Потерявшийся (СИ)

Пожалуй, этот гонец умчался в сторону деревни, когда стало ясно, что мы собираемся именно высаживаться на берег: за лодками не погнались, скорость погасили и маневрируем на мелководье малым ходом.
Наконец-то звучат команды:
— Машина стоп! Отдать носовой!
* * *
Первыми на надувной моторке высадились я и трое матросов, вооружённых автоматами. Обеспечивать безопасность людей, которые будут работать с моей находкой.
В общем-то, «чудовище» никуда не делось. Лежит себе «вверх брюхом», посматривает в небо стеклянными глазами-камерами. Только за прошедшие дни в отсутствие дождей ветром песка на него чуть-чуть намело. Ну, и в сторонке, на камне, уложенном в песок, добавилось «жертвоприношений», частично уже раскиданных и частично склёванный чайками.
Следом за нами подъехали специалисты, выряженные в защитные костюмы. Грустно, конечно, ребятам на солнцепёке в этих «презервативах», но что делать: работа у них такая. Тем более, я напугал руководство тем, что, предположительно, в беспилотнике используется источник питания на радиоактивных химических элементах. Так что они, первым делом, обошли аппарат по кругу, водя над самым песком щупами, прикреплёнными к металлическим штангам.
— Норма для здешних мест, — наконец-то подал голос их старший, сдирая с головы защитный колпак. — Ноль пятнадцать микрозиверт в час. Фу! Запарился! Ну, показывай, где тут твой радиоактивный источник питания.
Ткнул пальцем в люк, открываемый из контрольного отсека.
— Похоже, не соврал, — кивнул радиометрист, поводив щупом прибора по лючку. — Фонит немного. Но тоже не опасно. Ну, всё. Работаем, ребята.
Вы думали, что после этого прибежал толпа матросов, которые под крики «раз, два, взяли» подняли «чудо инопланетной техники» и потащили его на плот, чтобы перевезти на «Ураган»? Хренушки! У спецов свой протокол работы, которая начинается с фотографирования находки со всех возможных ракурсов. С прикладыванием мерных линеек к отдельным частям аппарата. Параллельно ведётся видеосъёмка с надиктовыванием того, что именно делают исследователи. Короче, нудота ещё та.
В общем, ребята жили половой жизнью с описанием того, что будут исследовать, добрый час. И лишь когда закончили, прервались на то, чтобы попить водички и посидеть на дюне.
А потом они чуть не прибили меня, когда я, недолго думая, ковырнул ножом крышку лючка контрольного отсека. Им, видите ли, сначала нужно было описать и замерить, в каком месте находится этот лючок, как расположены те прорези для инструмента обслуживающего персонажа, в каком всё это состоянии, как его отрывать…
Короче, плюнул на дальнейшую помощь, ткнул пальцем в рычажок открывания люка «энергоблока» и ушёл к матросам, тоже изнывающим от жары и безделья. Но не успел он расслабиться, как зашипела рация.
— Какие-то люди в кустах у реки. Кажется, вооружённые: луки, что-то вроде копей.
— Не дёргайтесь, мужики, — остановил я собравшихся вскочить матросов. — Во-первых, если что, то нас прикроют с корабля. А во-вторых, это, скорее всего, мои знакомые, с которыми я сейчас попробую поговорить, чтобы выяснить их намерения.
А так не хочется топать по этому раскалённому песку! Тем не менее, половину из разделяющего нас полукилометра я протопал. А потом принялся махать руками, вызывая на переговоры кого-нибудь из деревенских.
— Это ты, Перец? — удивился тот, что всё-таки решился подойти. — Ты же уплыл с купцами.
— Уплыл. А теперь вернулся. Но не за вашими «богатствами», а за злым морским чудовищем, которое лежит там, неподалёку от берега.
— Зачем оно тебе?
— В знак благодарности за то, что вы меня приютили, хочу сделать так, чтобы оно вам больше не угрожало.
Если я начну рассказывать про то, что спрятанный в нём ядерный реактор и электроника очень интересует земных учёных, то они меня не поймут. Да и таких слов просто не существует в лексиконе гелоров.
— Хорошее дело. Только это не морское чудовище, а летающее.
— Почему ты так решил?
— За несколько дней до того, как ты приплыл к нам, такое же, только с целыми крыльями, пролетало вблизи деревни. И даже кружилось над тем местом, где лежит его сородич.
  
Оба-на! Я, конечно, сомневаюсь, что неизвестные нам инопланетяне специально послали ещё один беспилотник на поиски пропавшего. Но вполне могли заложить в программу других задание фиксировать либо обломки, либо аварийный сигнал, который, возможно, всё ещё испускает «чудовище». Вот он, уловив этот сигнал, и постарался зафиксировать приметы места, где «загорает» собрат.
— А что же вы мне про это не рассказали? — возмутился я.
— Ты же не спрашивал, — пожал плечами рыбак, хорошо помнящий, что я не жлобился, расплачиваясь за постой.
Логично. Но только такой поворот дела (обнаружение обломков хозяевами аппарата) очень и очень меняет ситуацию. Просто появился нехилый такой шанс того, что «люди света» нагрянут сюда, чтобы забрать пропажу.
В общем, постарался успокоить деревенских тем, что их поселение нам «и даром не нать, и с деньгами не нать». Ну, разве что, свежие рыбу и мясо готовы у них поменять на какое-нибудь железо. Огрызков которого, как я понимаю, у морских «хомяков»-ремонтников ничуть не меньше, чем у сухопутных прапорщиков-кладовщиков.
Ушли. Оставив, правда, пару подростков наблюдать за нами издалека. А часа через два из устья реки выползла лодка, которая двинулась к «Урагану». Торговать!
К этому времени я уже переговорил по радио с Центральной, изложив вновь открывшиеся обстоятельства. И получив однозначный приказ: операцию по эвакуации беспилотника продолжать! Тем более, «спецы» к концу дня наконец-то закончили «внешнее обследование аппарата» и даже убедились (по завышенному радиоактивному излучению), что я верно определил предназначение «чёрного ящика» с пиктограммой — какой-то миниатюрный ядерный реактор, вырабатывающий электроэнергию для питания двигателя и систем летающей машины. Если за то время, когда мы перемещаем аппарат на палубу тральщика появятся его хозяева, постараться вступить с ними в контакт. Опять жестами показывать, что меня зовут Хуан?
Геморрой с переправкой беспилотника на корабль оказался ещё тот! Был бы это какой-нибудь малый десантный корабль-плашкоут, способный едва ли не выползать на берег, а не тральщик, имеющий осадку четыре метра, было бы проще: подошли в полосу прибоя, опустили на берег пандус, и тащи в трюм всё, что требуется. В нашем же случае пришлось извращаться, сооружая из бэушных надувных спасательных плотиков конструкцию с площадкой, на которую можно уложить потерпевший аварию летательный аппарат, не рискуя продрать острыми краями обломков резину. И для этого — переворачивать «птицу» в нормальное положение. А уж потом, по примеру бурлаков на известной реке, тащить её по песку.
И в самый разгар этого секса состоялся контакт. Правда, не с инопланетянами, а с моим давним знакомым Адол-опом, весьма своеобразно отреагировавшим на известие сбежавших рыбаков, приплывших в Маси: он поднял паруса на трёх пришедших за время моего отсутствия в городе боевых кораблях и двинулся выяснять, кого принесла нелёгкая на окраину вверенной ему территории. В общем, вы не ждали нас, а мы припёрлися.
Честно говоря, энтузазизм эсесских морячков несколько притух, когда они оценили размеры «Урагана»: рыбаки-то его видели очень издалека, и он им показался «обыкновенным» по размерам. Но «граф» — не рыбаки и даже не моряки с парусно-гребных посудин. Он — «насяльника», привыкший, чтобы все подчинялись любому его капризу. Поэтому и приказал кораблики развернуть так, чтобы они могли в любой момент атаковать наш тральщик с полным водоизмещением более 1200 тонн. А прибывший в шлюпке посыльный начал права качать: всем стоять, трамвай — прижаться вправо. И доложиться, кто такие, какие именно беспорядки нарушаем. В смысле — чё вам тут надо? Как будто сам Адол не знает, что подобных кораблей на планете ни у кого, кроме землян нету (может, есть у других «людей света», но мы ни разу их не видели).