающая тишина.
Когда я повернулась, в надежде помочь девочке, мужчина уже натянул брюки и, схватив девушку за длинные красные волосы, поцеловал в губы, тут же грубо откинув, как использованную вещь.
– Пошла вон, Сантара! Ты мне больше не нужна! – грубо рявкнул он, и направился ко мне.
Поравнявшись со мной, он хмыкнул, читая в моих глазах презрение и ненависть. Прошел мимо, а я медленно побрела к девушке, в полной уверенности, что мужчина разорвал или повредил ей половые органы, ведь она совсем ребенок.
Оказавшись рядом, присела на корточки, и спросила:
– Милая, давай я помогу тебе с ранами?
Чего не ожидала, так это того, что она с визгом набросится на меня, с яростной хваткой цепляясь за волосы, почти вырывая их, резко откидывая меня на землю, лицом вниз, при этом истерично рыча:
– Он мой! Только я могу удовлетворить его!
Почувствовав резкую боль от ее диких дерганий моих волос, резко схватила ее за одежду, пытаясь оттолкнуть, но безрезультатно. Со всего маху, не жалея сил, ударила затылком ей в нос.
Как только она громко застонала и отпустила мои волосы, я моментально повернулась к ней, замечая, как брызнула кровь из разбитого носа, одновременно почувствовав тепло энергии в ладонях, обжигающее ее тело через платье, разорванное во всех местах, и замерла.
Девочка зарычала и стала сопротивляться, пытаясь оттолкнуть мою руку, в ужасе уставившись на меня, а я процедила:
– Еще раз нападешь, идиотка, сожгу! Поняла?
Она закивала и, как только я ее отпустила, свалилась в сторону, с запуганным взглядом отползая назад. Вблизи ее спина представляла кровавое месиво. Даже страшно было смотреть.
«Больные животные! Садисты! Извращенцы! Психушка по таким плачет… Это же надо?! Я ей помочь хочу, а эта психопатка малолетняя волнуется, чтобы этот садист, альфа, никому кроме нее не достался. Ненормальная! Да кому кроме нее с ее нездоровой психикой он нужен???»
Переборола себя, и еще раз спросила у шанарки:
– Тебе помочь с ранами?
– Не-нет! Мне хорошо! Это свидетельство страсти и любви!
«Так… я не матерюсь. Да, я спокойно реагирую и не выражаюсь, хотя стоило бы объяснить этой озабоченной бл…, что она очень даже нездорова!»
Тяжело вздохнула и, поднявшись, отряхнула платье от листвы и земли. Окинула девушку внимательным взглядом и предупредила:
– Я тебя не собираюсь учить уму разуму. Вижу, что бесполезно. Но… посмотри на себя. Ты похожа на бешеного зверька!
– Я настоящая дикая шанарка!
«Конечно, кто бы сомневался… Но с намордником будет понятней…»
Последний раз посмотрела на нее и, увидев старые шрамы, поняла, что у нее это вместо украшений.
«Мамочки, я хочу к тайхарам!!! Шанары вообще ненормальные…»
Медленно пошла в ту сторону, откуда пришла, но остановилась, услышав крик девушки:
– Даже ваш священный обряд ничего тебе не даст. Только я ему нужна!
«Скальпель в руки и вперед! Дура!»
Даже не повернулась, не считая себя должной отвечать на такой бред. Сколько шла – не знаю, пока не оказалась на той дорожке, где в первый раз встретилась Милена с Лорганом… в моем сне. Немного постояла и, закусив губу, направилась по дороге, в полной уверенности, что выйду к озеру.
Стоя на помосте, я смотрела на прозрачно-голубую гладь и размышляла. Меня смущала девушка во снах. Я знала, что она мне снится не просто так, и это что-то значит, как и сны. Только бы понять, что именно: прошлое, настоящее или будущее. Скорее всего, последнее, потому что я выяснила, что Милена не из прошлого и не настоящего. Лорган уверенно заявил, что я не напоминаю ему никакую знакомую девушку с черными волосами. Да и нет у них таких, как впрочем, и у тайхаров.
А если подумать, что будет еще одна «гостья» в этот кошмарный мир, чего я искренне никому не желаю, то тогда что?! Она та, о ком говорится в пророчестве? Но с другой стороны, почему сны проходят через меня, и я чувствую связь с Миленой?! Как это понять и чего ожидать в будущем?
Возможно, со временем станет ясно, и я все пойму, а пока схожу с ума от страшной участи, если Тарлан не спасет меня. Надеюсь, что он не просто так дал мне этот амулет… а что-то ко мне чувствует. А я?
Не знаю… для меня все так дико: мои желания и потребности раздирают на кусочки мои взгляды, критерии и понятия. Возможно, я «перерастаю» в настоящую жительницу этой суровой планеты, и, если честно себе признаться, испытываю неимоверное желание к вораю, желая его видеть рядом с собой, в себе… А что из этого выйдет, я не знаю.
Раньше бы я сказала, что это похоть и страсть. Но сейчас, чувствуя, как меня что-то грызет изнутри, переворачивая наизнанку, как только я вспоминаю о нем, я задумываюсь о нежных чувствах. Наверное, это и есть любовь для этого мира.
Но если так… как же нежность, взаимопонимание, уважение и любовь??? Неужели только все на основе инстинктов?
Усевшись на мостик, сняв свои чешки, окунула ноги в воду, ощущая прохладу и удовольствие. Раньше у меня не было времени на такое маленькое счастье, считая, что это не так важно и можно обойтись, а сейчас только в маленьких крупинках удовольствия и испытываю восторг. Действительно, когда лишаешься всех удобств и благ, то учишься ценить все по-новому.
Ополоснула лицо водой, и просто сидела, думая о Тарлане и своих малышах. Особенно переживала за детей, не представляя, что с ними будет, если я не вернусь, а также безумно волновалась за жизнь мужчины, если он все же придет за мной.
***
Пустыня ворхов
Тарлан
С ненавистью вглядывался в проклятые просторы мерзких чудовищ, забирающих жизни моих людей. Раньше их не было столько, единицы, прятавшиеся в пустыне, а потом Тайхара прокляла две расы, наказывая еще и монстрами, уничтожающих всех.
На закате прибыли в черные леса и знатно поохотились. Еще несколько дней, и можно будет вернуться домой, на время, забывая о дремучих лесах. Недовольно поморщился и подумал, что правильно сделал, решив обойтись без добычи бревен, только охота, что позволит вернуться домой скорее.
Чувство грозящей опасности не проходило, висело в воздухе, удушая, не давая возможности свободно дышать. С того момента как уехал из поселения, оставив Светлану одну, меня пожирало ощущение тревоги и беды. Сжал кулаки, чувствуя, как когти зверя рвут ладони, ощущая ярость во всем теле, но я не мог поступить по-другому. Чтобы жить, нам нужно убивать, впрочем, как и ворхам, чтобы не сдохнуть, питаясь нами.
Они дожидаются нас и нападают, поедая на месте. В отличие от шанаров, живущих в своих лесах, где достаточно пищи на их землях, но большую часть провизии они могут добывать в ипостаси зверей, мы же вынуждены ходить в черные леса через пустыню ворхов.
Светлана… светлая и добрая девушка, не подходящая для нашего жесткого мира. Тут выживают только сильнейшие, бесстрашные и жестокие. Правило жизни. А она… странная и непонятная, желающая всем помочь, что для нас неприемлемо и не допустимо.
Тайхара привела ее из другого мира, и теперь у нее нет пути назад…но если и был, я не дал бы ей такой возможности.
Сжал песок рукой и откинул его в сторону, рассеивая по ветру. Отчетливо чувствовал, как мой зверь начинает выходить из себя, реагируя на мои размышления о дери и мысли, что светлая девочка может исчезнуть из нашей жизни.
Аромат ее тела целые сутки рвал меня изнутри, пока я не пришел к пещере, где она находилась вместе с Сунтором. Тайхар вышел нам навстречу и рассказал о том, что произошло, когда они пошли за добычей, разделившись с нами. Поведал о нападении ворхов, и что самое непонятное и выводящее меня из себя, с ними находился мужчина, управляющий ими, и когда он увидел, что Сунтор пытается скрыться, бросился в погоню и ударил его в спину топором.