Вершители порядка (СИ)

— Да нет… веселье только началось! — ответил он мне и одним залихвацким ударом пробил грудь неримцу, и тут же войдя в раж стал рубить секирой направо и лево, окропляя всё вокруг себя кровью.
— Конан, если мы не отступим, нас всех здесь перестреляют! — я уже готов прострелить ему что-нибудь, чтобы взять командование и лично отвести воинов.
— Хорошо…, - согласился Конан, сопроводив ответ нецензурной бранью, и стал кричать. — Братки, уходим отседав. Мы достаточно накостыляли этим поганцам!
Мы отходим. Как бы прискорбно это не было, но полурота не удержит всё это… врагов в десятки раз больше. Пушки были взорваны, чтобы не достаться врагу. Организованно отступив, мы вышли на дорогу, полностью кишащую неримцами, которые прорываются в город. Среди зелёных деревьев и по мокрой траве на нас напирают их разрозненные группы замедляя наше продвижение.
— А-а-а! — прорычал Конан и со зловещей улыбкой врезался в их строй, снова купая секиру в крови.
Я же следую за ним, врываясь в бой. Разогнавшись я впечатываюсь в неримлянина боком и опрокидываю его, а потом прокалываю колено, чтобы он не смог подняться и оставляю его на растерзание ополченцам. Слева на меня вылетело трое фигур, которые с криками за свободу решили покончить со мной. Отпрыгнув я левой рукой касаюсь «громыхателя» и жму на крючок. Ослабевшие пальцы перестают чётко повиноваться и выстрел происходит с задержкой, но всё же вовремя. Пуля рассекла врагу грудь, и он рухнул на землю. Двое других в ступоре остановились, никогда не видев такого оружия, что стало для них смертельным. Остатки полуроты напали и порубили их мечами, тем самым лишив меня боя, чему я и рад.
Уже виднеются ворота Арка и двадцатка оставшихся воинов ободрилась, поднажав, выдавливая последние силы. Слева ударил дождь стрел — вражеские стрелки обрушили на нас концентрированный залп и если бы не широкие щиты ополчения — многие тут же пали бы наземь, но прикрывшись ими мы идём. Я, укрывшись под рукой какого-то бойца, продолжаю движение, смотря, чтобы мы не попали в окружение. Всё бы хорошо, только ночной дождь сильно портит обзор и всё представляется тёмными пляшущими фигурками.
Быстрее всех бежит капитан, сокрушающий секирой врагов. Его рёв и сила внушают ужас в неримлян, отпугивают и страшат. А вид, как его секира разрывает тела, словно они тряпичные куклы — сковывает паникой дух врагов.
— Мы прорвали блокаду! — кричит Конан, размозживши череп неримца о таран, которым они выбили ворота и оглянулся, дабы проконтролировать отступление.
Все ополченцы прорвались за ворота Арка, протиснувшись за таран и оказались в безопасности. Пробежал и я, видя, как стража в красно-белой экипировке выталкивает его. Во внутреннем дворе с наклоном к воротам, стесняемой стеной, сторожкой и ещё несколькими строениями, всюду валяются тела — нермлян и стражи Арка. Я пробегаю дальше них и падаю от усталости.
— Нужна ваша помощь на рынке! — кричит стражник, отмахиваясь от помощи; и капитан ответил коротким кивком, подбежав ко мне:
— Иди, — говорю я Конану, не в силах подняться; в моих ногах пульсирует усталость, левая рука снова ослабла настолько, что я с трудом собираю пальцы в кулак; Конан увидел, что зелья и день меня сильно вымотали и оставляет, продолжив бой без меня. Не знаю почему, но как только я оказался за стеной города и расслабился — меня мгновенно одолела осталось и хворь… настолько, что я даже не смог совладать с ней и рухнул возле стены.
Я только, сидя и чувствуя холод камня я продолжаю безмолвно наблюдать за всем тем, что происходит. Судя по звукам, таран всё же удалось оттащить, тут же появляются Арантеаль и то самое «чудо», с которым все носятся. Тут я слабо вижу фигуру Шарима, на которого я бы прямо сейчас мог бы кинуться, если бы не бессилие. Они ведут какой-то диалог, который лишь отрывками доходит до меня и я его не различаю… а затем ухом я ловлю вопли и крики людей. А затем они ведут оживлённую беседу с самим Коареком — главой Нерима… жалко я не могу её послушать или увидеть это тварь.
 
— Так, а вот ты где, — рядом со мной оказался апотекарий, который достал бутылку с зельем и протянул её мне. — Я не думал, что у стимулятора для мышц будет такой негативный эффект.
О’Брайенн помог мне приподнять голову и залил в горло ещё одно зелье, которое совсем скоро сняло с меня весь побочный эффект от того, что он же мне и выдал с утра.
Прояснившись разумом, и снова ощутив силу в ногах и руках, я смог подняться и подойти к воротам… теперь там не было этого «чуда», а вместе с решёткой ворот проход в город закрыт каким-то мерцающим зелёным барьером. Отовсюду доносятся крики и вопли людей. Коже слегка ласкает прохлада. Тут же я вижу и Арантеаля, его доспех и меч вымаран в крови, а само его лицо обозначает нечто схожее с тревогой.
— Арантеаль, — тихо обращаюсь к нему я. — Как это случилось? Мы были в порту, а потом словно из ниоткуда появлялись их долбанные корабли! Нас чуть не перебили в этом долбанном порту! И почему у меня так сильно трещит голова?
— Видимо они наложили магию невидимости, — сдержанно ответил великий магистр. — Нам тут тоже досталось порядочно. Враг повредил ворота здесь, и мы их восстанавливали. А насчёт головной боли… не беспокойся это от заклинания блокировки. Мы запечатываем ворота, что бы враг не просочился в город.
— О чём вы говорили с Коареком?
— Он хотел, чтобы я прекратил работу над светочем, и он оставит нас в покое.
— А вы?
— Я не оставлю над ним работу, — твёрдо заявил Арантеаль. — Он — единственное, что может остановить очищение, — великий магистр немного повременил с продолжением речи. — Спасибо вам за то, что сделали в порту. Вы сегодня спасли много жизней.
— Но это недостаточно! — раздался крик сбоку, и я увидел воина в сияющих доспехах, в шлеме с гребнем и броне храмовника, его щит исцарапан, а на клинке виднеется кровь.
— Велисарий, — констатировал Арантеаль.
— Мы — обделались! — гневно заявил магистр храмовников. — Враг занял порт, разоряет окрестности. Единственное, что я сейчас могу, так это отправить наёмников на Фермерский берег.
— Что ты хочешь?
— Мои требования всё те же — начни мобилизацию, дай мне под командование отряды стражников и всю артиллерию Арка. Давай сведём твои и мои силы и вдвоём освободим Эндерал от врагов, — вдохновенно заявил Велисарий.
— Нет, — спокойно ответил великий магистр. — Светоч — вот, что сейчас самое главное. И большинство своих ресурсов я направлю на то, чтобы мы все не сгорели в очищении. Справляйся своими силами.
— Господин Арантеаль, — теперь к разговору подключился и О’Брайенн. — Мне нужен Этьен, чтобы собрать образцы для разработки лекарства от Красного безумия. К тому же там будут ингредиенты и к лекарству для той чародейки.
— Этьен? — вопросил Велисарий. — Ты мне нужен? Враг атакует по всем фронтам. Необходим командир ополчения и стрелков. Возглавь отряды и проведи зачистку местности к северу от Арка от патрулей неримлян.
— Этьен, — на этот раз звучит обращение со стороны Арантеаля. — Добрые люди Эндерала сходят с ума от Красного безумия. Если не найти лекарство, то количество родителей и детей, женщин и мужчин, которые стали жертвами этого жуткого заболевания, только увеличиться. Ты же не дашь чуме распространиться.
И вот я перед выбором, С одной стороны на меня смотрит Велисарий и ждёт, что я приму участие в его миссиях по уничтожению неримских контингентов, а с другой стороны буравящим взглядом Арантеаль давит на меня и ждёт ответа. Я — служу родине, готов отдать за неё жизнь и снова обратить свою ярость против неримлян. Мы столько времени предупреждали Арантеаля об угрозе со стороны Нерима, столько убеждали его в нашей правоте, но что сейчас? Мне страшно хочется согласиться с Арантеалем… но только потому, что это задание связано с другим лекарством.
 
— Господин Велисарий, — с дрожью в голосе я начинаю. — Простите, но я не смогу принять участие в вашем задании, — в подтверждение я поднял левую руку. — У меня плохо с пальцами. Да и устал я сегодня порядком.