Папа из Огня (ЛП)

— Я хочу спросить, — сказал Грейсон. — Когда вы делаете это средство, вы втроем… вы плюете в банку или что-то в этом роде?
— Ты очень увлечен происхождением этого лекарства, — заметил я.
— Я не часто позволяю кому-то мазать меня своей слюной, — сказал он.
— Мы не плюем в банку. Все, что требуется, — это маленькая ложечка из пасти дракона, затем добавляем настой из цветков вэквуда для усиления действия. Месяц выдержки, и получается вот такая мазь. За алхимию отвечает Делос. — Я закончил накладывать новую повязку. — Как заживают твои ноги?
— По ним даже не скажешь, что с ними что-то случилось, — сказал он.
Я похлопал себя по бедру, и Грейсон положил свои лодыжки на мою ногу. Он был прав — ожоги прекрасно зажили, оставив мягкую, идеальную кожу.
— Еще раз спасибо, Альтаир, — сказал он. — Не думаю, что смогу перестать это повторять. Ты так много сделал для меня. Просто…
Его голос дрогнул, и внешнее спокойствие, которым он обладал, внезапно исчезло. Я видел, что он изо всех сил пытается побороть свои эмоции, но они вспыхнули на его лице, как пламя. Он отвернулся от меня, и я услышал его тихое сопение. Его плечи дрожали. Я сидела молча, выжидая. Я не знал, что сказать, мне хотелось его утешить. Хотя он спрятал от меня свое лицо, я мог сказать, что он плачет. Он повесил голову, глубоко вздохнул и вытер лицо ладонью.
— Я впервые чувствую себя в такой безопасности за очень долгое время, — сказал он. — Дольше, чем я могу вспомнить. Одного этого достаточно, чтобы быть обязанным тебе по гроб жизни. Я не уверен, что ты действительно понимаешь, как много ты для меня сделал.
Наконец, Грейсон повернулся ко мне лицом. Его глаза были красными и опухшими. Он улыбнулся, и я почувствовал, как внутри меня нарастает жар. Я хотел сказать ему, что просто выполнял свой долг. Но это не было правдой. А правда в том, что…
— Какая-то часть меня не может примириться с тем, что я помогаю людям, — сказал я, — хотя это мой долг. Я делаю свою работу и помогаю людям, которые, как я знаю, никогда бы не сделали того же для меня, и зачастую мало получаю от этого удовлетворения. Это то, что я должен делать из-за своего прошлого, и все же, я не могу забыть о прошлом, что никто не пришел на помощь мне и моей семье, когда мы в этом нуждались. Но с тобой все по-другому. Ты мне… нравишься. Хотел бы я понять, почему. Со мной такого раньше не случалось. Я пытаюсь сказать, что мне приятно, что ты чувствуешь себя в безопасности. Ты не похож ни на одного человека, которого я встречал раньше, и… — Я сделал паузу, внезапно почувствовав себя неловко и смущенно. — Я прошу прощения, — резко сказал я.
Грейсон посмотрел в мои глаза, потянулся через стол и положил свою руку поверх моей.
— Не надо. Я понимаю. Я…
С грохотом открылась дверь сторожевой башни, и по лестнице спустился Делос. Грейсон отдернул руку, и я вернул свою на колени.
— Уголек! — крикнул Делос. — Где, черт возьми, этот кот? — Он перегнулся через перила. — Вы видели Уголька?
— Опять пристаешь к нему? — сказал я.
Делос проигнорировал меня и спустился вниз, и я заметил, что он предусмотрительно снял ботинки, прежде чем ступить на мокрый пол. Я усмехнулся про себя, довольный тем, что оказался прав в своей оценке того, что необычное обаяние Грейсона повлияло и на Делоса. Он делал все возможное, чтобы скрыть свою чувствительную натуру. Позволит ли он когда-нибудь Грейсону увидеть эту его сторону?
И тут я понял, о чем именно я думал… Я беспокоился одобрит ли Грейсон полет. Я хотел, чтобы он остался с нами. Я не должен был думать так о человеческом омеге.
~
Дождь продолжал отбивать ровный ритм на улице до самого вечера. Грейсона, несмотря на его желание продолжать уборку, накрыла волна усталости, и он улегся на свою койку отдохнуть, пока Райнор, Делос и я сидели за столом и обсуждали пожары. Я расстелил карту порта Олд Шор, утяжелив ее загибающиеся края нашими использованными тарелками.
 
— Смотрите сюда, — сказал я, отмечая места пожаров. — Все пожары произошли в этом радиусе, в восточной части города.
— Что это значит? — сказал Райнор. — О чем ты думаешь?
Я вздохнул.
— Не знаю. Если пожары происходят в центре, то, возможно, человек, который их устроил, живет неподалеку. На самом деле не так уж и много, для поисков.
— Мы не следователи, — сказал Делос, подпирая щеку ладонью. — Этим должен заниматься Дозор.
— Да, но мы все знаем, насколько они надежны. У нас нет никаких свидетельств, никакой другой информации. Никто ничего не видел. Или, никто не хочет говорить.
— И вот в чем проблема, — ворчал Райнор. — Даже если кто-то и знает, люди никогда не заговорят с нами.
— Все говорят, когда смотрят на дракона ростом в пятнадцать футов, — сказал Делос. Он надавил пальцем на стол, словно раздавливая жука, и ледяные усики расползлись по дереву.
— Мы никому не будем угрожать, — сказал я.
Откуда-то на стол запрыгнул Уголек и направился прямиком к Делосу. Он вскрикнул, когда кот прижался мордой к нему.
— Черт, котяра, — сказал он, отталкивая кота.
Райнор усмехнулся про себя.
— Может, это сработает. Делос, скажи им, что ты собираешься превратить их в кубики льда, и они заговорят.
— Мы никому не будем угрожать, — повторил я. — Мы и так получаем достаточно оскорблений, просто живя.
— Может быть, я могу помочь. — Голос Грейсона донесся с койки. Он застонал и сел, держась за живот. — Я… возможно, что-то видел.
— Ты что-то видел в ночь пожара? — сказал я, удивленный.
— Я забыл об этом. Я думаю, что видел. Я не знаю, важно это или нет, но перед тем, как лечь спать той ночью, я видел, как кто-то шел по улице перед зданием.
— Кого-то? Мужчина? Как он выглядел?
— Я не знаю. Я не разглядел его как следует, было темно. Но мне показалось странным, что на нем был плащ. Просто в наши дни никто его не носит.
Я посмотрел на Райнора и Делоса. Райнор приподнял бровь.
— Понятно, — сказал я.
— Что? — спросил Грейсон. — Это важно?
— Это правда, люди давно перестали ходить в плащах, — сказал я. — Однако их все еще носят некоторые драконы.
— Нет, — прервал меня Делос. — Ты же не хочешь сказать, что в этих пожарах виноват дракон.
— Мне это тоже не нравится, — сказал я. — Но это единственная реальная зацепка, которую мы можем использовать.
  
Глава 7
 
Альтаир
 
 
Выглядело все так, словно ставни не открывали несколько месяцев, а то и больше. Драконы, как выяснилось, действительно любят темные и мрачные места — но моя работа навести порядок на станции, а значит очистить ее и солнечным светом. Ставни в атриуме второго этажа управлялись ржавой лебедкой, и я с трудом и большим усилием смог ее повернуться. Альтаир вмешался и одной рукой помог мне, механизм издал пронзительный стон, когда закрытые секции расцепились и впервые за целую вечность закрутились свободно. Они медленно оторвались от своих рам, открывая мутное стекло. Дождь снаружи наконец прекратился, и солнечный луч упал на скрипучие дерево и железо, в его свете играли пылинки.
Делос прислонился к перилам, наблюдая, как свет разливается по комнате. Он нахмурился и поднял руку, чтобы прикрыть лицо.
— Не надо так драматизировать, — сказал я ему.
— В следующий раз он скажет нам, что собирается прибраться в наших комнатах, — сказал Райнор, спускаясь со сторожевой башни.
— Это следующее в моем списке, — сказал я, направляясь наверх с ведром и шваброй.
— Нет, нет, нет, — сказал Делос. — Не вздумай.
— Мы платим хорошие деньги, — сказал ему Альтаир, ухмыляясь.
— Правильно, все должно быть убрано, — сказал я, и оба, Райнор и Делос, поспешили уйти и захлопнуть свои двери.