Красная дорама (СИ)
Добрый час прокрутившись по городу и, как мне показалось, не преодолев при этом по прямой и десяти километров, мы наконец остановились где-то на речной набережной и высыпали из автобусов. Следующие полчаса простояли, чего-то ожидая — в то время как по другой стороне улицы мимо двигались пешие колонны с примерно такими же, как у нас, лозунгами и флагами. С воды веяло отнюдь не зноем, так что уже анонсированная мне фляжка запасливой Ким Мен Ок, в какой-то момент почти в открытую двинувшаяся по рукам, была народом встречена на ура. Не побрезговал сделать пару глотков и я: напиток оказался — ну, или показался — совсем слабеньким, был на вкус сладковат, но возложенные на себя надежды оправдал — внутри после него будто бы сделалось теплее.
К моменту, когда фляжка опустела, мы наконец двинулись — построившись парами, как в детском саду, разве что за руки не велено было держаться. Компанию мне составила все та же Сук Джа — как сюда ехали, в том же порядке все и потопали пешком.
Шли то быстро, едва не переходя на резвую рысь, то замирали на несколько минут на месте — без всякой системы. В пути нас развлекали лозунгами из мегафонов — заняты этим были Гу и какая-то незнакомая мне женщина в приталенном драповом пальто, расхаживавшая на высоченных каблуках. Колонна отвечала заводилам дружными криками, сделавшимися особенно энергичными, когда по рядам прошла еще одна фляжка, уже видимо, не Ким Мен Ок, а чья-то еще.
В промежутках между лозунгами для пущего настроя нам включали торжественную музыку.
Между тем дорога понемногу начала забирать в горку, и спешить теперь мы перестали вовсе — почти все время стояли, а если и продвигались вперед, то за раз шагов на двадцать, не больше. Думаю, за весь следующий час мы таким макаром не преодолели и пары сотен метров. Если бы не вовремя подоспевшая третья фляжка — было бы, наверное, совсем тяжко…
Заметно, впрочем, никто не опьянел: сожду каждому доставалось совсем по чуть-чуть. Но к концу нашего похода глазки у моей спутницы уже характерно заблестели.
Собственно, о конце похода: целью его оказалась широкая площадь на вершине холма, главным украшением которой служили два двадцатиметровых бронзовых колосса — величественные статуи сегодняшнего именинника и его сына и преемника на посту Вождя. На подходе к ней вдоль нашего строя прошел все тот же Гу, но теперь в сопровождении еще нескольких сосредоточенных товарищей. У нас собрали флаги и транспаранты и выдали вместо них небольшие букетики искусственных цветов. Их, как я понял, полагалось возложить к монументу.
Непосредственно к статуям запускали небольшими группами, человек по двадцать. Требовалось выстроиться в шеренгу, выслушать короткую речь специального диктора, низко поклониться Вождям, после чего подойти ближе и почтительно опустить к их ногам принесенные цветы. Отступать от монумента следовало, пятясь — ни в коем случае не поворачиваясь к Солнцу нации спиной.
Для всех, кроме меня, вся эта процедура, ясное дело, была не в новинку, я же успел подглядеть и запомнить, как вели себя те, кто оказался в группе впереди — и явных ошибок вроде не совершил.
На выходе с площади нам вернули прежнюю атрибутику, но вниз с холма мы шли уже быстро и не столь уж и ровными рядами. Сук Джа, впрочем, все равно держалась рядом со мной, поэтому, когда девушка вдруг споткнулась и едва не села на пятую точку прямо посреди дороги, именно мне пришлось подхватить ее под руку.
— Что еще случилось? — опередив меня с вопросом, тут же подскочил к нам Гу.
— Кажется, я каблук сломала… — растерянно пробормотала девушка. Так и продолжая опираться на меня, она приподняла подол юбки и высунула наружу ножку в аккуратной туфельке. — Точно, каблук! — воскликнула, чуть не плача, и продемонстрировала нам полуотвалившуюся шпильку.
— Ну так оторви второй — и иди так! — сходу предложил ей смелое решение второй секретарь ячейки Союза молодежи.
— Ага, сейчас! — разом вскинувшись, буркнула Лим. — Знаешь, во сколько мне эти туфли обошлись⁈
— Так все равно же сломались, — резонно заметил Гу.
— Завтра отнесу в ремонт — может, починят! — заявила девушка.
— То завтра, а сейчас ты всех задерживаешь! — строго произнес второй секретарь. — Автобусы ждать не будут!
— Я дойду… Как есть, — чуть помедлив, заявила девушка — практически уже повиснув на мне. — Да ведь? — подняла на меня несчастные глаза.
— Хочешь, могу донести тебя до автобуса на руках, — не то чтобы всерьез предложил я — ну а что тут было еще делать?
— Спятил? — мрачно воззрился на меня Гу. — Что люди подумают?
— Что несу в медчасть раненого боевого товарища, — хмыкнул я.
— Не надо на руках! — кажется, тоже испугавшись того, как далеко все может у нас внезапно зайти, пролепетала между тем Сук Джа. — Просто поддержи меня слегка под руку, хорошо?
Ну, слегка — так слегка, не вопрос!
В итоге, получилось у нас даже довольно бодренько: шла Лим, конечно, вперевалочку, но общий темп худо-бедно держала. Конечно, запыхалась — несмотря на всю мою товарищескую поддержку. И в двери автобуса я ее уже и впрямь почти заносил — под одобрительные возгласы соседей по салону.
Стоило же нам добраться до своих мест, откуда ни возьмись появилось очередное соджу — причем, уже не во фляжке, а в плоской стеклянной бутылочке, к горлышку которой изнервничавшаяся девушка на этот раз припала уже не на шутку. Так что, наверное, ничуть не удивительно, что в поездке мою соседку быстро сморило. Уснуть Сук Джа, кажется, не уснула — но большую часть обратной дороги провела, доверчиво положив голову мне на плечо.
22. Все еще День Солнца
Если вдруг кто-нибудь думает, что на этом праздничная программа была завершена — то он плохо думает о Дне Солнца! Просто нас завезли пообедать — чтобы дать как следует подкрепиться перед второй частью «марлезонского балета».
С местом для «банкета» организаторы сильно заморачиваться не стали, остановив свой выбор на столовой концерна. Столько народу разом та, правда, вместить не могла — в обычные дни питание сотрудников, как я понял, осуществлялось посменно — так что столами пришлось заставить и несколько смежных помещений.
Руководство Пэктусан — те лица, что я видел утром на трибуне — слишком отрываться от подопечного коллектива не стало и расположилось в общем зале. Правда, все же, за отдельным длинным столом и на лучшем месте — у выходивших на зеленый внутренний дворик окон. Мин и Джу Мун Хи сидели именно там.
Начальство же попроще — уровня товарища Ли или того же Гу — и вовсе «пошло в народ». Первый, кстати, занял место буквально через стол от меня, причем по правую его руку оказался простой курьер Ан, а слева — какой-то мелкий клерк из отдела снабжения.
Неподалеку от нас я заметил и доктора У.
Да, рассадка осуществлялась в строгом соответствии все с теми же загадочными списками, так что выбрать себе в соседи Пака и того же Ана я не смог. Зато незабвенная Лим Сук Джа была тут как тут — обосновалась рядом со мной.
Дойти от автобуса мне снова пришлось девушке помочь, но сразу за проходной она застенчиво извинилась и в компании Ким Мен Ок и еще одной молодой сотрудницы уковыляла в сторону — видимо «припудрить носик». Кстати, о пудре: в дороге у меня было вдоволь времени рассмотреть, что косметикой Лим отнюдь не пренебрегает. А вот каких-то украшений я на ней не заметил: ни колечка, ни браслетика, ни, там, сережек — уши у моей спутницы оказались даже не проколоты… Товарищ Джу, к слову, вроде тоже побрякушек не носила — как, похоже, и все или почти все местные дамы. Хотя, вон, у Сон, секретарши товарища Ли, кажется, имелась тонкая серебристая цепочка с кулончиком…
Вернулась Сук Джа уже прямо к столу — и больше не хромая. Но будто бы став вдруг немного ниже росточком. Я уж было подумал, что, не выдержав, она решила последовать мудрому совету Гу и отломать вторую шпильку, но девушка доверительно шепнула мне на ушко, что забежала на рабочее место и переобулась в какие-то запасные туфельки.