Моя девочка Его! (СИ)
— Я не понимаю… — говорю растерянно, уже не замечая его руки на себе, его горячее дыхание, губы, которыми он нагло врывался в мое личное пространство.
Я слышала в словах Андрея какой-то ужасный подтекст, но не могла определить точно, что это было. Догадки сами всплывали в моей голове, но все они были не точны, лишь мои предположения… А мне хотелось знать правду.
Глава 11
— Всему свое время, дорогая, — всего лишь говорит Андрей, наконец-то оставляя меня и размещаясь напротив.
— Начал — говори дальше, — настаиваю, выражая свое недовольство.
— Подумай сама, и ты все поймешь, — опять уклончиво. — А теперь ешь!
Ужин прошел ужасно: я молчала и думала, а Северов постоянно смотрел на меня, не скрывая ухмылки. После завершения трапезы он любезно попросил меня пройти в гостиную для подписания каких-то документов.
— Нужно засвидетельствовать наш брак, а для этого требуется твоя подпись. Желательно такая же, как и в новом паспорте, — говорит, и я вспоминаю о бумагах, которые так и не посмотрела.
— Не получилось все подделать? — язвлю, потому что вся эта ситуация перестает мне нравиться. Меня жутко раздражало то, что он делал все без моего ведома и разрешения. Мы вообще не обсуждали наш брак, я не планировала его, не хотела. Сменить одно рабство на другое… Это не то, о чем мечтала.
— Я мог бы… Но мне хочется, чтобы ты сделала это сама, — отвечает, протягивая мне папку с документами. Что за мазохистские наклонности?! Казалось, моя подпись для него — важная составляющая процесса некого самоутверждения. К чему все это? — Фотографию нам пришлось взять из твоего прежнего паспорта, осталось только поставить несколько подписей…
— Я не буду, Андрей! — отказываюсь. — Ничего не подпишу, тем более на твоих условиях! Ты предлагал мне помощь, защиту за то, что я ввязалась в это из-за тебя и твоего друга, а теперь получается так, что мне нужно выходить за тебя замуж по-настоящему!
— А почему бы и нет? — спрашивает он, совсем не волнуясь из-за моего отказа. — Разве я плох? Не подхожу тебе? — с неким сарказмом.
— Причем здесь это? Ты и сам не горишь желанием жениться на мне! Думаешь, я дура и не понимаю, для чего все это? Хочешь свести счеты с Багировым? — срываюсь. — На что ты надеешься? Что он будет очень горевать по мне? Что ему есть дело до меня?..
— Может быть… — спокойно.
— Я не беременна от него, — добавляю тише, понимая, что, возможно, причина его интереса в этом. — Не от него… Это вообще под вопросом…
— Если это так, то ведь Багирову об этом не известно? — обрывает, и его взгляд мрачнеет.
— Я просто хотела свободы. Не мести. У нас был договор. Да, он принудил меня подписать его неординарным способом, возможно, даже для других целей, но я согласилась на это сама. Я имела представление о том, что меня ждет…
— Тогда почему ты не с ним? Если тебя все устраивало, — бросает, нависнув надо мной. — Почему сбежала, если сама согласилась?
— Меня хотела убить его жена, — признаюсь, лишь бы только отстал. Хотя, на самом деле, причина была не только в этом. В день нашей ссоры Арс сказал, что сам будет решать, как часто и когда ему приходить ко мне в спальню, чем заставил меня почувствовать себя бесхребетной подстилкой! А мое сердце тогда уже меня предало… — Когда тебе приставляют нож к горлу, в голове царит сумбур мыслей, — продолжаю, пытаясь скрыть настоящие эмоции. — Марина была пьяной, я попросила у нее помощи сбежать. Сказала, что больше не появлюсь в ее жизни, иначе Багиров ей не простит то, что она убила его любимую игрушку…
— Вот именно, ты для него была всего лишь игрушкой. Развлечением! Легким сексом! — повышает голос Андрей. — Я же предлагаю тебе брак на равных условиях. Не будет закрытых дверей и принуждения. Супружеский долг — лишь потому, что… я хочу тебя. Ты мне действительно нравишься. Что в этом ужасного?
Мое сердце пропускает удар от его признания. Куда делись долгие ухаживания, ласковые слова, томные вздохи, взгляды и улыбки… Неужели такие, как Багиров и Северов идут только напролом. Захотел — получил, а тебя не спрашивают! Бред…
Я не совсем верила Андрею и его горячей речи, но все же было в его голосе что-то настоящее. Мне так казалось. Вот только это не меняло дела. Покамест все его поступки, принятие решений без меня и настойчивое навязывание только отталкивали.
— Я не могу так, — отвечаю после длительной паузы. — Для меня брак и супружеские обязанности значат больше, чем просто симпатия. К человеку нужно привыкнуть, его нужно узнать, чтобы подпустить так близко…
— Почему-то это не было важным по отношению к Багирову. Ты с ним трахалась, несмотря на все эти глупые принципы! — бросает жестоко, заставляя мои щеки покраснеть от его грубости.
— У нас был договор. Он спас моего брата! — напоминаю, сама не понимая, почему оправдываюсь перед ним. — Ты инсценировал мою смерть, дал мне новое имя, документы, и я благодарна тебе за это, но все остальное… Это уже лишнее!
— Договор, говоришь?.. Вот наш договор! — срывается Андрей, ткнув пальцем в папку. — Я тебя защищаю взамен на брак, который тоже частично является одним из условий твоей защиты!
— Если он узнает, что моя смерть была липовым представлением!.. Ты сам говорил.
— Если он узнает, то будет поздно…
— Тогда чем ты лучше него? Мне не нужна такая защита и помощь! — срываюсь.
— Я знаю, что делаю, и все ради твоего блага, — продолжает он стоять на своем, словно не слышит меня. — И ты скоро сама в этом убедишься, — как-то двузначно. Только эти загадки и недосказанности заставляли меня сомневаться. — У тебя есть время подумать. Документы подождут. А пока привыкай скорее ко мне…
— Если ты что-то знаешь, скажи мне лучше сразу всю правду! — настаиваю. — Иначе не останусь здесь больше ни на минутку! Как я могу тебе доверять, если знакома с тобой всего один день, а ты ничего не говоришь мне? Мне страшно отчасти потому, что ты заставил меня чувствовать этот страх своими предупреждениями и рассказами о Багирове! Я не верю, что нравлюсь тебе… Больше склоняюсь к версии, что все это месть, ведь знаю, что вы конкуренты, и я не позволю использовать себя! Нравится тебе это или нет! — смелею.
— Умненькая малышка. Суть понимаешь, — соглашается Андрей, проходя к столу рядом и наливая себе коричневую жидкость в стакан из красивого графина. — Личные мотивы у меня есть, но тебя это коснется только поверхностно. И прежде, чем ты опять воспротивишься, показав свои шипы, недоверие и характер, ты должна знать, что у тебя тоже есть повод ему мстить!
— Расскажи мне, что ты знаешь! — прошу, судорожно сглотнув. Казалось, эту новость Северов специально припрятал напоследок или на один из таких моментов, как сейчас, поскольку она явно действовала на меня должным образом. Я была заинтересована, потому что только благодаря замечаниям и наводкам Андрея вдруг пришла к выводу, что действительно что-то здесь не вяжется. Найти донорское сердце за один день просто нереально! Когда его нет, даже самым богатым людям не подвластно исправить это. Разве что убить человека, но я не хотела в это верить… потому что знала, что для этого обязательно нужен будет другой ребенок, такой же, как мой брат.
— Багиров знал твоего отца, — вдруг говорит Андрей, залпом выпивая содержимое стакана, и замолкает именно в тот момент, когда мое сердце пропускает удар от томящего ожидания и тревоги. — Это проверенная информация. Он работал в его фирме много лет назад. До своей смерти.
— И что? — не понимаю суть. Работал, может совпадение…
— Он знал тебя до того, как Костя оказался под твоей дверью, — продолжает Андрей. — Объясню с начала. Вражда между мной и Багировым длиться давно. Мы постоянно мешаем друг другу жить, пытаемся больше навредить, разрушить планы… Последняя наша стычка была из-за одной фирмы, к которой и он, и я проявили интерес. Сейчас это похоже больше на гонку, ведь кто заполучит больше акций, тот станет лидером. Акционеров всего семеро, и только трое из них имеют больше двадцати процентов. Багиров и я — среди них. Остальная доля распределена между мелкими бизнесменами, которые готовы продать ее за приличную сумму. Но вот кому они продадут…