На благо чужого мира. Выходец (СИ)
Быстро взглянув в сторону спасительного берега, бултыхающийся в панике Кальвадос успел заметить, как кусты пошевелились. Нырнув под воду в попытке размять руками схваченную судорогой ногу, он почувствовал, как если бы камень на шее не дает выбраться на поверхность. На этот раз ужас захлестнул его сознание – неужели он утонет? Постаравшись собраться с духом и поменьше при этом наглотаться воды, Кальвадос все же почти отогнал панику – на берегу явно кто-то находился, как он успел заметить и сейчас ему помогут выбраться.
С неимоверным усилием вынырнув на какое-то мгновение из воды, он уже хотел крикнуть «На помощь!», но тут же захлебнулся водой, начал отплевываться, а в виду отсутствия очков еще и не мог толком разглядеть, кто же стоит на берегу. В этот момент за ногу будто что-то дернуло, на шее добавилось тяжести, потянули за руки, и он вновь резко ушел под воду, еле успев глотнуть воздуха. В отчаянии понимая, что обычным образом ему никак не выплыть, он опустился на дно, благо неведомая сила как раз туда и тянула и, обдирая руки о выступающие камни, пытаясь таким образом карабкаться к берегу.
Еле-еле продвинувшись так на какой-то метр-два, Кальвадос вновь вынырнул, потратив на это немало сил, и так стремительно убывающих. Судорожно глотая воздух и стараясь не уйти под воду, он взглянул на берег. Там, на уступе перед кустами стоял человек. Со своим плохим зрением парень так и не смог разглядеть лицо, но полноватая фигура, небольшой рост и широкополая шляпа подсказывали, что за его мучениями наблюдает Россо Броли.
Теперь Кальвадос понял, почему его никто не спешит спасать. А чистильщики так некстати уехали. Аж обида нахлынула, что бросили одного…
Очередной приступ судороги, который сковал уже обе ноги, и непонятная сила снова затянули его под воду. От понимания, что он один на один с убийцей, новый приступ паники почти полностью накрыл его. Лишь желание жить упорно толкало его вперед. Легкие жгло огнем, в глазах постепенно темнело и он не был уверен, что хватит сил на то, чтоб снова вынырнуть хоть на несколько секунд за воздухом.
В какой-то момент Кальвадосу послышался голос матери: «Коля, вылезай из воды! Губы уже посинели, доплавался!». Точно так же, как в детстве, когда они отдыхали семьей на море. Тут же он ухватился за это воспоминание, ставшее таким ярким и живым. Но, какая-то часть его сознания напомнила – мамы тут нет, она в родном мире, он тут один и может, погибнув тут, получится вернуться обратно? Голос матери, настойчиво зовущей выбраться из холодной воды, сменился другим, незнакомым и безжалостным, уговаривающим сдаться, все оставить, вернуться к родным, ведь они его так ждут.
Замерзающие ободранные пальцы все еще продолжали цепляться за камни, как его подхватили сильные руки. Прямо возле уха послышались ругательства и его куда-то поволокли. Неожиданно раздался выстрел с другого берега, а за ним – глухой удар и всплеск воды, обдавший мокрого и полузамерзшего Кальвадоса изрядной порцией брызг.
- Фух, еле успел… жить будешь парень! – над телом молодого человека склонился Роберто, надавливая ему руками на грудь он откачивал лишнюю воду. Закашлявшись, Кальвадос перевернулся на бок. – Все в порядке сэр, - крикнул капрал ир Алессоро, который уже заходил с того берега в воду.
Возле камней, выступавших из воды как раз под склоном, где стоял пасечник, вода колыхала недвижимое тело. Речка вокруг тела немного порозовела от крови. Подплывший к берегу капитан чистильщиков и капрал перевернули труп.
- Так и не попал в мерзавца, - слегка запыхавшись сказал ир Алессоро. – Оступился он.
- Вижу удачно вы «не попали», - усмехнулся Роберто, - камни сделали за нас работу. Но оно может и к лучшему.
У трупа не оказалось огнестрельной раны, зато был пробит висок. Испугавшись постороннего присутствия и направленного в его сторону пистолета, Россо Броли оступился в попытке сбежать и при падении в реку неудачно ударился головой.
- Да, пожалуй, к лучшему.
- Интересно, о выходце с такими способностями в окрестностях Райволаса наши не делали никаких записей. Получается, это у нашего клиента возникло и развилось недавно, - почесывая затылок проявил чудеса сообразительности капрал. – Вот теперь понять бы что сподвигло его разум на такой всплеск силы.
- Ты прав, занятный случай. Но голова без этого гудит, после обмозгуем, а так это работа аналитиков, не будем хлеб отбирать. Оставь тело, больше не трогаем, нужно позвать того лекаря, да еще парочку свидетелей. А сейчас приведем Кальвадоса в порядок и заберем его вещи. Позже «найдем» тело. А тем кто слышали выстрел, скажем что зайца от скуки пытались подстрелить.
Вернувшись к вещам, Кальвадос первым делом подобрал оставленную шляпу с Зонтиком. Инги, первые пол часа как они вернулись за его вещами, места себе не находил и несколько раз бегал туда-сюда по хозяину, то ли радуясь его возвращению, то ли проверяя – в целости ли сохранности он вернулся. От такой щекотки парень невольно начал улыбаться, настроение стало не столь мрачным и пережитый ужас неспешными шагами отступал назад.
А к вечеру чистильщики дело уладили, представив его так, что расследуя странные случаи в Солодках, они шли вдоль реки к проклятому лугу и заметили в речке тело.
Дом кузнеца располагался неподалеку, туда они и сходили, позвав главу семьи с домочадцами освидетельствовать смерть пасечника. На время взяв у кузнеца старую кобылу, Роберто съездил за их лошадьми к мельнице, а потом и лекаря привез.
Асэн Фардо осмотрел вытащенное из воды тело да покачал головой: «На макушке еще есть темное пятно, хоть оно и начинает исчезать, а куда больше, чем у других», - констатировал он. Местные повздыхали и разошлись по домам с надеждой, что смерть нелюдимого, а потому так и оставшегося чужим в Солодках Россо Броли станет последней.
Оставалось только решить, что делать с пасекой, хозяйство-то пропадет. Но это уже солодчане сами решат со старостой, когда тот вернется из Райволаса. А пока решили, что с помощью ир Заххара, старика ранее помогавшему ир Броли, за пасекой приглянет младший сын кузнеца - рядом все-таки живут.
Пока чистильщики улаживали дела, Кальвадос стоял в сторонке и все переживал свою несостоявшуюся смерть. Зонтик сейчас сидел на потеху местным на тулье шляпы, греясь под лучами уже заходящего солнца. Да только Кальвадос будто не слышал смешков детворы и женщин, он думал о своем, вспоминал – действительно ли ему почудился голос матери?
- Ну что парень, еще не жалеешь, что выбираешь службу, а не мирную жизнь? – подойдя к нему спросил Роберто, пока ир Алессоро разговаривал с солодчанами.
- Я пока не знаю… - отрешенно взглянув на собеседника, ответил Кальвадос. – С одной стороны, я постоянно могу подвергаться опасности. С другой, если я как этот пасечник займусь ремеслом, мне дадут дом в каком-то селе или городке, а не свихнусь ли я от такой жизни?
- Хм… хороший вопрос, - будучи человеком простым, Роберто мало задумывался о подобных вещах. Он больше привык слушаться старшего по званию и к тому же перед англичанами не стоял выбор – пахать поле или воевать, они привыкли делать последнее и принимали решение коллективно. – Н-да парень, понимаю, тяжеловато тебе. Но время еще есть определиться пока доедем до Райволаса, а там Академию увидишь, с ректором поговоришь… вот только что-то мне подсказывает, скучно тебе будет в мирной жизни, приключений захочется, не по тебе сидеть на одном месте.
- Может быть. В любом случае спасибо за поддержку, - улыбнулся Кальвадос. Сейчас он понял, какую б жизнь он ни выбрал на Варидии, если рядом будут такие надежные люди, готовые помочь или, хотя б выслушать, то он не сойдет с ума и вряд ли заскучает. – Подожди, чуть не забыл, - остановил он уже отходившего капрала, - так вы меня специально оставили приманкой?
- Да, - кивнул Роберто нахмурившемуся парню, - ир Алессоро просил не говорить тебе, вдруг если ты начнешь нервничать пасечник мог приметить неладное. Но мы вовремя успели.