Единственная для Люцифера (СИ)
— Поздравляю с предстоящей свадьбой, — Сара падает в кресло напротив.
— Спасибо. Удивлена, что ты говоришь на английском, — выдавливаю из себя, и делаю вид, что внимательно слежу за людьми.
— Училась в Америке, — хмыкает. — Для меня новость о бракосочетании Марко стала полной неожиданностью. Не думала, что он когда-нибудь жениться.
От ее внезапной прямоты я растерянно хлопаю глазами.
— Ты знаешь, — опасливо опускаю голос. — Для меня это тоже очень неожиданно.
— Не поняла, — тянет она задумчиво. — Может объяснишь, что ты имеешь в виду.
За нашими спинами открывается дверь и на улицу выходит Марко.
Сара оборачивается на звук мужских шагов: — Надеюсь, это не помою душу, — едко произносит, глядя мне в глаза. Затем вскакивает с места, и еле удерживая равновесие на своих высоченных туфлях, хватается рукой за спинку кресла.
Марко тормозит в шаге от нас. Удивленно переводя с вой взгляд с Сары на меня и обратно.
— Любимый, — демонстративно, во всеуслышание зову мужчину. — Тут Сара ждет от тебя объяснений относительно нашей свадьбы, — медленно встаю и подхожу к ним. — Ты ничего нам не хочешь объяснить?
— Вам? — Искренне удивляется он.
— Да. Нам, — нагло забрасываю руку на плечо девушки. Будто бы мы давние подруги. — Мне и Саре, — произношу с максимально натянутой улыбкой. — Нас очень интересует эта информация.
В этом момент девушка словно онемела. Хлопая своими огромными глазами, она то и дело стреляла взглядом то на меня, то на Люцифера.
— Хочу, — кивает мужчина. — Но только тебе. И не объяснять, а показать, — берет меня за руку и притягивает к себе. — Извини Сара. Мы оставим тебя одну.
Под презрительные взгляды девушки, Марко обнимая уводит, меня в дом. Поднявшись на третий этаж и миновав два коридора, мы оказываемся в комнате, больше похожей на выставочный зал. Здесь все стены увешаны грамотами. На полочках стоят различные кубки и висят медали. Справа от нас стоит огромный шкаф весь заваленный книгами. Кровать у окна и письменный стол напротив.
— О Боги! Это все чье? — Перебираю пальцами жёлтые кружочки. На одном из них замечаю надпись: «Снайперский рубеж».
— Мое, — скромно отвечает мужчина.
— Ого… Я бы никогда не подумала, что ты принимал участие в таком количестве разных…
— Конкурсов и соревнований, — дергает плечами.
— Да, — говорю с придыханием. — Ты всегда был первым?
— Нет. Иногда вторым, — горько улыбается. — Как говорит отец: «мог бы и лучше», — с этой фразой в глазах появляется горечь обиды. Видимо его всегда критиковали в детстве. Именно поэтому у него настолько холодные отношения с отцом.
— Куда уж лучше, — беру в руки увесистый кубок и смахнув с него пыль ставлю обратно.
— Мы сегодня здесь переночуем, — он отодвигает в сторону белоснежную занавеску и открывает балконную дверь. — Ты пока располагайся, а я выйду покурить.
Мне невыносимо о мысли, что у него внутри болит детская обида. В груди начинает неприятно ныть. Словно это я виновата в его внутреннем конфликте с родителем. Не зная, какие слова правильно говорить в данной ситуации, иду следом за ним на балкон.
— Марко… — смотрю на его напряженную спину. — У нас всех есть детские обиды…
— У меня их нет, — он разворачивается и упирается решительным взглядом в мое лицо. — Ни обид. Ни комплексов, — глубоко затягивается ментоловым дымом.
— Отрицание — это не решение проблемы, — говорю расстроенно. — А всего лишь замалчивание ее.
— Я не нуждаюсь в твоём психоанализе, — рявкает в ответ. — Если мне когда-нибудь понадобиться помощь, то я обращусь к специалисту, а не к тебе.
— Черт… — протяжно стону. — Как с тобой сложно, Марко…
— Со мной? — Хмуриться Люцифер и тушит окурок в пепельнице.
— Ну не со мной же, — тихо отвечаю и прислоняюсь виском к дверному косяку.
— Иди сюда, — его хриплый голос ломается и начинает звучать так проникновенно, что я буквально сдаюсь и ныряю в его объятия.
Вбираю в себя запах сигаретного дыма, вперемешку с мужским парфюмом. Слезы неконтролируемо подступают к моим глазам. Я не могу понять, это слезы счастья или усталости. Пытаюсь сдерживать их изо всех сил и давлю в себе судорожный всхлип.
— Ты то чего? — Марко успокаивающе гладит мою спину.
— И сама не знаю, — жалостливо шмыгаю носом.
Губы мужчины находят мои. Он нежно скользит ими по коже. Царапая щечку своей колкой щетиной. А затем захватывает в сладкий плен мои губы и язык. Мужчина дразнит и зацеловывает меня. Неожиданно для себя я оказываюсь развернутой и прижатой животом к бетонной балюстраде.
— Прогнись в спинке, — возбужденно хрипит мне на ухо Люцифер. — Вот так, — рукой заставляет выгнуться меня в пояснице. Стягивает с плеча платье, откидывает волосы в сторону и целует в оголенную лопатку. Я до онемения в пальцах стискиваю перила.
— Марко… Мне страшно, — иступлено шепчу, испуганно глядя вниз. — Нас могут увидеть.
— Нет, — покрывая поцелуями шею, он задирает платье вверх. — Этот балкон выходит на противоположную сторону. Внизу густой сад. За ним нас попросту не видно.
Слышу, звук расстёгивающейся молнии и звон пряжки от его ремня. Качаясь на адреналиновых волнах, прикрываю глаза. Поглаживая бедра, мужчина отводит мои трусики в сторону и сжимает в руках ягодицы.
— О-о-о… — первый глубокий толчок и я захлебываюсь своими же эмоциями. Второй — и картинка плывет перед глазами. Опускаю голову и чувствую, как мир качается под ногами.
Его движения становятся глубже. Резче. Грубее.
— Я хочу, чтобы ты открыла глаза, — Марко горячо шепчет мне на ушко. — Открой и смотри, — приказывает и я послушно исполняю. Передо мной только небо и первые звезды. — Вот так, — ведет носом по затылку. Его рука на моей шее. Он слегка сжимает пальцы вокруг моего горла.
— Что ты… — хватаюсь за его запястье. Мужчина расслабляет ладонь, и я обмякаю в его крепких объятиях. В голове живет одна единственная мысль: «Боже! Как это прекрасно! Еще! Да! Еще!»
Шлепки наших тел становятся более синхронными. Пульс истерично колотиться в ушах, а тело буквально плавиться в его руках. В какой-то момент, мне кажется, что я сейчас просто отключусь. Каждой своей клеточкой я чувствую, приближающейся финал. Пик. Апогей удовольствия. Которое взрывается где-то в затылке и котиться вниз по позвоночнику. Мой стон смешивается с его, и я чувствую, как мокро кончает во мне Люцифер, зацеловывая меня и шепча разные нежности.
— Умница, — придерживая меня одной рукой, он зарывается носом в волосы и целует мою макушку.
28
Лили
— Ты узнал, как твой отец должен нам помочь? — я лежу на плече Марко и переплетая наши пальцы, играю его ладонью.
Мужчина тяжело вздыхает: — Мы перейдём границу пешком. Теми же тропами, которыми переносят наркотики.
— Как же пограничники? — Направляю на него вопросительный взгляд.
Марко целует меня в макушку. Забирает руку из-под моей головы. И отбросив одеяло в сторону, встает с постели. Его тело все укрыто синими тату. Я не могу глаз оторвать от его такого красивого и натренированного тела. Люцифер ловит мой взгляд и довольно улыбается. Достает из шкафа футболку и натягивает ее на себя.
— Американские пограничники не имеют возможности контролировать границу по всей протяжности. Обширные пустынные и горные районы охраняются очень слабо.
— Мы деньги в руках понесем? — натягиваю одеяло повыше и ползу вверх по подушкам.
— Нет, конечно, — отрицательно качает головой. — Деньги перенесут наркокурьеры. В определенном месте и в назначенное время их встретит Артуро на той стороне границы. Заберет деньги. Ну, а потом он встретит нас. Именно для этого он сегодня вылетает в США.
Гениально!
— И что твой отец хочет за это? Какая будет цена услуги? — Напряженно спрашиваю, потому как этот вопрос интересует меня больше всего.
Мужчина на секунду подвисает.
— Марко! — Требовательно зову.
— А? Что? — Отмирает и направляет на меня задумчивый взгляд. — Он хочет новые места сбыта в Нью-Йорке.