Возьми мою душу

— Господи помилуй, — пробормотала она.
— Надеюсь, все в порядке? — поинтересовалась Тора.
Глаза Вигдис округлились.
— Какое там в порядке! — возмутилась она. — Нет, конечно! Я вообще теперь не знаю, когда тут все устаканится.
— Что-то стряслось? — встревожилась Тора. — Неужели нашли еще один труп?
— К счастью, нет, — ответила Вигдис. — Мне только что сказали имя человека, погибшего на конюшне. — Щеки ее покраснели еще больше. — Это Эйрикюр, — проговорила она, сокрушенно покачивая головой.
— Эйрикюр? — переспросила Тора. — Кем он работает?
— Работал, — поправила Вигдис. — Придется привыкать говорить о нем в прошедшем времени. Господи, как же все странно. Сначала Бирна, потом Эйрикюр.
— Так кем он… — запнулась она, — работал?
— Он читал ауры у нас в отеле, — сообщила Вигдис. — Высокий, худой, лысоватый. Невероятно, уму непостижимо! — простонала она.
Тора пересказала Мэтью последнюю новость. Не зная, как по-немецки «аура», она попыталась изобразить ее мимикой. Мэтью осведомился, не нимб ли она имеет в виду, на что Тора сокрушенно покачала головой и пообещала ему разъяснить значение своих жестов позже. Затем снова обратилась к Вигдис:
— Откуда ты это узнала? Кто-то тебе сообщил?
— Его сестра, — чуть не плача, ответила Вигдис. — В одном из карманов обнаружилась кредитка, и по ней установили имя владельца. Какой-то полицейский позвонил сестре и попросил опознать тело. Она его ближайшая родственница. Тело увезли в Рейкьявик. — Она тяжело вздохнула, словно увоз тела был самым неприятным из всех перечисленных событий. — Сестра сама не своя; говорит, его затоптала лошадь.
— Лошадь? — удивилась Тора. В разговоре с ней и Йонасом полицейский офицер не указал причину смерти. — Какая лошадь?
— Она не сообщила. А я от страха онемела и даже спросить не смогла. — Вигдис испуганно посмотрела на Тору. — Думаете, нам лучше не выходить отсюда? Понять не могу, что у нас тут происходит.
— Ну, выходить или нет, каждый решает сам, — ответила Тора и успокоила: — Полагаю, действует не серийный убийца, если вы это имеете в виду. Нам ничего не известно. Возможно, смерть Эйрикюра была случайной. И это простое совпадение. — Тора ненадолго задумалась. — Полицейские не называли гибель Эйрикюра подозрительной? Не припомните, сестра не заметила ничего странного?
— Да вроде нет, — немного помолчав, сказала Вигдис. — Хотя постойте. Была странность. Прощаясь, она просила меня быть поосторожнее. Сейчас мне кажется, она что-то недоговаривала. — Страх на лице Вигдис сменился любопытством. — Но кому понадобилось убивать Эйрикюра? — произнесла она. — Достоинств у него было маловато, но и плохим человеком я бы его не назвала. Бедняга, — вздохнула она и часто-часто заморгала. Торе показалось, что администратор пытается выдавить слезу. — Иногда я была с ним несдержанной. Но и он тоже хорош гусь — видит, что у меня дел невпроворот, и все равно подходит со своими расспросами.
Тора не имела желания вдаваться в историю явно непростых взаимоотношений администратора и чтеца ауры, поэтому не стала ни утешать Вигдис, ни имитировать сочувствие, а просто спросила:
— Он интересовался лошадьми?
— Бог мой, нет. Не могу себе даже представить, — отозвалась Вигдис. — Он был таким бледным. Мне казалось, он и из номера-то выходит, только чтобы покурить. — После чего твердо прибавила: — Он определенно не увлекался лошадьми.
— А лисами? — Вопрос был глупый, но Тора постаралась об этом не думать.
— Лисами? — изумилась Вигдис. — Зачем?
— Ну, просто так, — сказала Тора и решила продолжить тему: — Его сестра ничего не говорила про лис?
— Нет, — покачала головой Вигдис и посмотрела на Тору, словно усомнившись в здравости ее рассудка. — Я передала вам все, что знаю.
— Как вы думаете, Эйрикюр мог пойти на конюшню с какими-то целями? — спросила Тора, оставив лис в покое. — Они с Бергюром были друзьями?
Вигдис подняла брови.
— Нет, друзьями они не были, — проговорила она и прибавила голосом профессиональной сплетницы: — Вот Бирна… Бирна и Бергюр были очень близкими друзьями.
 
— Да, я знаю, — сказала Тора и увидела, как лицо Вигдис помрачнело. Нужного эффекта от выдачи секрета не получилось. — Эйрикюр часто говорил с Бирной или о ней? Они держались друг с другом как друзья или как коллеги?
— Да они вообще не общались, — уверенно заявила Вигдис. — Это были совершенно разные люди. Он… ну, вроде… — Она запнулась.
— Говорите честно, — предложила Тора. — Вы никому не поможете, если нарисуете идеализированный портрет.
Вигдис явно приободрилась.
— Вы правы, — согласилась она. — Сказать по правде, Эйрикюр был тупицей и слюнтяем. Вечно ходил грязным, небритым. Судя по одежде, и пенни лишнего не имел. Нахал и наглец, он производил ужасное впечатление.
Вигдис явно не требовалось подталкивать к написанию впечатляющего портрета.
— Бирна, напротив, очень заботилась о своей внешности. Всегда чистенькая, ухоженная, опрятная — приятно посмотреть. Но только снаружи. В душе она была совершенно другой. Если ей что-то было нужно, она разговаривала ласково, но стоило отказать, сразу становилась ведьмой. Она обворожила Йонаса и вертела им как хотела. — Вигдис остановилась перевести дух. — По-моему, у них с Эйрикюром общим было только одно — жадность. В остальном они отличались как сыр от мела.
Тора слушала злобную болтовню Вигдис с самым серьезным видом, понимающе кивала и всеми силами старалась не выдать своего удивления.
— Значит, вместе время они не проводили? А Эйрикюр мог догадываться о ее намерениях не больше других?
— Абсолютно точно, — авторитетно заявила Вигдис. — Окажись они на необитаемом острове, Бирна и там не стала бы общаться с Эйрикюром.
— Понятно, — кивнула Тора. — Скажите, а как вели себя Бирна и Эйрикюр незадолго до своей гибели? Как обычно? Не вспомните, не было в их действиях каких-либо странностей?
Вигдис поразмыслила над вопросом, покачала головой и заверила:
— Вели себя как обычно. Никаких странностей я за ними не замечала. Хотя Бирну видела нечасто, но если бы она повела себя необычно, от меня бы это не укрылось. А с Эйрикюром я последний раз говорила, когда он искал Йонаса. Зашел сюда и стал о нем расспрашивать. — Вигдис прикрыла ладонью рот. — Да это же было незадолго до его гибели!
У Торы перехватило дыхание.
— Ему удалось встретиться с Йонасом?
— Не знаю, — пролепетала Вигдис. — Я посоветовала ему заглянуть к нему в офис, но не могу сказать, встретились они или нет.
Об Эйрикюре расспрашивать было больше нечего, и Тора вернулась к началу разговора:
— Скажите, пожалуйста, а почему за отелем с западной стороны лужайка подстрижена, а с восточной — нет?
— Я не знаю, — удивленно ответила Вигдис и подозрительно посмотрела на Тору. — А почему вы об этом спрашиваете?
— Просто интересно. Странно как-то, — пожала плечами Тора и торопливо прибавила: — Не в курсе, Йонас или, может быть, Бирна не просили проделывать в земле маленькие отверстия? Ну, чтобы почву проверить.
Лицо Вигдис приняло озадаченное выражение.
— Отверстия в земле для проверки почвы? — повторила она. — Такие маленькие ямки?
Тора кивнула:
— Ямки или отверстия, все равно. Они делаются вручную, без специального оборудования.
Вигдис энергично покачала головой:
— Абсолютно точно нет. Если бы кто-то копал на лужайке, я бы об этом знала. В мои обязанности входит следить здесь за всем. Йонас человек забывчивый, многое упускает, поэтому мне приходится быть внимательной.
— У Бирны имелся еще один рабочий кабинет помимо ее номера? — вступил в разговор Мэтью.
— Определенно не знаю, но меня бы это не удивило, — сказала Вигдис. — Она частенько уходила из отеля, утром или днем, но поблизости не бродила. Значит, где-то имела укромное местечко. — Вигдис заговорщицки подмигнула Торе. — А возможно, она в это время встречалась с Бергюром.
— Кто знает? — улыбнулась Тора и взглянула на часы. — Последний вопрос, и мы перестанем вас беспокоить. Вы не знаете, кто подстригает лужайку?