Полдень Грифона

– Попытался сделать «кровавого орла», – ответил он. – Северяне называют это крыльями смертника.
Нерисса нахмурилась, не понимая, что это могло бы значить, а от догадок к горлу подступила судорога. Должно быть, Беван понял ее недоумение, поэтому спокойно объяснил:
– Это древний способ казни у северян. Уверен, Самаэль не хотел меня убивать, но он был довольно близок к этому… Чтобы разговорить одного из нас, было достаточно просто начать. Он приказал порезать мне спину вдоль позвоночника, но после остановился. Если бы нет, то точно убил бы: «кровавый орел» требует, чтобы палач отсекал от позвоночника ребра одно за другим и после вытащил легкие наружу и разложил их, как крылья. Изощренный способ казни, как ни назови его. Алира спасла меня, не позволив ничего этого сделать.
Перед глазами Нериссы все поплыло. Она пожалела о том, что спросила ребят об этом, уж лучше бы придержала язык. Что Самаэль за чудовище, если отдает приказы делать такое с людьми? Нерисса вспомнила, с какой ненавистью относилась к Лорану, считая его выходки ужасными, а его самого – чудовищем. А что было бы, выбери она тогда сторону Самаэля? Ей стало противно от одной только мысли об этом.
– Так зачем ты спросила? – Дав ей время переварить услышанное, Ренфрид осторожно потянул ее за рукав, привлекая внимание.
– Затем, чтобы убедиться, что моя идея не лишена смысла. – Видя в глазах Бевана неподдельный интерес, она шагнула ближе к решетке Ренфрида и понизила голос: – Если бы Алира не проговорилась, Сэм велел бы убить тебя, Беван, – без обиняков сообщила она и взглянула на Теневого стража в упор, а после перевела взгляд на пленника. – Но Ренфрида он пощадил.
Внимательно слушая ее, Беван начал хмуриться, но Нерисса заметила проблеск понимания у него в глазах.
– Ты хочешь сказать…
– Возможно, только возможно, он вовсе и не хотел убивать Ренфрида, ведь он на него работал.
– И загремел сюда из-за этого, – всплеснул молодой Теневой страж, постучав пальцами по решетке.
– Это даже нам на руку, – подхватил Беван и одобряюще кивнул Нериссе. – Теперь твое сотрудничество с Самаэлем может принести пользу Лорану. Только если Нерисса не ошибается.
– Я ошибаюсь редко, – заметила она.
– Мне сейчас надо сделать вид, что я все понял, хотя на самом деле ничего не понял? – недоумевающе нахмурился Ренфрид. – О чем вы?
– О плане. – Нерисса вцепилась в прутья решетки. – Если все получится, ты поможешь Лорану и получишь помилование.
– Какой ценой? – с сомнением осведомился Ренфрид.
– Тебе придется заслужить второй шанс и вернуть доверие человека, который тебя пытал.
Глаза Ренфрида округлились, и он непроизвольно шагнул в глубь темницы. Нерисса видела, как на его лице сменяются паника, надежда, страх и вера. Наконец молодой страж покачал головой и, подойдя к решетке, обхватил холодные прутья руками.
– Ни за что, – отрезал он. – Ты предлагаешь шпионить для Лорана! Самаэль никогда мне не поверит, он сразу меня убьет.
– Вообще-то, Сэм не настолько глуп… – рассудил Беван и сложил руки на груди.
– Да, ты это шрамам на моем лице скажи, – съехидничал Ренфрид.
– Самаэль знает, что ты общаешься с нами, – продолжил Беван. – А мы приближенные Лорана, от нас ты мог бы узнать многое, ему сейчас нужны любые сведения.
– Ты предлагаешь мне продать вас? – Ренфрид непонимающе хлопнул глазами. – Не буду я этого делать, хватит с меня подобных игр. Я просто хочу жить, но если единственный шанс уцелеть – это снова дать собой манипулировать, то лучше я умру.
– Ренфрид, ты можешь помочь всем нам. – Нерисса попыталась использовать прием Залии и коснулась его руки, но Теневой страж тут же ее отвел. – Сэм ушел в Когтистый лес с Ниорин, – не отступила она. – Ты бился с ней и знаешь, на что способна эта женщина. – Решив сыграть на больном Ренфрида, Нерисса припомнила старую ведьму и магию, которой всегда остерегался молодой Теневой страж. – Заслужив доверие Самаэля, ты попадешь в Когтистый лес и сможешь узнать, что затевает Посвященная.
– Но я не хочу, Нерисса, – шепотом признался Ренфрид и опустился на голый пол, стиснув голову руками. – Ты делаешь на меня ставки, забывая, что я – всего лишь я. Не Беван, не Лоран и не Бардос. Я не настолько опытный воин, я не умею строить планы и хитрости на ходу, я многого не знаю. Твой план обречен на провал. Вы ничего не узнаете, меня там просто убьют, ко всему прочему вы подставитесь из-за меня. Я не прощу себе, если из-за меня накажут кого-то из вас.
 
– Останешься, и здесь тебя казнят раньше, – отрезвляюще хлестнула Нерисса, устав применять мягкие уговоры. Все-таки было глупой идеей копировать манеру Алиры или приемы Залии с прикосновениями, лучше использовать свой метод – идти напролом. – Если тут тебя не ждет ничего, кроме смерти, может, имеет смысл рискнуть там? Подумай хоть раз не о ком-то, а о себе. О том, как очистить свою репутацию и заслужить помилование.
Беван опустился на холодную землю напротив решетки. Рафтмур протиснул руку сквозь железные прутья и опустил руку на плечо брата.
– Ты недооцениваешь себя, малец. Вот увидишь, у тебя все получится. Ты будешь жить. Только не сомневайся в себе.
Глядя на них, Нерисса тоже села на землю, скрестив ноги.
– Пока это единственный план.
– И он очень рискованный, – тяжело вздохнув, признал Беван. – Но как бы я ни ломал голову все время, пока лежал в лазарете, ничего лучше этого плана придумать не смог и вряд ли смогу. Лоран не ждет, что кто-то из нас выпустит тебя, поэтому какое-то время он будет думать, что ты сбежал сам. Так что времени на то, чтобы провернуть это дело, хватит. Тем более пока наш король занят другими делами, нужно оборонять лагерь. Я сильно сомневаюсь, что он пошлет кого-то за тобой в погоню, людей и так не хватает. А когда он обратит внимание на тебя, ты уже принесешь ему сведения о Ниорин и Сэме.
С потолка снова сорвалась толстая капля. В возникшей тишине она создала слишком много шума. Нерисса выжидающе глядела на Ренфрида, устремившего остекленевший взгляд перед собой. Он рассматривал осколки крошечных камушков. Однажды с такими он играл с девочкой Амели на Малом Гринфордте, однажды Нерисса напугала его, подняв такие же крошки на Рафтморе. Похудевший, осунувшийся, в широких одеждах, Ренфрид выглядел совсем юным. Неужели Лоран правда мог отдать приказ о его казни?
– Когда? – наконец прохрипел молодой Теневой страж.
Нерисса заметила, что Беван одобряюще сжал пальцы и крепко стиснул плечо брата. Значит, так и будет. Слишком затягивать было нельзя, лучше действовать сразу, пока не изменились обстоятельства, никто не передумал и Лоран не принял судьбоносное решение. Нерисса открыла рот, чтобы озвучить очевидное, но вместо ее слов тишину пронзил крик Алиры.
Беван вскочил первым. Эхо от крика девушки пронеслось по коридору и умчалось дальше, в непроглядную темноту, звонко отскакивая от стен. Не мешкая, Рафтмур сорвался с места и бросился на голос Алиры. Быстро обернувшись к Ренфриду, норовящему переломать себе кости в попытках выбраться из темницы на помощь девушке, Нерисса метнулась к нему.
– Жди, – приказала она, махнув у него перед лицом ладонью, чтобы привлечь внимание. – Я выпущу тебя, когда будет подходящее время.
– Понял! Беги скорее туда! – почти прорычал Ренфрид, гневно тряхнув решетку, которая не позволила ему выбраться. – Помоги Алире!
Не споря, Нерисса бросилась вслед за Беваном, ориентируясь в неизвестном коридоре по шевелюре Рафтмура, маячившей белым пятном. Из-за полученных травм быстро бежать Теневой страж не мог, поэтому Нерисса скоро его догнала.
Вместе они ворвались в небольшую темницу, в которой стоял тошнотворный запах железа и чего-то кислого. Нерисса окинула помещение цепким взглядом и остановилась на Лоране: он стоял в центре над безжизненным телом мужчины, у которого было распорото брюхо. Стало понятно, откуда шел запах. Явно ошарашенный, Лоран рассматривал свои окровавленные руки, а в его глазах плескался зеленый свет, хотя лежащий в углу факел полыхал рыжим.