Вершители порядка (СИ)

— Заряжать с дула, — повременив пару секунд, он спрашивает. — Ты ведь идёшь в Арк? Может купишь для меня кое-что?
— Ты погодь. Может быть мы ещё вернёмся туда.
— А может и нет, — тяжёлым басом, явно давит на меня Гаспар.
— Ладно, умеешь убедить, давай сюда свой список, — согласился я и забрал небольшой кусок бумаги, приготовленный им явно давно, да только шанса было никому вручить его.
Наконец-то я вернулся в свою комнату, где мирно горит масляная лампа и немного тепло. С радостью бы забрался под одеяло лежанки, да только дела меня отягощают. Небольшой рабочий столик с табуреткой напомнили о моей долгой работе, которую я вёл все эти дни. Магистр Велисарий приказал мне писать новый закон для Эндерала. Я не знаю зачем, не знаю для чего, но только могу предположить, что он ждёт того момента, когда откроется, что Рождённые Светом были уничтожены. А как только это станет известно широким массам та книжка «Путь» как источник права, станет просто сборищем красивых стихов и текстов. Что ж, отрадно понимать, что Велисарий видит намного дальше, чем все мы.
При Святом ордене я был не только хранителем, связанным с деятельности немногих соглядатаев, но и законником, изучающим право Эндерала. Теократическая система государства практически не оставляет возможности для создания чего-то, что не основывается на Пути, а поэтому любой религиозник ещё и правовед был бы, если бы не Совет Эндерала, и Орден, которые могли выпускать Постановления и мелкие установления… что даёт хоть какое-то разнообразие в небогатую систему права Эндерала, которая медленно начинает сдавать. В подтверждение этому я вспоминаю Лишари Пегаст и Огневспыха, и пятьдесят седьмой стих из седьмой книги, а именно отрывки — «Преследуйте этих диких магов, гоните их и вершите над ними суд, ибо они несут угрозу миру в царстве, которые вы построите с моей помощью!». Если бы в старые времена узнали, что они чародеи вне Ордена, то правосудие ревнителей веры в «Рождённых» настигло бы её самым неприятным образом.
Отстранившись от рассуждений о праве, я подхожу к столу. Теперь мне нужно собрать вещи… я смотрю на то, как в углу ютится небольшой рюкзачок, в котором итак всё необходимое, а в столе у меня хранится кошель медяков. В углу, в кожаном чехле, спрятана моя старая броня, которую я почти год не одевал.
— Что ж, именно так и таким образом начинается моё путешествие, — говорю себе я. — Посмотрим, что оно мне принесёт.
  
Глава 2. Посол железной воли
 
Глава 2. Посол железной воли
«Просите, и получите»
— Из книги «Предание».
Следующий день. Арк.
И снова я здесь. Надо мной простирается голубое полотно, приятный лазурный небосвод, который сияет от того, что солнце торжествует на нём. Тут не холодно, как на севере, нет промёрзлого северного ветра, а приятное лёгкое поветрие, прорывающиеся над стенами. Это Арк, самый защищённый город во всём Эндерале… и единственный город, который остался, благодаря бездействию Святого ордена.
Стража меня не вспомнила. Сегодня утром, взяв самые необходимые вещи, нацепив лёгкий доспех, я телепортировался к границе Сердцеземья[8], центральных пышущих зеленью земель Эндерала, а оттуда шёл пешком до самого города. И всё бы хорошо, но приятная лесистая местность, где в зелёных густых ветвях поют птицы, а ветер трепещет листья могучих деревьев, буквально кишит бандитами и нежитью — оборванцы в мехах и кольчугах с железными топорами и ржавыми мечами, скелеты и иссушённые тела — все они несметными ордами заполонили всё вокруг и только стража ещё как-то отгоняет этих стервятников от путей, чтобы из последних сил поддерживать связь между регионами. Всё эта ситуация — радость для фазмалиста[9], ибо количество душ, которые он может насобирать — уйма… но с учётом количества кишащих врагов, скорее всего сам присоединиться к легиону неупокоенных духов.
Я быстро миновал эти проклятые места. Благо лёгкая одежда — пластины чёрного кожаного доспеха, которые скрыли мой торс и грудь, вместе с плечами, да сапоги, а под ними штаны, и рубаха из светло-синей ткани пастельного тона, позволяют идти быстро. На поясе у меня закреплено несколько мешочков, в которых звенят медяки и покоится порох вместе со свинцовыми шариками. Голову же покрывает тёмный капюшон, отбрасывающий тень на мой чёрный волос и округлое лицо.
 
И в итоге я в городе. Придя с севера, я оказался в квартале чужеземцев, миновав высокие ворота меня ведёт путь по широкая дорога по улицам древнего города. Всюду слышатся голоса — ругань, хохот, разговоры или крики торговцев — всего этого полным-полно здесь. Мне не привычно — год я уже не был в большом граде и от всех этих звуков мне становится неприятно, но всё же я продолжаю путь. Слева от меня оказывается таверна, я уже не помню её названия, но вижу, как оттуда выбирается пьяный мужик в неброской одежде.
— В мире творится полный хаос, а они бухают, — возмущаюсь я, но тут же себя успокаиваю, чтобы не привлечь к себе внимание стражников — людей в красно-белых табардах, с изображением льва на груди, под которыми кольчуга.
Ладно, пройдя дальше я оказываюсь у ещё одной стены, которая отделяет квартал от квартала и прилагая усилие, приоткрываю под еле слышимый скрип деревянную дверь. И вот передо мной рынок — большая площадь, вокруг которой средней высоты строения, да и торговые лавки, накрытые кусками ткани, за которыми стоят купцы. Я вижу алхимика и колдуна, ведущих бойкую торговлю. Интересно, Поломатый ещё куёт мечи? Знавал он мою семью. Лёгкая радость меня посещает от того, что я снова вижу знакомый любимый рынок, по которому бегал ещё ребёнком и помогал матери у прилавка, отрадно слышать пение аэтерн-менестрелей. Отец же помогал Поломатому ковать оружие — всё было прекрасно в те времена, пока я не пошёл в Орден. Родители же, подумав, что теперь можно оставить меня одного, собрали вещи и уехали на Киле, чтобы начать новую жизнь. Лара и Тир, мои мать и отец… как же давно я от них не получал письма… года два, наверное. Я могу только молить Творца о том, что они сейчас в наиболее безопасном месте на Киле — далёкой южной стране, состоящей из группы островов и контролируемой могущественными торговцами.
Тряхнув головой, я продолжаю путь, как мне на вид попадается знакомая голова — седой волос отлично выделяет её на фоне остальных. Я смотрю и даюсь диву — вижу наёмника, который смотрит на то, как некая неустановленная личность перед ним переодевается в пёстрые и золотисто-зелёно-пурпурные одежды. У самого колодца, накрытого каменной конструкцией, всё это творится. Я помню этого наёмника — он носился на побегушках у Ордена, эгоистичен и нагл.
— Джеспар! — кричу я через полрынка. — Что ты тут устроил, ватир[10] тебя подери!?
Быстрым шагом я направлюсь к нему и подоспеваю в тот момент, когда его спутник уже одел мешковатые одежды и скрыл лицо платком, к тому же сдвинув на лоб богатую шапку. На меня, взглядом насыщенных синих глаз на добродушном светлом лице, взирает наёмник в характерной броне — кожаные сшитые пластины на синей-куртке. В его взгляде я не могу найти-чего-то определённого, но он явно не рад мне, как и с кем сцепился бы.
— Ох, кого я вижу. Наш законник и изгнанный хранитель. Как давно я тебя не видел? Год или больше? Ох, честно, я не соскучился, не видел бы ещё год.
— Хм, кто это с тобой? — указываю я на спутника, но есть ли мне до этого дело? — А нет, я не хочу этого знать. Смотрю, ты всё ещё зол на нас?
 
— Я же для вас «мальчик принеси-подай». Вы сами так меня назвали.
«Как будто для Ордена, которому ты служишь, всё иначе», — усмехнулся я.
— Ладно. И где де сейчас вся ваша ко… братия? Я про Константина, Лишари и Юслана.
— Не знаю. Это нужно спросить моего нанимателя.
— Хорошо. Это куда вы такие ряженые собрались? Судя по одежде твоего спутника, он явно непростых кровей.
— Есть одна идея у меня, но не для тебя, — усмехнулся Джеспар, что вызвало у меня лёгкий приступ злобы, который я мгновенно подавил и тихим голосом, решил его попросить: