Золушка. Испытание босса (СИ)

— Добрый день, Артëм Александрович, — сразу же ответил тот.
— Я на месте.
— Хорошо, ждем вас на служебном входе. Вы со спутниками?..
Почти одновременно с ним Катя рядом тихонько спросила:
— Я отойду ненадолго?
Ответив ей легким кивком, я бросил в трубку:
— Да. Морозов наверху?
— Да, Матвей Эдуардович на вип-уровне. Тимур Аркадьевич и Василий Андреевич тоже там. Предупредить их, что вы подъехали?
Вопрос по сути был чистой формальностью, поскольку в обязанности помощника как раз-таки по умолчанию входило сообщать генеральному директору клуба о появлении любых важных посетителей. Тем более — о его бизнес-партнерах. Но тут помощник, видимо, решил изобразить иллюзию выбора из уважения или каких-то меркантильных соображений, желая произвести хорошее впечатление. И этот его прогиб я иронически отметил.
— Предупреди.
— Эй, курицы! Валите кудахтать в другое место! — донеслось громкое со стороны ровно гомонящей толпы. — Да какие у вашей куд-кудах-компашки могут быть знакомые? Наверное, такие же лохи! Все билеты тю-тю, давно распроданы, дуры!
Словесный конфликт среди посетителей — обычное дело возле клуба. Я бы и не стал прислушиваться, если бы последняя фраза невольно не привлекла моего внимания.
Катя находилась именно там, откуда донесся выкрик, сопровождаемый издевательским ржанием. Рядом с ней стояла уже знакомая официантка Людмила из моего персонала в новом ресторанном комплексе. И кажется, она собиралась ответить крикуну в том же тоне, разжигая конфликт еще сильней.
— Катя, — я привычно добавил в голос больше густых низких интонаций, на которые любая толпа всегда реагировала инстинктивной концентрацией внимания, — ты идешь? Нас ждут.
Администратор — Жора, кажется, — слегка вздрогнул и обернулся. Он меня всегда побаивался, но в последний раз, когда я примерно в таких же обстоятельствах поймал его на блатном леваке, чуть удар не словил. Так что я ограничился тогда первым и последним предупреждением. Но зато теперь он стал как шелковый — вон как глаза выпучил, аж моргнуть лишний раз боится.
Катя с подругой, как и тусовщики в толпе за их спинами, смотрели на меня в инстинктивном ожидании каких-то действий. Но я спокойно молчал. Тогда девушка осторожно подала голос:
— Да, Артём. А можно, Люда с подругой зайдут с нами? — и тут же смущенно порозовела от собственной просьбы.
Моë имя, произнесенное ее нежным женственным голосом уже второй раз за сегодняшний день, обожгло изнутри приятным теплом.
— Конечно, — я пристально смотрел на Катино лицо, наслаждаясь самим фактом того, что она что-то просит у меня. По своей инициативе. — Для тебя я проведу внутрь хоть всю эту толпу.
— Спасибо, Артём Александрович! Вы настоящий мужчина, не то, что некоторые, — с жаром воскликнула ее подружка Людмила и торжествующе глянула на какого-то парня гопотоподобной внешности.
— Да пошла ты, курица… — вяло отозвался тот, и я узнал голос, который изначально привлек мое внимание к конфликту.
Я без особого интереса оценил его одним взглядом и мгновенно классифицировал как тупое, никчемное быдло.
От присутствия ему подобных рок-клуб Морозова зачастую огребал больше проблем, чем реальной выгоды. Но таков был обычный контингент развлекательно-тусовочных заведений, так что бодание с этим явлением я считал бессмысленным, как борьбу Дон Кихота с ветряными мельницами.
Только на этот раз всë было иначе. Этот выродок испортил впечатление от клуба Кате, и потому я жестко приказал напряженному Жоре:
— Этого не пропускать.
— Хорошо, Артём Александрович, — китайским болванчиком закивал администратор. — Матвей Эдуардович уже ждёт вас. Наверху, как обычно.
— Понял, — лениво отозвался я и посмотрел на девушку с подружками. — Катя… девчонки, за мной.
— А лохам-то вход в клуб и правда воспрещен! — раздалось позади тихое шипение, полное глубокого женского удовлетворения.
Я тихо хмыкнул и направился к служебному входу клуба.
Удивительно, что Катя подружилась с этой особой. Наверное, какая-то психологическая компенсация сработала. Парадокс женской дружбы.
   
Глава 25. Горе-соперники
 
Сегодня в рок-клубе музыкальный джем с пламенными адептами разнопланового нео-фолка. Так что людская масса возле сцены могла бы поспорить в плотности со шпротами в консервной банке.
Я смерил взглядом бурлящую толпу. Слишком много хаоса и бессмысленной толкотни, которую лучше наблюдать со стороны. Например, сверху.
— Поднимемся в вип-зону, — сообщил я Кате, притянув ее к себе за талию. — Там нам будет удобнее.
Изгиб ее стройного тела на моей руке опьянял и будоражил. А то, что девушка никак не воспротивилась моему хозяйскому жесту, превратило подъем по лестнице в приятное предвкушение нашего неотвратимого сближения.
По привычке я сразу направился к своему излюбленному месту — удобной нише с хорошим обзором сцены. Распорядитель вип-уровня приметил меня издалека, и по его кивку один из младших официантов мгновенно примчался со стандартным набором комплимент-закусок, легких напитков и меню.
Со стороны бара раздалась короткая трель, в которой я сразу опознал клоунский стиль Боярки.
— Царевич, хэй! Мы здесь!
Он ухмылялся, сидя там со своим закадычным другом Лебедой. Последний, кстати, казался каким-то чересчур смурным. А безмятежный Морозов разбавлял их компанию в качестве хозяина заведения.
Я посмотрел на девушку и ощутил острый укол ревности. В ее выразительных светлых глазах читался по-настоящему живой интерес к моим партнерам. Но идти на поводу ревности и прятать объект своей страсти от других мужчин — это упасть на уровень неандертальца.
— Катя, пойдём со мной, — нехотя сказал я. — Поздороваемся.
Реакция на наше приближение последовала незамедлительно.
— Катюша! Как же я тебя рад… — заголосил Боярка и, насмешливо покосившись на меня, с ненатурально-стебным испугом осекся: — …то есть как же я не рад тебя видеть. Совсем не рад, честное слово!
Его ржач я просто проигнорировал.
— Здорово, клоун. Ну что, как у вас дела?
— Да у нас-то всё, как обычно… — хмыкнул Морозов, потягивая пенный напиток из пузатой кружки, — а вот Тимура Аркадьевича сегодня чуть наследников не лишили.
При этих словах Лебеда глянул на него исподлобья зверем. А прежде обычный смех Боярки перешел в безудержный гогот.
— В смысле? — я поднял брови, наблюдая, как последний балансирует на барном стуле в неожиданном припадке чрезмерного веселья.
— Да тут, понимаешь, нашего ценителя красоты моделька одна отшила. Причем с физическим внушением. Взяла и заехала со всей дури коленом ему по… [*]
— Заткнись, — зло оборвал Боярку приятель.
Ну понятно, как всегда, у Лебеды сплошные проблемы из-за баб. Вечно выбирает самых склочных и на своих ошибках не учится. А с меня одной стервы Ангелины хватило, чтобы понять: это самый хреновый типаж для постоянных отношений.
— Серьезно? — Я поймал вопросительно-подобострастный взгляд бармена и кивнул ему: — Мне как обычно. Катя, будешь что-нибудь?
— Нет, спасибо, — застенчиво ответила она с милой улыбкой из своего арсенала прекрасно вышколенной официантки. — Пока не хочется. Приятного вам вечера! Артём… можно, я пока с девочками посижу-поболтаю?
Улыбалась она и правда как самый настоящий ангел. Но не только мне, а всем присутствующим… так что Боярка с Морозовым моментально уставились на нее с заметным мужским интересом. Очарованные, мать их, придурки.
Я демонстративно провел пальцами по темному девичьему локону и медленно убрал его за маленькое Катино ушко.
— Тебе не нужно спрашивать разрешения. Беги.
Снова поймал ангельскую улыбку на ее губах — невинно-соблазнительную, тихую, скромную. Только на этот раз она предназначалась только мне. И это реально грело душу невероятно противоречивым сочетанием возбуждения и умиротворения.
Когда Катя отошла в сторону своих подружек, Морозов снисходительно заявил мне: