Полдень Грифона

– Я сказала, нет, – с порога отрезала девушка, качнув головой, отчего бусины в ее прическе отозвались знакомым перестуком. – Нечего меня останавливать.
– Санти, уходить сейчас небезопасно, – цокнула языком Залия и всплеснула руками. – Саженец, хоть ты ей скажи!
– Залия права. – Нерисса прекратила замечать, что эта фраза слишком часто стала звучать из ее уст. – По донесениям разведки, северяне взяли Фенри, у них есть стоянка на Клыке и на севере Великого Гринфордта – сейчас везде опасно. К тому же неизвестно, как себя поведут бестии, находящиеся за пределами лагеря Лорана.
– Плевать мне на это, – грубо ответила ей Санти. Она стянула с матраса узелок с сухими хлебцами и затолкала его внутрь походной сумки. – Я слишком долго билась ради кого-то, а сражаться надо было за себя и свою семью. И вот я поплатилась за выбор. У меня больше нет Юрая. Вы обе хоть представляете, что это такое – потерять близнеца, м-м?
Санти всегда была грубой и суровой, она такой выросла, но то, как девушка говорила теперь, заставило Нериссу иначе проникнуться ее болью. Их ковен рушился, как детский замок из камней. Однажды Санти и Юрай поддержали Нериссу и пошли вместе с ней против Ниорин. Только теперь стало понятно, что это был их фатальный выбор… Как Нерисса отблагодарила близнецов за это? Повела за собой на остров, который попал под удар бестий, а потом северян, и отнял жизнь Юрая.
– Я понимаю твою боль, – в тон Санти набычилась Залия. – Я ее чувствовала, когда успокаивала тебя! Но возьми уже себя в руки, бес дери, ты ведь понимаешь, что творишь полную чушь?
– Лучше я буду творить эту чушь по собственной воле. – Закинув походную суму на плечо, Санти стиснула челюсти и покачала головой. – Больше не о чем говорить, я все решила.
– Санти, будь разумнее, – отрезвляюще сказала Нерисса, загородив собой выход из палатки. – Возьми себя в руки! – Да, это было жестоко, но по-другому уже не получится. – Пожалуйста… – тут же сдалась она, примирительно выставив перед собой ладони. – Мы твоя семья, ты нужна нам.
– Мы никогда не были семьей, Нерисса. Я и Юрай не маги, как ты и Залия. То, что мы выросли в одной пещере, не делает нас родней. – Санти подошла к ней вплотную. – Мой разум, моя доброта, мое послушание и вера в высшую цель умерли вместе с Юраем, – отчеканила девушка. – Я потеряла все, тут меня ничего не держит. А теперь дай мне пройти, Нерисса.
От Санти исходила ярость, которая резала лучше любого клинка. Нерисса открыла было рот, но девушка двинулась вперед, оттолкнув ее плечом в сторону. Ничего больше не сказав, она вышла на улицу. До Нериссы донесся бездушный свист ветра, ворвавшийся внутрь палатки. Этого было достаточно, чтобы она ясно поняла – Санти ее никогда не простит. В том, что произошло с ее жизнью, виноват выбор, который она сделала в пользу Нериссы. Вероятнее всего, Санти жалела, что не заперла ее тогда в клетке под Клыком, как велела Ниорин.
– Спасибо, саженец, удружила… – Залия всплеснула руками, но ее голос дрогнул. Очевидно, она до последнего надеялась на другой финал. – Твоя способность портить все, к чему прикасаешься, прогрессирует, Нерисса… Санти! – Залия грубо растолкала брезентовое полотно и выскочила на улицу вслед за подругой.
Нерисса осталась одна. Как лавина, на нее нахлынула острая головная боль, а тело прошиб озноб. Прижав руку к горящему лбу, Нерисса тяжело вздохнула, чувствуя, что ее начинает трясти от злости, вот только на кого конкретно она сердилась, не смогла разобрать.
Выудив из-за пазухи сверток, перевязанный веревкой, Нерисса распутала узелок и развернула пергамент. На клочке бумаги было криво выцарапано углем короткое послание: «Я знаю секрет огня» – чуть ниже были выцарапаны буквы «ТСР». Этого было достаточно, чтобы Нерисса моментально пришла в себя и оставила скорбь и обиду. Она аккуратно свернула пергамент и, выйдя на улицу, направилась к шатру рыцарей.
Как и Залии, ей очень хотелось броситься следом за Санти, но Нерисса понимала, что это может обернуться бедой и сделать только хуже. Возможно, если бы она не вмешалась, у чародейки были бы все шансы вразумить девушку остаться в лагере. Горло сдавило, во рту появилась горечь. Нерисса покачала головой, сжимая и разжимая кулаки. Бесы-пересмешники с самого утра сыпали на ее голову известия одно хуже другого, поэтому ей было уже абсолютно плевать на новые потрясения. Нужно было собраться с силами и решить проблемы. Только так и никак иначе получится достичь равновесия и покоя.
 
Ворвавшись в шатер Теневых стражей, она обнаружила Бевана в окружении рыцарей за столом с картой Фелтдермиира. Рядом с ними стояла Алира, перебиравшая бумаги с последними донесениями разведки. Увидев Нериссу, она тепло улыбнулась ей и передала сведения ближайшему рыцарю. Протиснувшись мимо мужчин и женщин в военной форме, ведьма подошла ближе.
– У тебя такой вид, будто случилось что-то ужасное. – Алира тронула Нериссу за локоть. – В чем дело?
Нериссе хотелось схватиться за голову и вывалить Алире все наболевшее, но она вовремя взяла себя в руки. Сейчас было не время жаловаться на беспощадность Денного Миира.
– Ничего необычного. – Вздохнув, Нерисса ободряюще похлопала Алиру по плечу и подошла к Бевану.
Встав рядом с Рафтмуром, она сложила руки на груди и дождалась, когда Теневой страж отвлечется от схемы построения войск и глянет на нее. Выглядел Беван темнее тучи. Нерисса не хотела заставлять его волноваться еще больше, но не сказать о Ренфриде было бы жестоко. Похлопав себя по нагрудному карману, подшитому за пазухой, она наклонилась к Бевану и понизила голос:
– Есть разговор.
Теневой страж сразу обо всем догадался, на его лице напряженно заходили желваки. Согласно кивнув, он отложил в сторону крошечные флажки для работы с картой и повернулся к отряду.
– Отправляйтесь готовиться, – приказал он, распуская своих людей.
Загомонив, рыцари один за другим высыпали из палатки и разбрелись кто куда. С уходом Теневых стражей в помещении стало слишком тихо. Облизнув пересохшие губы, Нерисса тряхнула головой и выудила из-за пазухи послание от Ренфрида. Протянув сверток Бевану, она украдкой взглянула на советницу, понимая, что теперь им с Рафтмуром придется вскрыть карты и рассказать, что это они стояли за побегом молодого стража. Смысла скрываться больше не было, Лоран знал обо всем.
Развернув послание, Беван долго и вдумчиво читал короткое сообщение раз за разом. Его каштаново-карие глаза скользили туда-сюда снова и снова. Наконец он протянул сверток Нериссе, но его перехватила Алира и внимательно всмотрелась в текст.
– Это то, о чем я думаю? – спросила она без упрека.
– Да. – Скрестив руки на груди, Беван оперся бедром о столешницу и задумчиво уставился в пол.
– Лоран знает?
– Нет…
– Да, – перебила Нерисса Бевана, понимая, что должна его предупредить. – Я рассказала. Но о твоей причастности ему неизвестно.
Сказать, что Теневой страж выглядел шокированно, ничего не сказать. Нерисса впервые видела его таким тревожно-рассерженным и взволнованно-взвинченным, самые несочетаемые эмоции сменяли друг друга у него на лице, как трюки фокусника. Наконец Рафтмур прижал ладонь к щекам и прошелся пальцами по белесой щетине.
– Попали… – в итоге выдал он и шумно вздохнул.
– Я так не думаю, – успокоила его Нерисса, забрав из рук Алиры послание. – Полагаю, он помилует Ренфрида, если у него будет информация о Ниорин и Сэме. – Нерисса подняла перед собой клочок пергамента и тряхнула его, привлекая внимание Бевана. – Это сообщение можно считать свидетельством для помилования.
Беван с такой надеждой вгляделся в клочок старого пергамента, что Нериссе стало жаль Теневого стража. Понятно было, что все ее слова – лишь иллюзия без должного подкрепления фактами, но не взять их во внимание было нельзя. Лучше призрачная надежда, чем никакой вовсе.
– Это всего лишь клочок пергамента, – трезво оценил Рафтмур. – Лоран придает значение только фактам, без них у Ренфрида нет никаких шансов, и это сообщение ничего не значит. Просто так прийти в лагерь Ренфрид тоже не сможет, его не пустят или, что хуже, – убьют на месте. Вот и спрашивается, как нам предоставить подтверждение его успеха?