Ночной санитар (СИ)

Только раз делал бальзамирование по науке, с выкачиванием крови и заменой ее раствором формалина. Плюс внутренности просто замораживали и везли отдельно. За что никогда не брался, так это бальзамирование трупиков детей. Это было выше моих сил. Да за это много платили, но я так и не смог себя перебороть. Отдавал на аутсорс, как говориться.
В целом к октябрю я был полностью занят и начал налегать на учебу. Раз большой спорт для меня закрыт, то надо успеть получить знания, которые даются бесплатно. Оценить это можно только когда все знания даются за деньги.
* * *
Александр Максимилианович Юсупов вошел в квартиру отца с непонятным чувством. Слишком неожиданным было его исчезновение. Забрав ключи и коды доступа у нотариуса — старого знакомого отца — он подъехал к дому и набрав код на смарте открыл шлагбаум. Машино место отца было пусто. Он давно не водил машину, предпочитая такси. Запарковался и войдя в подъезд открыл двери допотопного лифта нажал на кнопку 4, что соответствовало четвертому этажу. Он всегда по белому завидовал отцу, за его отношению к жизни, никогда не прикипал к вещам. Когда отец купил дом в Испании и начал его перестраивать, Саша был еще мал. Когда он туда привез своих однокурсников — гордился отцом. А когда он его продал какому-то голландцу — ему было жаль дом. Сколько воспоминаний.
Отец тогда сказал — не прикипай к вещам. Они для нас, а не мы для них. Где тебе было хорошо — туда не возвращайся.
Потом была куча исков и судов. Когда забирали дачу, Александр спросил отца. Как так — у тебя же не было долгов по выплатам. Тогда отец предупредил — от незаконного решения никто не застрахован и года через два-три судью, принявшую неправомерное решение лишили статуса федерального судьи. Но ее решения остались в силе.
Отец тогда посмеялся — арендовать дачу было бы дороже — будем считать, что мы ее арендовали со скидкой. Ну да, пока он судился с застройщиками и банком мы не платили по счетам. У него всегда было какое-то нестандартное мышление. И ведь так и было. Мы пользовались дачей почти 12 лет пока шли суды и если разложить потраченные деньги, то аренда получалась копеечная.
Вот и сейчас он входил в парадное дома 1913 года постройки с почти оригинальным лифтом. Пролеты были чуть ли не под 5 метров. Как-то раз он приехал туда со своим боссом-американцем. Учитывая, что отец их на дух не переносил предупредил босса об этом. Тот посмеялся. Но когда он вошел в парадное его проняло. Стивен тогда сказал, что только теперь понял, что такое имперский дух. У отца тогда была горничная, что приняла верхнюю одежду и показала куда идти. Квартира отца была пропитана имперским духом, начиная от наборного паркета и заканчивая мебелью из карельской березы. Картин и эстампов он не держал, считая все это маразмом. Стены гостиной украшала коллекция холодного оружия, которая была зарегистрирована в Минкульте. Дабы всякие менты не могли предъявить претензии по хранению опасных предметов. Приглашенный повар и официант соорудили обед в стиле полукавказ — а-ля рюс.
Салаты чередовались с шашлыком по-карски, рыбная солянка с осетриной горячего копчения и беф-строганов под оригинальным соусом с маринованными огурчиками и картофельное пюре с соусом бешамель. На десерт подали клубничный флан с мороженным и старое порто с кофе кортадо в испанском варианте.
Стивен тогда спросил Александра — твои родители аристократы?
Он рассмеялся — Отец — Юсупов из боковой ветви князей Юсуповых, а мама просто моя мама. Терская казачка. Но мать отца из рода Касимовых. Они все крещеные татары и поэтому я и крещен и принят мусульманином. У нас так повелось. И отец также и моя мама и жена отца и остальные члены семьи. Единственно, что отец делал всегда — это безукоризненно одевался. Сам смеясь, он говорил Сашке, что это последствия советской системы распределения, когда нельзя было достать хорошей одежды. А мама как-то сказала, что она вообще не помнит, чтобы отец плохо одевался. У него почему-то всегда были деньги на это. Даже будучи студентом. Но тогда они еще не встречались, мама еще в школе училась.
  
Тогда отец был в поло Ральф Лорен и штанах Валентино. По домашнему. Часы он терпеть не мог и всегда пренебрежительно относился к любителям дорогих швейцарских марок. Носил он небольшие часы в форме кирпича марки Шопар на браслете в золоте с двумя циферблатами. Так ему было легче ориентироваться во времени в других регионах его интересов. Тогда он говорил, что переплатил — стоило это все долларов 300 из-за золотого браслета и корпуса часов. Механизм был кварцевый — долларов 20 где-то. А купил он их за 2 тысячи в Гонконге. Это без НДС. Вот, говорил он Сашке. Часы стоят копейки, а впаривают за десятки рублей. Но показать, что у него дешевые часы было нельзя. Как-то в Гонконге отец познакомил его со старичком, у которого на руке был специальный Ролекс с 12 каратниками по циферблату. И браслет вес в алмазной крошке. Тогда он его спросил — во сколько Сашка оценил часы старичка. Саня подумав сказал — стоимость ингредиентов тыш 20–30 долларов. В зависимости от чистоты бриллиантов. А так в магазине за сотку перевалит. Точно — сказал отец. 150 если быть точным. Так вот старичок ничего не стоит.
Все его капиталы у него на руке. Даже костюмчик на косарь не более.
А ботиночки стоят фунтов 200–250. В базарный день. То есть на Севилл Роу чувак не тянет. Понторез.
Стивен сразу понял калибр батюшки. Он тоже не на помойке себя нашел.
Поэтому, после этого ужина он получил место вице-президента американского банка и сильно поднялся в социальном рейтинге.
В квартире было тихо. Саша открыл счетчик и включил питание.
Разувшись, он вошел в гостиную и потом сразу в кабинет. На письменном столе лежал конверт. Он сел в кресло и рассмотрел надпись. Там значилось, что это ему. Взрезав конверт ножом для бумаг и вынув содержимое на стол упала флэшка. Рядом с конвертом лежал планшет.
Спустя полчаса он разобрался с задумками отца и просто выпал в осадок. Отец имея такие деньги, жил простой для олигархов жизнью. На себя тратил какой- то минимум. Даже деду не стал ставить памятник. Обошелся тем, что поставило Минобороны. По прикидкам на него свалилось наследство под 100 миллионов долларов. Это оценочно. Конечно, все их сразу не обналичишь, но они были грамотно разложены по пакетам. Это без физического золота. Банку с червонцами он зарыл на черный день. И там еще флэшка. Так поллитровая банка червонцев это примерно килограмм 10 — скорее больше, но и так сойдет для ровного счета. Под 10 лимонов баксов. Золото сильно дало в штангу.
Был конец сентября и отопление еще не дали. Саша подошел к камину и открыв газовый кран зажег его. Вспомнилось, что отец ругался, что он жрет кислород в квартире, хотя и греет. И как он ходил договариваться с соседом, известным архитектором Ильей Уткиным, который занимал мезонин со своей мастерской, чтобы вывести трубу от камина через его вентканал на улицу.
Потом Уткин ему набросал эскизы интерьеров квартиры и отец года четыре делал ремонт. Потому как слово евроремонт он терпеть не мог. Он практически реставрировал квартиру включая свои особенности. После сдачи ремонта Уткин перестал в нее приходить, говоря, что пить водку в музее его не вдохновляет. При покупке квартиры он вообще ее не смотрел. Только сам дом и его историю с конструктивом. Купил он ее за смешные 30 тысяч долларов, так как еврейская семья, что там проживала хотела получить деньги в Канаде, что отец им устроил. А уже при Собянине дом привели в порядок внешне. Поменяли все коммуникации и даже восстановили элементы мозаики, после чего стоимость квартир в доме выросла втрое. А так это была большая трешка с кабинетом, спальней родителей и гостиной с кухней под 15 метров и коридором метров в 12. После смерти матери отец ничего не стал менять. Все осталось как было при ее жизни.
Одно не давало ему покоя — недосказанность. В письме было сказано, что он получит уведомление примерно через год, где будут более развернутые объяснения его исчезновения. Еще отец посоветовал сдать квартиру одному олигарху из соседнего подъезда, который искал куда поселить родителей, чтобы были рядом. Денег у него, как у дурака махорки и торговаться он не будет. Да и на рынок такую квартиру не выставишь. Ну это терпит. Еще он дал ссылку на файл в облаке, где лежит криптопримочка к смарту и планшету на любое отправление по инету в плавающим шифром, основанным на методе случайных чисел. Он ее не доработал, но основа прописана. Ее можно продать айтишникам за приличные деньги, или пользовать самому. Кстати, кошку он тоже забрал.