Дело о Черном Удильщике (СИ)
— Первое, что я отчетливо помню, это ласковый голос Риты, — мечтательно протянул Хек, — и ее красивое лицо, обрамленное пышным ореолом рыжих волос. Рита всегда так вкусно пахнет…
Марван кашлянула, напоминая о своем присутствии.
— Они целенаправленно искали пьяницу, — с горечью подытожил мужчина. — Я как раз подхожу, верно?
Коллеги немного помолчали. Марван отправила в рот еще один кусочек рыбы и запила его большим глотком жмыха.
— Дебоши на улице Белых Китов куплены, не так ли? — озвучила свою догадку старший детектив.
— Я знал, что ты тоже так думаешь. — Хек поднес к губам стакан, но, обнаружив, что тот пуст, поставил его на место. — Сама знаешь, кто легче всего поддается на подкуп.
Глаза Марван блеснули:
— Беспризорные дети и пьяницы?
— Те, кому нечего терять! — вспомнив об отсутствующем мизинце, вспылил детектив. — Пусть меня проклянет провидец самого Саргана, но если дети, взбесившись, лишили меня пальца, чтобы пожарить его на костре и положить на хлеб, им придется заплатить за это!
Несколько человек за столами оглянулись в их сторону.
— Я возьму нам еще одной бутылке жмыха, хорошо? — Хек кивнул Марван на деревянные двери таверны. — И провожу тебя домой.
Ночь выдалась холодная, но ясная. По небесной глади рассыпались сияющие звезды, и Марван, вскинув голову, долго изучала мерцающие точки. Детективы стояли в теплом свете уличных огней, и их дыхание клубилось в воздухе. Хек набросил на плечи коллеги свое пальто, пропитавшееся запахом табака.
— У меня плохо получается, — кивнув своим мыслям, изрекла женщина.
Мужчина недоуменно нахмурился:
— Получается что?
— Быть хорошим детективом. Подмечать мелкую рябь на поверхности, которая указывает на движение гораздо глубже. Я могу заострять внимание на бессмысленных мелочах: на развязанных шнурках, марках сигарет, названиях жмыха, — в доказательство женщина подняла бутылку «Водяного удава» и потрясла ею возле своего лица. — Но я никогда не вижу картинку целой.
— Карпун умел, — погрузившись в воспоминания, сказал Хек.
— Да. Он умел, — с тоской подтвердила Марван.
Детективы, не сговариваясь, двинулись в сторону района, где жила женщина. Некоторое время шли молча, погруженные каждый в свои мысли.
— Знаешь, Марван, а ведь именно талант подмечать незначительные детали привел тебя в нужное место. Озвучь ты мне свои догадки, не боясь показаться смешной, я уверен, что они в точности совпали бы с тем, что я думаю сам.
Хек замедлил шаг, изучая ее лицо. Казалось, Марван набирается смелости, чтобы облачить свои мысли в слова:
— Дебоширов подкупили, это точно. Будь то члены «Благой медузы» или отчаявшиеся беспризорники — сейчас все равно. Кто-то сунул в их карманы деньги и дал указания, потому что обе эти группы стараются лишний раз не фокусировать на себе зоркий взгляд Департамента. — Сделав из бутылки небольшой глоток, она продолжила: — Но дальше я натыкаюсь на сплошные недоразумения. Тот, кто отдавал приказы, даже не счел нужным объяснить исполнителям, из чего состоит «коктейль рыба-молот». Поэтому вместо зажигательных смесей в окна квартир по улице Белых Китов полетели обычные бутылки. Акулий жир можно купить на рыночной площади, совершенно не привлекая внимания: из него варятся свечи. Да и остальные составляющие так же легко добыть, без риска подвергнуться подозрениям. Из этого всего можно сделать несколько выводов. Первый: заказчик либо беспробудный пьяница или того хуже — ягодный наркоман, без правителя в голове. Второй: он всего лишь посредник и сам не понял, в чем заключается суть нападений, поэтому и отдал такие размытые распоряжения.
Соглашаясь со словами Марван, Хек кивнул и добавил:
— Только коалиция ни за что не сунется в «Китовый ус». Два месяца назад у них произошел крупный разлад. Сивуч Стеллер, хозяин таверны, в пьяном разговоре начал насмехаться над некой легендой о морском божестве, в грубой форме оспаривая ее правдоподобность. Один из гостей так резко вскочил со своего места, что никто не успел среагировать. Парень подлетел к Сивучу и ударил его кулаком в нос. Завязалась драка. И тут двери таверны распахнулись и в зал хлынула целая толпа фанатиков! Они как будто караулили на выходе, выжидая подходящий момент. Все закончилось массовой дракой, в которой многие сломали пальцы, носы и руки. Говорят, люди из коалиции силой оттаскивали зачинщика от Стеллера, чтобы он не прибил его окончательно. После этого хозяин таверны позаботился, чтобы до ушей каждого фанатика дошло его распоряжение: людей из «Благой медузы», которые посмеют переступить порог его заведения, отстреливать, как бешеных псов.
— Все-таки у них есть собственный бог! — воскликнула Марван. Но, вздохнув, добавила: — Нужно немедленно доложить Департаменту. Если они узнают об этом сами, нас всех с позором уволят из агентства.
Хек так неожиданно и громко рассмеялся, что старший детектив вздрогнула.
— Сивуч Стеллер, скорее, пустит пулю себе в лоб, чем подтвердит, что в собственной лавке его избил сумасшедший сопляк. Членов коалиции и вовсе не станут слушать — Белые мурены[i] слишком заносчивы, чтобы тратить свое драгоценное время на чокнутых психов.
— Для этого есть мы — никчемные сотрудники детективных агентств, призванные на службу, чтобы разгребать китовье дерьмо и следить за зловонным дыханием округов, — подтвердила Марван. И внезапно остановилась, ошарашенная догадкой: — А что, если люди из коалиции решили подставить Сивуча под удар, чтобы отомстить за оскорбления?
— Хорошая мысль. Я об этом не подумал, — признался детектив. — Но все равно лучше помалкивать об этом. Доклад о пьяной драке не сделает нам чести.
— А что насчет рейда Департамента? — спросила Марван. — И почему я, как всегда, узнаю обо всем последней?
Хек, сделав глоток жмыха, утер рот рукавом свитера.
— Я заходил в агентство после обеда, тебя уже не было на месте, а Рита сообщила мне, что вскоре после твоего ухода поступил звонок из главного управления Департамента. С тобой хотел пообщаться сам Игорь Конгерман. — Заметив ужас на лице Марван, Хек поспешил ее успокоить: — Не волнуйся, Рита не растерялась и сказала, что ты без устали работаешь и в данный момент занимаешься патрулированием улиц. Конгерман не стал раскрывать подробности, только обозначил, что в самое ближайшее время в агентство прибудет его доверенное лицо. И мягко намекнул, чтобы мы привели в порядок бумаги и подготовили отчетную документацию за прошедший квартал. Думаю, он позвонит завтра, чтобы переговорить с тобой лично.
Хек и Марван вышли на улицу, по обеим сторонам которой тянулись однотипные, но аккуратные одноэтажные домики. Дорога была хорошо освещена, и глаз моментально выхватывал ухоженные лужайки, окаймленные маленькими белыми заборчиками. Отовсюду веяло спокойствием и уютом. Дома по улице Зеленых Кувшинок отдавали сиротам, с отличием окончившим академию, и присущая им дисциплинарная выправка проглядывалась буквально в каждой детали.
— Вот мы и пришли, — сказала старший детектив, вручая пальто его владельцу. — Спасибо, что проводил меня до дома. Знаю, ты не любишь, когда тебя расспрашивают о самочувствии, но сама вижу, что ты неплохо справляешься.
Хек пробормотал что-то невнятное, сбрасывая с рукава свитера невидимые пылинки. Где-то поблизости притаившиеся в траве водяные стрекозы завели переливчатую трель.
— До свидания, старший детектив Катран, — накинув на себя пальто, проговорил Хек. Марван немного постояла, глядя ему вслед, и, не сумев преодолеть природное любопытство, крикнула:
— Детектив! Всегда хотела спросить, как сильно вы тогда заехали по лицу спесивому скупердяю?
Хек, развернувшись, встал аккурат под уличным фонарем, и женщина увидела его хитрую ухмылку.
— Какому именно?
— Отцу Риты, господину Омираку Наваге! — уголки губ Марван взметнулись вверх.
Мужчина сунул руки в карманы и гордо расправил плечи: