Выживут сильнейшие (СИ)
Валериана всегда питала страсть к обуви, атрибуту для нее совершенно бесполезному, но без которого она никогда даже с кровати не вставала.
Поразительно как, теряя способность ходить, заботишься о виде своей самой ненужной части тела.
Валериана носила только самые дорогие туфли, меняя их каждый день по нескольку раз. Её гардеробная ломилась от остроносых пар по моде текущего года и высоких сабо из прошлой коллекции. В этом она была очень похожа на брата. Но тут скорее Фабрицио перенял страсть сестры, с детсва подражая старшему ребенку клана.
У женщины не было любимой обуви, в любой из своих покупок она одинаково ничего не чувствовала. Мозоли, узость или маленький размер мало волновали её.
Но кроме телесных ощущений. есть еще и подсознательные.
Обуваясь каждое утро, Валериана доказывала себе, что имеет на это право.
Чувство, что она имеет право носить туфли несмотря на то что не может ходить, придавало ей уверенности и решительности.
И чем дороже и ухоженней была обувь, тем всесильнее чувствовала себя Валериана.
А в лодочках от Стразино Арказино вообще могла завоевать весь мир, если бы захотела. Там одних страз на три миллиона…
Вот поэтому Валериана и обращала внимание на обувь людей, чтобы оценить степень их могущества.
Ведь это связано. Косвенно или напрямую, но именно так строится мировой порядок. В соответствии с иерархией обуви.
Лакированные туфли Ли Кастильо вызывающе сияли, их владелец поклонился и ещё раз поцеловал руку Валерианы:
— Чтобы вы стали главой клана Де Лотов, моя королева. И позволили мне остаться у ваших ног.
Темные глаза девушки взметнулись к небу. Только не плачь! Не смей! Эти слова, только Хит называл её так. И грудь сдавило безумной болью. Никто не смеет так её называть, кроме него!
39. Алессандра
И вроде всё идет по плану, но в то же время что-то не так. Вот прямо щекочет левую пятку, такое в последний раз было, когда отец решил неожиданные соревнования устроить между всеми Ви Сентами разом. И даже троюродных тёток позвал. Те, к слову, бабы совершенно неуправляемые, чуть половину усадьбы не положили. Еле обратно вывезли в дикие пустоши Трансильвании.
Из испытаний самым безопасным были бои на ножах в условиях полной темноты. Правда, оно же стало самым веселым, потому что отец решил почему-то стравить Винченцо с одной из тётушек, а тот вместо боя оргию устроил. Подняли, конечно, хай грандиозный с перестрелкой и улюлюканьем. Но брат с тех пор в семье звался не иначе как “Покорителем Бестий”.
Артуро вернулся с очередной запиской от Ронана Ли Кастильо. Сыщик клялся в непременной верности, докладывал о последних новостях от шпиона в клане Де Лотов и уточнял дальнейшие действия. При этом уточнял так вскользь, будто сам давно продумал план.
“Да нет, Ронан ест с её рук. Наивный парень думает, что вместе с должностью моего консильери ему достанется и моё тело. Пусть помечтает”. — отмахнулась от тревожных мыслей Алессандра.
последнее время они опасались встречаться в доме и всё реже виделись. Но это не мешало Ли Кастильо каждый день слать девушке письма с признаниями в любви.
Помощник из него действительно оказался прекрасный. Ему удалось наладить перевозку “Слёз Богини” в обход Максимилиано Ви Сента, небольшая партия оружия уже миновала ареал сбыта Де Лотов. Ещё пару шагов, и Мортен будет в руках Алессандры.
Девушка пригубила напиток нежного розового цвета. Сегодня кофе был с привкусом цикута и клубники и имел терпкий горьковатый земляной оттенок. Спустя несколько минут после отравления цикутом заболит голова, начнёт тошнить и прихватит желудок. Итог одной ночи в обнимку с унитазом — смерть. Но Алессандре только побольше сахара пришлось добавить в чашку.
Пауки дергали лапками, явно недовольные странным вкусом. Обычные насекомые уже бы сдохли, а её малютки набивали брюшко отравленной кровью и на глазах крепчали. Ещё пару месяцев, и Сандра смогу восстановить популяцию своих бестий.
Винченцо предупредил быть осторожной, его человека зарезали на вилле Ви Сентов и даже кошелёк не утащили. Если бы это был обычный садовник, Сандра бы удивилась, стала бы искать того, кто мог решиться на убийство. Но это был специалист Винченцо, и девушка до дрожи боялась появиться в родном доме. Если отец узнал о том, что кто-то копает под него, он мог и сам его зарезать.
Брат слишком самонадеянный: нельзя шпионить за семьей Ви Сентов на их же территории, даже если ты сам Ви Сент.
Стоит ли придержать ребят, затаиться и не вступать в открытое противостояние? Они только что увели большую партию драгоценностей. Но без Де Лотов их не продать. Даже самые вшивые ломбарды докладываются этой семейке. И стоит засветить товар, информация тут же попадет в руки Гильермо или Фабрицио.
Единственный выход реализовать товар незамеченными — сдать в шесть раз дешевле.
Если Ли Кастильо, конечно, не найдет выход получше. Цена, которую он запросит за помощь, известна. Не слишком дорого за господство в клане.
Алессандра представила, как это будет в реальности, вздрогнула и чуть не разлила яд, который пила. Пауки разбежались, недовольные её поведением.
Фабрицио опять куда-то уехал и опять без жены.
Он надеется, что она буду послушно ждать его дома?!
Какая наивность!
Нельзя оставлять женщину в одиночестве, пустота рождает у неё в голове опасные мысли.
* * *Фабрицио
Два бравых парня держали красавчика блондина над старым дощатым полом. Прямо посередине которого распахнула пасть огромная дыра. затхлое дерево прогнила, и пол обвалился на два этажа вниз. Но это не заботило мужчин, собравшихся в полуразрушенном особняке.
Фабрицио сидел в кресле, которое стояло на самом краю образовавшейся пропасти, напротив пленника и наблюдал, как на белой рубашке Ли Кастильо появляются кровавые пятна. Будто раскрываются бутоны алых роз.
Один мужчина бил жертву по ребрам. Рука со стальным кастетом работала резко и мастерски. Она не ломала кости, а лишь немного дробила. И если сломанные кости можно было срастить, вправить, мелкую стружку уже не слепить обратно. Ущербность навсегда.
Риц закинул ногу на ногу, поправил шляпу и закурил. Запах крови немного раздражал. В тёмном старом здании, место которого на свалке, настолько разрушенным он был, можно было поговорить без свидетелей, чем Фабрицио и воспользовался. Просто запихнул Ли Кастильо, выходящего из дома Де Лотов, к себе в машину и вывез на приватный разговор. Заодно узнает, зачем вынюхивальщик пришёл в дом его семьи. Опять, небось, попытается свалить всё на Де Лотов.
Обшарпанные стены и полуразрушенные залы, красные лужи света на остатках пола создавали рабочее настроение, но Де Лот не собирался марать руки о полицейского.
Он так давно не занимался грязной работой самостоятельно, что такое простое действие как убийство полицейского внезапно вызвало у него отвращение.
— Кажется, я прошу не слишком много. Ты возвращаешь дело Шарлю и прекращаешь лезть в дела моей семьи. А взамен я оставляю тебе жизнь. Согласен?
Поникшая белобрысая голова ничего не ответила. Риц цыкнул, пустил два колечка дыма и приказал:
— Приведите его в чувство.
Парни, все трое, ринулись за водой, и тело Ли Кастильо свалилось на пол бесформенной горкой. Фабрицио пожалел, что у него нет с собой виски. Ну кто ж так пытает, ведь так и убить человека недолго. Хорошо, что ребята быстро справились с поиском воды и нашатыря.
Когда мерзкие полупрозрачные рыбьи глазюки посмотрели на Рица внятно, он повторил с не меньшей патетикой:
— Ты возвращаешь дела Шарлю и прекращаешь лезть в дела моей семьи. А я оставляю тебе жизнь. Выгодный обмен?
— Да… — прохрипели избитые губы.
Один из ребят ткнул сыщика кулаком в живот и подсказал:
— Да, господин Де Лот.
Ли Кастильо тут же поправился:
— Да, господин Де Лот.
А Риц подумал: