Потерявшийся (СИ)

— Послать? — спросил я капитана, переведя вопросы. — Очень уж мне этот Адол не нравится после нашей с ним предыдущей встречи.
  
Фрагмент 15
 
* * *
Как я понял, больше всего «графа» взбесило то, что переводом занимался я, которому по его повелению следовало бы в настоящее время быть не здесь, а держать ответ перед окружением эсесского «короля». Потому как следующий этап переговоров на тему «оставьте всё как было, это наша собственность» был дополнен требованием выдать меня, как «преступника, ослушавшегося приказа шибко большого начальника». А вот тут последовал посыл по всем пунктам: не ваше, а наше, а Перец — «человек света», который находится под юрисдикцией землян, а не гелоров. И предупредительный выстрел из «трёхдюймовки» по дюне, оставивший на ней приличных размеров воронку.
— Я всего лишь передаю то, что мне приказал Адол-оп, — взбледнув на лицо, принялся оправдываться посыльный.
— Мы понимаем, — успокоил я его. — И по нашим законам такой человек неприкосновенен, пока идут переговоры. Отправляйся к Адол-опу и предупреди его, что, если он решит напасть на нас, все ваши корабли отправятся ко дну ещё до того, как гребцы на них успеют сделать три взмаха вёслами. Мы могли бы жить в мире и торговать. И если Адол-оп хочет войны, то мы верим в то, что другой военачальник, которого назначат после его глупой гибели, окажется умнее. Возвращайтесь в Маси: вашему государству понадобятся эти корабли, если марентские пираты снова нападут на какой-нибудь город Эсеса.
Шлюпка ушла и больше не возвращалась. Но и типа-галеры (а хрен его знает, к какому классу относятся гелорские боевые корабли) никуда не уходили, продолжая маячить на удалении метров триста от «Урагана».
— Как считаешь, старлей: придётся их топить или нет? — поинтересовался каплей Малинин, капитан нашего «вундерваффе».
— А хрен его знает, Василий Павлович. Адол произвёл на меня впечатления довольно умного мужика. Другой разговор — эти его «дворянские» понты. Если он взъелся на то, что я, вместо того, чтобы подчиниться его приказу, сбежал из Маси, то тут мы его вообще прямым текстом послали, авторитет подорвали. Я не исключаю, что он сейчас совещается с капитанами, как быть. Утереться и немедленно возвращаться в город — ещё сильнее потерять лицо. А напасть — гарантированно отправиться кормить рыбу.
Сошлись на том, что морской бой — вовсе не повод для того, чтобы прекращать эвакуацию столь ценной добычи. Тем более, бригада «бурлаков» уже взгромоздила «чудо враждебной техники» на импровизированный паром и только и ждало команды, чтобы двинуться на подвесном моторчике в направлении «Урагана».
Никакого «великого стояния на Угре» с гелорами не случилось. Сначала кран-балка подняла на корму беспилотник, а потом четырьмя подъёмами — грубо сколоченную «платформу», два плота и моторную лодку, буксировавшую «паром». И когда это всё оказалось принайтовано, сдуто и опущено в недра корабля, загрохотали на подъём якорные цепи. Завершающим аккордом звукового сопровождения стал истошный вопль «ревуна», заставивший кое-кого из эсесских матросов присесть от испуга. Всё, возвращаемся на Базу! И пусть «граф» Адол празднует «победу»: ведь не он сбежал, а мы «дали дёру».
«Красавицу» мы встретили уже под самые сумерки. Точнее, сначала засекли радаром (набранное на борт железо неплохо отражало радиоволны), а потом по моей просьбе Малинин изменил курс, чтобы я пообщался со старыми знакомыми. Просто хотел предупредить о том, что впереди их ждёт встреча с отрядом Адола. И пусть ребята сами решают, что им делать: то ли плыть навстречу этим кораблям, то ли выждать время, пока у «графа» говно перекипит.
Столь быстрое перемещение посудины объяснялось тем, что капитан «купца» наконец-то уверовал в «чудо-прибор» с названием компас, и на ночь кораблик не ложился в дрейф. Так что, если купечество решится двигаться на Маси без остановки, то утром они уже будут на месте. В общем, ещё один элемент моей прогрессорской деятельности «пошёл в народ». И если у Алпа с Элгом не возникнет желания переквалифицироваться из «сухопутных» торгашей в «морские», то за дарёные им компасы они выручат очень хорошие деньги.
  
У маяка мы застали целых две группы торговых кораблей, ожидающих прилива, чтобы войти в Лиман. Одна ласская, а вторая под флагами ракуим. Держались они в отдалении друг от друга, что говорило о… не самых радужных отношениях между этими государствами соседнего континента. Ну, да ладно: не палят друг в друга из пушек, и то хорошо.
В отличие от парусников, нам ждать, когда переменится течение в проливе, ни к чему. Доложились по УКВ дежурному по маяку и ломанулись в Лиман. А там и родной причал недалеко. Пусть, ещё день уйдёт на то, чтобы сдать отчёт о моих приключениях, начавшихся с извержения мега-вулкана в землях гелонов, почти дописанный за время текущего плавания. А потом можно предаться недельному безделью, обещанному мне Шаровым. Я ведь свою задачу выполнил: корабль к беспилотнику «других инопланетян» привёл, все мои рассказы о том, что представляет собой этот летательный аппарат подтвердились. Вот и пусть его земные учёные теперь ковыряют. Хоть по молекулам разберут — меня это уже не касается. Я. Свою. Задачу. Выполнил! Так что, доложив Шарову об успешном завершении очередной экспедиции, забросив шмотки в собственную конуру и приведя себя в порядок, могу спокойно наведаться к Софье свет Андреевне.
Да вот только птица Обломинго успела-таки взмахнуть чёрным крылом.
— Спасибо, Александр Михайлович. Но с вашим отпуском придётся повременить: на Земле очень хотят ознакомиться не только с сухим докладом, но и с более подробным личным рассказом.
Умеет же начальство настроение испортить!
Честно говоря, не хочу на Землю. Я уже успел стать чужим для России. Ладно бы, если б это был полноценный отпуск на месяц или два. Чтобы можно было закатиться куда-нибудь в тихое, красивое место. Но ведь за пределы Центра меня никто не выпустит, пока мою персону не закончат «доить» на информацию об аборигенах, ценным носителем которой я являюсь. По крайней мере, никто дольше меня не жил среди достаточно развитых (в сравнении с прочими нашими соседями) туземцев. В моём случае — гелоров, достигших уровня раннего Средневековья.
— Правда, это не сейчас, а через пару дней, когда в Центре будут готовы принять вас. Так что пока, — подчеркнул подполковник последнее слово. — Пока можете позволить себе небольшой отдых.
Соня уже знала о возвращении «Урагана»: городок землян всё-таки небольшой, и новости распространяются мгновенно. Да и тральщик поприветствовал родной порт гудком перед тем, как приступить к швартовке. А это громко, очень громко, на любом конце Базы слышно. В общем, когда я постучался в кабинет подружки, молотящей пальчиками по клавиатуре рабочего компьютера, она не удивилась.
— Ты как? Просто в гости заглянул или опять по возникшим в командировке вопросам?
Ах, так, значит? Думаешь, острый язычок только у тебя?
— Конечно, во возникшим вопросам!
Плотно сжатые губы недовольно дёрнулись.
— Например, во время этой командировки у меня возник вопрос: у вас в медсанчасти выходные бывают?
Оценила ответ на её подъ*бку, усмехнулась.
— Бывают. У тебя есть какие-то предложения о том, как их провести?
— Да я, понимаешь ли, всё мотаюсь по туземным бабам, да мотаюсь. Вот и отстал от жизни: не знаю, как за время моих саксаульных похождений местная мода на отдых изменилась, собирался тебя спросить.
— Поругаться захотел?
— Чесслово, и даже не надеялся ни на какую свару, пока ты первая не начала. Так какими будут твои положительные ответы на мои вопросы о вашем графике работ и перспективе совместного отдыха в выходной день?
Кажется, чуть смягчилась.
— Слушай, давай вечером обсудим. Мне надо срочно сверстать план медосмотра экипажей купеческих кораблей, которыми нашим сотрудникам заниматься.
— Я могу рассматривать это как приглашение сегодня наведаться к тебе в гости? — вынимая из-за спины пучок местных трав, призванных изобразить букетик, и напустив на физиономию выражение юного воздыхателя, наконец-то получившего лёгкий намёк на благосклонность предмета тайного обожания, спросил я.