Амур с гранатой
– Вам также, – отозвался наш заведующий департаментом компьютерных технологий и положил телефон на стол.
– Что это было? – растерялась Вера.
– Беседа с владелицей дома. Сергей Петрович Кузнецов снимал особняк, – объяснил Димон.
– Сни-мал? – повторила по слогам Холодова. – Не поняла. Дом не принадлежит Сереже? Почему же он говорил, что владеет им?
Глава третья
Коробок посмотрел на меня и продолжил:
– На данном этапе точного ответа нет. Есть предположение. Вы очень понравились мужчине. Он небеден, организовал место, где вы счастливо проводили время. И ситуация непростая. Фамилия Кузнецов – одна из самых распространенных в России, имя Сергей очень популярно, отчество Петрович встречается часто. Возраст, который вам сообщил возлюбленный, мог оказаться ложным.
– Люди любят казаться моложе, чем они есть на самом деле, – пробормотала я. – У вас есть совместные фото с женихом?
– Да-да, – кивнула посетительница.
– Можно на них глянуть? – оживился Коробков.
Холодова опустила голову.
– Они у Сережи в телефоне. Он их потом отправлял в свой ноутбук – собирал наш семейный альбом.
– Неужели вы не делали снимки на свой телефон? – удивилась я.
– Конечно, фоткала Сережу часто, – затараторила Вера, – но за день до того… ну… как я приехала домой, а Мусик и Пусик на лавочке сидели, потеряла «айфон». Сережа сказал: «Завтра куплю тебе новый и перенесу туда то, что тебе надо, прости, сегодня устал! Нет сил в магазин ехать!» А у меня в личном аппарате никакой особой информации не было, ну… Вадика, стилиста моего, контакт, Тани, она маникюр-педикюр делает, Сережа еще, конечно, и все! На следующий день, когда вещи забирала со скамейки, в чемоданы не смотрела. А потом их разбирать начала и поняла, что по-прежнему нет телефончика!
– Может, помните наизусть номер Кузнецова? – поинтересовалась я. – Если часто один и тот же набор использовать, он оседает в памяти.
– Просто нажимала на «Афиногей», и телефончик сам потом работал, – прошептала Холодова, всхлипнула и, опять заплакав, сказала сквозь слезы: – Он меня любит! Что-то очень плохое случилось! Найдите Сергунчика! Жить без него не смогу! Да, муж велел не ходить в полицию, но вы же не она!
– С этим не поспорить, – согласился Димон.
Дверь распахнулась, в кабинет влетела Ада Марковна Штольцбаумкухенрайз. Близкие люди называют ее Дюдюня или Дюдюля.
– Здрассти всем! – радостно произнесла она. – Нас не звали, не ждали, а мы приперлись. Как делишки, ребятишки? Все ли супер?
Дюдюня осеклась и сразу стала серьезной – похоже, она только сейчас увидела заплаканную Веру Васильевну.
– Простите, немного пошумела. Как освободитесь, позвоните. Сижу в своем кабинете.
– Кто это? – прошептала Вера, когда за Дюдюней захлопнулась дверь.
– Одна из наших сотрудниц, – ответила я и не соврала.
Не могу назвать счастливыми ни свое детство, ни юность, но потом на меня с небес посыпались подарки.
Никому не нужная, на тот момент безработная учительница русского языка и литературы, я, выйдя из очередной конторы, услыхав до этого в отделе персонала уже набившие мне оскомину слова «мы вам позвоним», не знала, куда теперь направиться. Я стояла на улице, и выбор был невелик: направо к подземке или налево к автобусу. На метро, конечно, быстрее. Но я почему-то потопала напрямик через шоссе, чуть не попала под машину, сумела увернуться, а когда иномарка унеслась прочь, увидела лежащего на дороге дедушку и бросилась к нему.
Мой вам совет: если жизнь загнала вас в угол и радостно пинает во все бока железными сапогами, не следует впадать в истерику. Все плохое, что с человеком случается, ведет его к чему-то очень хорошему. И еще: если встает выбор, куда шагать, направо или налево, то смело бегите прямо. Я именно так и поступила. Мне повезло, и вам тоже повезет.
Немощный старичок, которому я бросилась на помощь, привел меня к себе домой, умылся, переоделся и оказался Дмитрием Коробковым. Вот так я попала в систему «Особые бригады» и начала учиться у товарищей. А спустя время вышла замуж за Ивана Никифоровича, нашего главного начальника и владельца «Особых бригад». Теперь у меня невероятно счастливая семейная жизнь, самая лучшая свекровь на свете и работа, которую я никогда не променяю на другую, даже если мне за это предложат все деньги мира.
Ада Марковна – единственная подруга Ирины Леонидовны, мамы моего мужа Ивана Никифоровича. Ирину Леонидовну и Аду Марковну связала много лет назад служба в «Особых бригадах». Их дружба выдержала проверку в разных испытаниях. Рина сейчас занимается домом, ушла в режим спящего агента, а Дюдюня до сих пор рвется в бой. Она психолог, считается членом моей бригады, но работает по собственному графику.
– Что мне теперь делать? – пролепетала Вера.
– В городской квартире можно жить? – осведомилась я.
– В принципе да, – прошептала Холодова. – Все расшвыряно, но вещи разложу по местам… Простите меня.
– За что? – удивился Димон.
– Ну… не знакома совсем с вами, – залепетала посетительница, – соврала, что училась вместе с Татьяной. Ну… думала, однокашнице скорее помогут, постараются, получше поработают, побольше внимания уделят… вот так. Простите, пожалуйста.
Я чуть было не воскликнула: «Глупее ничего не придумать!» Но сумела удержаться.
Димон взял трубку внутреннего телефона.
– Леня, у тебя есть свободные люди?.. Да, вполне хватит. Пусть они к нам зайдут – задание есть. Надо помочь нашей клиентке, у нее дома кто-то незаконно затеял обыск, навел полный беспорядок… Ты прав! Ждем.
Потом Коробков повернулся к Холодовой.
– С вами поедут прекрасные молодые люди Петр и Михаил.
Минут через пять раздался стук в дверь.
– Входите, – разрешила я.
В кабинете оказались два парня, по виду близнецы. Они одновременно произнесли:
– Здравия желаем!
Потом один замолчал, а второй продолжил:
– Нам велено забрать женщину.
Коробков закатил глаза.
– Парни, учитесь говорить красиво. Не «забрать», а отвезти домой Веру Васильевну Холодову, в чьей квартире неустановленные личности устроили незаконный обыск. Ваша задача – под руководством хозяйки все привести в порядок.
– Понятно! – одновременно отозвались близнецы.
– Ни на секунду в вас не сомневался, – кивнул Димон.
– В одной комнате содрали обои, – подключилась я к беседе, – следует вернуть помещению первозданный вид.
– Выполним! – слаженно пообещала парочка.
– Обои купите по дороге, – растолковал Димон. – Заедете с Верой Васильевной в магазин.
– Так точно! – отреагировали парни.
– Одну ее в торговый центр не отпускайте, – добавила я.
– Будет исполнено! – объявил дуэт.
– Петр, отведи госпожу Холодову в машину. Михаил, останься на пару минут, – скомандовал Коробков.
Когда Вера и юноша удалились, Коробков обратился к Мише:
– Ситуация странная, нас она насторожила. Когда будете наводить порядок, непременно спрашивайте у хозяйки, что куда поставить и положить. Если вдруг среди разбросанного обнаружится нечто, не принадлежащее владелице апартаментов, привезите это нам.
– Ясно, – кивнул Михаил.
– Даже самый пустячок, – дополнила я. – Обертки от конфет, которые хозяйка никогда не покупает, пустая бутылка из-под воды, которую Вера Васильевна не пьет…
– Дебилом надо быть, чтобы такое после себя оставить, – неожиданно разговорился Михаил.
– Людям свойственно совершать ошибки, – остановил его Димон. – И какое нам дело до чужих косяков? Главное – самим не напортачить.
– Так точно, – отозвался Миша.
– Приступай, – приказал Коробков.
Парень умчался, и в ту же секунду передо мной возникла Ада Марковна с заявлением:
– У меня снесло крышу.
– Вроде, голова на месте, – с самым серьезным видом отметил Коробков.
– На доме, – уточнила Дюдюня. – Вот говорили мне умные люди: «Не пожалей денег, сделай все из хорошего материала! Один раз потратишься – потом много лет без проблем проживешь!» А у меня тогда денежки тю-тю! Решила шифер взять. И пожалуйста! Весь побился! Теперь перекрывать надо. Вдохновленная горьким опытом, приобрела керамическую черепицу… Короче, временно меняю место жительства, потому что в моем доме жить пока невозможно. Танюша, когда домой отправишься? Уже поздно…