Выживут сильнейшие (СИ)

— Шарль… — Риц начал терять терпение.
— Я предположил, что убийца кто-то из обитателей дома
— Ты сказал, что убийца кто-то из Ви Сентов?!
— Это же логично, Риц! Кто ещё-то? Безумная муха-маньяк, улетевшая с места преступления?!
Фабрицио не смог сдержать смех, представив кровожадное насекомое, размахивающее телом ВиСентовской шестерки.
— Да ничего смешного! — возмутился Шарль, ставя пустой бокал на стол. — Ты же понимаешь, что там охраны больше, чем в парламенте Великобритании? Это мог быть только человек из дома. Среди Ви Сентов предатель. Не зря убили Леона. Он что-то узнал, и этот тоже. Вот и устранили его.
Вот тут детектив был явно прав. Фабрицио привык доверять ему. И если Же Смит говорит, что, кроме красноволосых, никто этого сделать не мог, значит, не мог. Надо искать убийцу среди Ви Сентов. Только вот надо ли? Не стоит ли просто подкинуть идею предательства и посмотреть, как псы максимиано перегрызут друг друга?
— И что тебе ответили?
— Что я разжигаю недоверие в семье и подстрекаю ненависть к Ви Сентам. И выгнали. Теперь дело ведёт Кастильо. Да и Леона ему отдали. Вот так. Этот гад подлизал где следует, и сказал, что уверен, будто бы никто из Ви Сентов не виновен. Помощничек, — и Шарль выпустил облако сигарного дыма.
— Совсем зарвался этот новоявленный мистер правосудие, — проговорил Риц, у которого перед глазами стояла церковь и кровь на перерезанном горле Хита Де Энцо.
— Да-да. Убить его мало. Короче, нужна помощь, Риц. Надо объяснить парнишке, что нехорошо подсиживать начальство.
Де Лот кивнул:
— Сам об этом подумал. Сделаем, — и чуть не разлил очередной бокал с виски, когда телефон разорвался неожиданно громким звонком.
Фабрицио кивнул Шарлю на дверь. Детектив забрал бокал, отсалютовал сигарой и скрылся. Только после этого Риц взял трубку.
— Быстрее до тебя ногами дойти, — недовольно буркнул отец, а Риц закатил глаза. Первый день поставил аппарат, а Гильермо Де Лот уже достал своими звонками. Палец у него в телефонном диске застрял, что ли?
— Рад тебя слышать. Что-то ещё?
— Ты в курсе, что этот мелкий Ронан Ли Кастильо потребовал от нас процент за продажу драгоценностей?
— Как это?
— Сказал, что иначе не сможет гарантировать безопасность сделки.
— Что за бред?!
— Убей его, Риц. Этот мелкий подонок мне не нравится.
— Хорошо, отец.
— Чего? Так просто? А где все эти трели: “он же человек”, “давай решим вопрос мирно”, — голос отца изменился, передразнивая миролюбивые речи Фабрицио. Да, Риц часто поддавался на уговоры сестры и стремился свести действия к безкровопролитной политики семьи. Но…
— Ронан Ли Кастильо сам напросился.
  
38. Валериана
 
Девушка слушала и хмурилась. Всё, что говорил этот человек, было неправильно, невероятно, кощунственно. Но всё же так правдоподобно и справедливо, что хотелось его слушать бесконечно.
— Вас незаслуженно лишают права власти. Вы — настоящая наследница Де Лотов, а не этот мелкий идиот!
— Не стоит оскорблять членов моей семьи.
— Фабрицио без вас и шагу не ступит. Сами себе вы врать не сможете.
Валериана не любила лесть, её было слишком много с самого её детства. Но несмотря на то, что женщина прекрасно понимала опасность данных речей, она не могла не согласиться с говорившем и обессилено откинулась на скамейке.
Центральный городской парк ничего общего с садом Бестий не имел. В нём любила прогуливаться аристократия и мамашки с детьми. Траву стригли раз в неделю, а на кустах вырезали самых известных фамильяров. Два первых растения были выстрижены в форме волка и орла. Это были фамильяры первых представителей родов ВиСент и ДеЛот соответственно. Далее шли демон с рогами, цветок, напоминающий распустившийся мак, двухголовый тигр, ещё не замененный на змею, и прочие бестии.
Обычные люди боялись семян Богини, но это не мешало восхищаться и поклоняться им, создавая фигуры фамильяров по описаниям редких свидетелей. В кровавых битвах бестий выживали немногие.
А ещё в центральном парке любила дышать свежим воздухом наследница Де Лотов. Тут-то её и ожидал Ди ЛанМар. Нахальный жених, несмотря на опальное положение, ненависть и откровенный игнор, приволок веник из роз и даже небольшое колье. Валериана, ясное дело, ничего не взяла. Но окончательно избавиться от настырного ухажера ей помог Ронан Ли Кастильо. Он появился будто бы из ниоткуда в своем задрипанном пальто и очаровательной улыбкой. Девушка позволила полицейскому задать Ди ЛанМару вопрос, после которого тот сбежал, сверкая пятками:
 
— О чём думал ваш отец, раскрывая местонахождение Де Энцо семье Ви Сент. Вам они что-то обещали?
И юношу к концу фразы словно ветром сдуло. Эх, хотела бы и Валериана быть настолько же резкой и прямолинейной в суждениях.
Ронан Ли Кастильо встретил Валериану в парке неслучайно. Его визит объяснялся очередным убийством на территории Ви Сентов. И начал разговор с выяснения намерений двух мафиозных семей в отношении друг друга. Валериана и сама не заметила, как с заявлений “о миролюбивых настроениях” скатилась на возмущение и обещания вырезать всех Ви Сентов до одного.
Ли Кастильо посмеялся и одобрил её план мести целиком и полностью. Этот мужчина словно чувствовал её боль и понимал её с полуслова.
— Я разделяю вашу горечь и полностью согласен с вами. Но не думаете ли вы, что это всего лишь провокация? Если вы сейчас начнете резать Ви Сентов направо и налево, вас сожжёт критика правительства и мирных обывателей. Ваш отец много сил положил на создание империи Де Лотов, не дайте вашему брату разрушить всё одним мизинцем.
Да, это было бы крайне неразумно, как и то, чтобы поддаться на лесть этого мужчины. Ли Кастильо как раз встретился с ней глазами, и Валериана растерялась от прозрачности и глубины его взгляда. Будто чистейшее озеро пресной воды, дно которого просматривается через толщу синевы. А эта ямочка на подбородке…
Ну нельзя же быть настолько очаровательным!
Женщина благосклонно подала Ронану руку. Тот прикоснулся губами к пальчикам в кружевной перчатке. Не встречая сопротивления, аккуратно стянул ткань с одной руки, нежно обнял обеими ладонями и поцеловал белую кожу.
— Самые идеальные ногти в мире, — прошептал Ронан Ли Кастильо.
Валериана покраснела. Она привыкла быть холодной и недоступной, все мужчины видели в ней недостаток и больше жалели, нежели любили. Все, кроме Де Энцо.
— Думаю, вы переходите все мысленные границы, — женщина попыталась вырвать руку. Но язык Ли Кастильо перешел от костяшек к ямке между средним и безымянным пальцем. Это уже совсем не походило на вежливое приветствие. Это была откровенная ласка, настойчивая и приятная. От которой не хотелось отказываться.
На плечи Валерианы свалилось слишком многое за последнее время. Ей вдруг захотелось быть беззащитной и слабой, глупой и безрассудной. Кто он, этот мужчина? Сыщик? Шпион? Какая разница, если сейчас он может снять её стресс, забрать её боль. Он — лучшее лекарство от её кошмаров, в которых Де Энцо всё ещё жив.
И Валериана положила свободную руку на кудрявую голову нового знакомого. Светлые пряди были нежнее пуха, переливались в свете полуденного солнца.
— Мне неожиданно жарко, — женщина обмахнулась веером. Ей показалось, что на улице настоящая жара, температура резко скакнула в поднебесье. Капелька пота стекла по позвоночнику к бедрам.
— Могу я проводить вас в тень? — этот невинный вопрос прозвучал как предложение руки и сердца, бесконечной ночи наслаждения и игр без правил.
— Я знаю, что вы расследуете дело о гибели моего… человека. И знаю, что вы работаете на Ви Сентов.
— Я работаю только на себя и могу подарить вам мою преданность. И тогда расследование пойдет по выгодному именно вам пути.
— И чего же вы хотите за это? — спросила женщина, облизнув губы, и заметила что сегодня у Гильермо ботинки от Стразино Арказино. Между ног у неё предательски заныло.