Потерявшийся (СИ)

— Как давно, по вашему мнению, заброшена база? — звучит в динамике рации голос Вячеслава Игоревича.
— Я же не археолог, чтобы такое вычислить. Но, как мне кажется, лет сто-сто пятьдесят. Явно не больше и не меньше. Тут хорошая такая исследовательская экспедиция нужна, чтобы всё охватить, рассмотреть и оценить. Только… Только мы будем не первыми исследователями.
— Почему вы так решили?
— По следам инструментов, которыми долбили рухнувшую плиту, чтобы попасть в недоступное раньше помещение. Но это, в общем-то, понятно. Тут до базы «осторожных» всего-то километров восемьдесят, не больше. Не могли они такой «вкусный» объект пропустить и не исследовать.
— А это не ваши «старые люди» построили?
— Однозначно нет. У «старых людей» своеобразные пропорции тела: короткие ноги, массивное туловище. А эти, скорее, по телосложению напоминают киношных эльфов.
— Скелеты нашли?
— Увы, только сильно пострадавший барельеф.
— Непременно снимите, как можно подробнее!
— Уже сделано, Вячеслав Игоревич.
Пока шлялись, осматривая помещения, прошло никак не меньше двух часов. Вчетвером осматривали: водители машин и по одному бойцу я оставил бдеть за обстановкой. Во-первых, аборигены могут явиться, чтобы проверить, не осквернили ли мы их святилище, а во-вторых, больно уж «заинтересовался» нашей деятельностью тот самый беспилотник, что «пасёт» нас во время всего путешествия. Не просто кружит где-то в отдалении, а чуть ли не над головой, на высоте всего полкилометра «ходит». И, как сообщает Доренко, постоянно обменивается пакетами информации с базой.
— Перец, прими во внимание, — снова бормочет рация. — В вашу сторону с базы «остророжных» взлетел и направляется ещё один аппарат. Идёт на высокой для небольших БПЛА скорости, порядка 180 километров в час.
Интересно, что это «инопланетяне» задумали?
Пока гадали, поступило новое сообщение: «птичка» сбавила скорость и снизилась. Да её уже и невооружённым взглядом видно.
— Что делать, командир? Кажется, точно на нас идёт, — проявил беспокойство один из дежурных в «Стреле».
— Ждать.
— А может, отпугнуть пулемётной очередью? Вдруг аппарат ударный?
— А вдруг нет? Огня не открывать! Просто ждать и смотреть. Вот если атакует, тогда и будем решать.
— Главное — чтобы поздно не было…
Беспилотник прошёл над нами на низкой высоте, метров двести, после чего зашёл на новый круг, спустившись ещё ниже. И тут от него что-то отделилось.
— Ложись!
Мордой в песок, но башкой кручу. Что-то очень небольшое с прикреплённой к хвостовой части широкой лентой. Сбросил и ушёл в сторону на новый круг.
Нет, не бабахнуло. Металлический стержень воткнулся в землю в полусотне метров от нас, серая лента поникла, но чуть колышется по ветру. А что это за красное утолщение на стержне?
Беспилотник ходит над нами кругами, не пытаясь сбросить ничего нового.
— Ну, что, мужики? Если погибну — считайте меня коммунистом! Всем лежать, пока я не разобрался с тем, чего это нам подбросили.
Ссыкотно, конечно. Но посмотреть надо: до сих пор «осторожные» никогда агрессии не проявляли.
Что-то прикреплённое к стержню чем-то, вроде резинок. Очень похоже на обёрнутый вокруг «железяки» лист бумаги. Неужели какое-то послание? Кажется, в те времена, когда авиация летала не быстрее этих беспилотников, а рацию самолёт поднять не мог из-за её массы и громоздкости, лётчики так общались с наземными войсками, сбрасывая им сообщения с подобными «вымпелами».
Резинки сдвинул в сторону. Действительно, что-то вроде бумаги. Карта! Точнее, аэрофотосъёмка участка территории между вот этой крепостью и базой «осторожных». И извилистая линия по суше, соединяющая эти точки. Ниже, на белом поле, силуэт одной нашей машины, рядом с которой три человеческие фигурки. Одна из них, которая покрупнее, вместо символический головы, имеет… фотографию моей морды. Охренеть! Вход в бухту, в глубине которой находится база «осторожных», отчёркнут жирной линией, восточнее которой ещё один силуэт — «Севера». Млять!
— Перец, что у вас там?
  
— Вячеслав Игоревич, беспилотник сбросил вымпел с посланием. Они персонально меня и двоих сопровождающих приглашают в гости. На машине. А «Северу» предписывают ждать в открытом море, не входя в бухту, где у них база.
— Что, прямо по-русски пишут?
— Никак нет. Я сейчас камерой сделаю снимок этого послания и пакетной связью сброшу по рации. Сами увидите.
А беспилотник всё кружится…
Помахал ему рукой. Типа, вас понял. И тот, сделав ещё круг, взял курс туда, откуда прилетел.
— Перец, нам по этому поводу надо связаться с Центральной, — после перекачки сделанного фото подал, наконец, голос наш учёный. — Запросить разрешение на такие действия.
— Будем ждать.
А что ещё ответить? Надо — так надо. Хотя, конечно, я не сомневаюсь в том, что подполковник Шаров на такой вариант согласится. Он для того меня в эту экспедицию и посылал, чтобы я снова «жестами объяснял, что меня зовут Хуан». С другой стороны, очень удивляет то, что это решили и «осторожные». Вот так, млын, и приходит вселенская популярность!
Ржу я, конечно. И рожу мою они вполне могли снять и после сражения с уузами, и во время контактов с гелами, и даже в Эсесе. Мы ведь, как придурки, под ноги больше смотрели, чем к небу, в котором шляются беспилотники «осторожных», головы поднимали.
— Перец, Центральная дала «добро». Пересаживайте одного бойца во вторую машину и выдвигайтесь к базе «осторожных». Мы примем машину на борт и тоже поднимем якоря.
Ну, что, Саня Пересечин? Вперёд, к новым открытиям? Гордись: ты будешь первым, установившим контакт с высокоразвитой инопланетной цивилизацией!