Вершители порядка (СИ)
— О, чудесно. Мы теперь делимся нашей защитой с этими невежами, — вставил своё едкое словцо Константин, почесав лысую голову.
— Лишари, — говорю я, положив перед ней ладонь, дайка мне на пару секунд твой кусочек.
Девушка без вопросов протянула его, и я подхватив его достал амулет бандита. Аккуратно отворив стекляшку я положил её осколок сигила, осветившими серебристую поверхность украшения. Тут же я закрыл прозрачное стекло и взяв за два конца цепочки зашёл к Лишари сзади; чуть приподняв её шелковистый пышный мягкий каштановый волос я аккуратно застегнул ожерелье на шее, в то же время увидев гневный укор Велисария, которому явно не нравится, что я уделил внимание неримке, а не планам о сохранении страны.
— Так будет гораздо лучше, — тихо произнёс я и занял своё место.
— О, как мило, — пробурчал Юслан.
— Может начнём!? — вспылила Тручесса, повернув ко мне лик с испепеляющим взором. — Арантеаль, это слишком опасно… независимо от того, что они здесь хотят, если мы пошлём шпионов, и они будут пойманы, то Нерим будет рассматривать это как провокацию.
— Бедные, бедные люди…, - снова я слышу минорную речь Юслана, — всё что они сделали — это вторглись в чужую страну, и посмотрите насколько мы безжалостны, посылая шпионов, чтобы узнать, зачем они здесь. Нам должно быть стыдно.
— Оставьте свой сарказм, мы оба знаем, что я имею в виду. Ты знаешь моё мнение Теалор.
— Я учту его, — хмуро произнёс Арантеаль, который отстранился и все заметили, как в Обитель прошла фигура на которой закрытое одеяние, защищающее его невзгод; новый участник занял место рядом с Арантеалем и мне даже не охота смотреть на этого «чудного». — А ты вовремя прорицатель, — Арантеаль повернулся к высокой светловолосой девушке в броне стражи Арка, стоящей возле Тручессы. — Командующий, объясните ситуацию.
— Конечно, великий магистр, — чуть приклонила голову Леора. — Вчера мы получили известие от одной из наших застав в Дюнном… один из рыбаков видел у острова в нескольких милях от берега стоящие на якоре корабли. На них развивался неримский флаг.
— Мы уже послали разведчиков проверить информацию, и это оказалось правдой, — вставил слово Арантеаль.
— А мы предупреждали! — неожиданно заявил о себе Велисарий. — Великий магистр, теперь ты понимаешь, что все наши дела, все наши предупреждения были не напрасны… к сожалению, поздновато немного.
— Да мы поняли, что ты, Велисарий самый крутой, — заголосил Константин. — Теперь ты можешь заткнуться, чтобы мы продолжили?
— Ты рад, что оказался прав?
— Нет, Арантеаль, но я печален от того, что мы недостаточно подготовились к этому. Эндерал в опасности, наша родина. Теперь наши шансы намного меньше.
— Но… это же акт войны. Зачем они это делают? — грубым и непонятным голосом спросил «пророк».
— У нас есть предположение. Я полагаю, ты знаешь, что гражданская война в Нериме закончилась два месяца назад? И кто победил?
— Не знаю. Кто?
— Объединённые силы северного и срединного королевства во главе с Таранором Коареком из Кабоэта. Повстанцы юга и остатки храма творца были уничтожены раз и навсегда. Сейчас Нерим объединён под знаменем «Вольного народа Нерима», как они любят себя называть. И это может быть причиной появления их кораблей.
— Но зачем? Зачем Нериму рисковать развязыванием ещё одной войны, когда он только что закончил предыдущую? — не унимается в вопросах «прорицатель», что меня начинает раздражать… неужто этому уникуму важны причины, он вроде как пытается остановить цикл и для чего эта ему информация? — спрашиваю я себя.
— Из-за Коарека.
— Утверждают, что он помогал Наратзулу Арантеалю незадолго до того, — подхватил мысль Константин, — как были уничтожены Рождённые Светом. И хотя раньше он был аморалистом, который менял идеалы так же часто чем подштанники, «крестовый», так сказать, «поход», с Наратзулом изменил его. Он стал заклятым врагом религии.
Арантеаль продолжил:
— И для него смерть богов — это первый шаг из многих. И теперь он видит свою задачу в том, чтобы избавить Вин от религии раз и навсегда… «освободить мир от бича веры», — это его слова.
— Стоит отметить, — слово схватил Юслан, повернувшийся к «прорицателю», — что его понимание «освобождения», включает в себя массовые казни и сожжение храмов. Он фанатик, и, что ещё хуже — люди обожают его за это…. Всё что он хочет — это построить новый мир и его «Вольный народ Нерима» должен стать авангардом.
— Что нам ещё нужно знать о Коареке? — спросил «пророк».
— Да в общем больше ничего, хотя… есть ещё кое-что. Он — нарцисс. Я был удивлён, когда услышал, что знамёна «Вольного народа Эндерала» не украшены его изображениями и надписью «Восхваляете меня»
— И дайте угадаю: вы подозреваете, что Коарек здесь, так как эндеральцы всё ещё верят, что боги живы, правильно?
— Верно.
Угрюмый глас Арантеля снова зазвучал:
— А вот чего Коарек не понимает, так это того, что мы делаем всё, чтобы предотвратить кризис.
— А просто рассказать правду обычному народу. Об этом не может быть и речи?
— Не раньше, чем Высшие будут остановлены. Гражданская война в Нериме, Киле и Аразеале, показывает, к какому хаосу может привести такое откровение… и мы не пойдём на такой риск.
— А что если мы объясним наши мотивы Кореку? Может быть, он даже окажет помощь в борьбе с циклом, — наивность «Пророка» меня немного тряхнула, неужто он не понимает, что этот человек пришёл сюда убивать и сжигать… нет блин, он с солдатами и оружиями пришёл сюда чтобы помочь.
— Тут есть проблема. Пегаст? — сказав, посмотрел на Лишари Арантеаль.
— Мы полагаем, что Коарек уже знает о цикле и очищении. И он… как бы это сказать… хочет, чтобы это произошло.
— Мы говорим о чём-то, что может означать конец всей жизни, верно? — удивился «прорицатель».
— Боюсь что так, — тяжко выдохнула Лишари. — Я знаю, что это звучит странно, но неким образом это имеет смысл. Для него Эндерал, как дом Святого ордена, является воплощением невежества и застоя… и мы предполагаем, что он даже знает о нашей борьбе с Высшими. Но в его глазах во всех образчиках Святого ордена, пытающихся предотвратить происходящее, должно быть что-то хорошее. Может быть он даже видит Высших в качестве прорицателей новой эры, кто знает… фанатики непредсказуемы.
— Сейчас это только предположение… но мы должны знать, — сказал великий магистр.
— Иными словами нам необходимо шпионить за неримцами.
— Да, ты знаешь, что такое серебряное блюдо?
Пока Арантеаль рассказывает об этих связных устройствах «Пророку», я слегка касаюсь ладони Пегаст, обращаясь к ней:
— Лишари, что тут происходит, — с печалью замечаю я, — надеюсь, что после этой военной увертюры со всеми вами всё будет в порядке.
— Спасибо. Кстати, я управилась с твоим мечом. Давай я тебе его чуть позже передам?
— Хорошо. В таверне. После этого собрания.
— Да, отлично. Кстати, как твоя работа со всяким отребьем? Руки не чешутся никого прибить?
— Чешутся, — усмехнулся я. — Странно всё это… ещё вчера мы были врагами, а теперь за деньги мы покупаем дружбу с торговцами, — шепотом говорю я.
— И вы хотите, чтобы это «размещение» было совершено мной, не так ли? — громкой фразой привлёк к себе внимание «прорицатель».
— Тобой, Огневспыхом и наёмником Даль’Вареком. Однако вы не сможете плыть на остров на корабле — это было бы слишком заметно, — ответил Арантеаль, но ответить решил Константин, сложив руки на груди и иногда почёсывая бороду:
— Мы обнаружили, что у пирийцев была какая-то подземная транспортная система. «Подпоезд», как они её называли. Эти поезда соединили наиболее важные регионы мира друг с другом, и вероятно, также храм на острове, у которого корабли Коарека стоят на якоре. Если нам удастся найти один из этих поездов, мы могли бы использовать его, чтобы получить доступ к лагерю.
Мне наскучила эта шарада с попыткой проникнуть к неримцам. Разве они не понимают, что сейчас нужно готовится к войне, разве Арантеаль всё ещё не верит нам, разве ему недостаточно наших доказательств? О Господи, дай мне сил. Вместо слов я всмотрелся в немного округлое лицо дамы, которая сидит передо мной. Не знаю, почему раньше я считал её заносчивой, не знаю… может потому, что мало общался и не знал её? Теперь же я готов взирать на её очертание лика её, слушать её. Не знаю, откуда эта тяга к человеку… правильно сказал Арантеаль — чары.