В поисках солнца (СИ)
Взгляд Райтэна незамедлительно зажёгся фанатичным блеском.
— Точно! — радостно подхватил он и вихрем вылетел наружу, чтобы скорее уже изловить какого-нибудь толкового либерийца, который наверняка обладает необходимыми ему секретными знаниями.
Хмыкнув, Дерек вышел за ним, не спеша прикрыл дверь, запер замок на ключ, подёргал для проверки, заглянул в соседнее помещение, крикнул туда:
— Верт, мы в порт, к обеду не ждите! — и чуть не вприпрыжку понёсся догонять уже далеко умчавшегося Райтэна, который, как и всегда, когда ему приходила в голову гениальная идея, забывал об элементарных бытовых мелочах.
К счастью, Дерек о них помнил всегда; и именно поэтому недоумевал, как вся эта несчастная лесопилка умудрилась дожить до его появления, с таким-то вечно куда-то несущимся хозяином.
…начиналось всё полгода назад просто: те самые таблицы, потом другие… Потом что-то в этих таблицах показалось Дереку странным, он высказал свои сомнения Райтэну… в тот день они впервые спорили до хрипоты часа четыре — и в итоге ещё пять дней на пару носились по Аньтье, расспрашивая купцов об интересующем их нюансе. На почве этого предприятия Райтэн в своём внутреннем регламенте великодушно повысил Дерека до уровня «не только с мозгами, но ещё и толковый» — и понеслось.
Дерек был посвящён в страшную тайну разработки нового типа кораблей — относительную тайну, потому что о планах Райтэна слыхало пол-Аньтье. С другой стороны, никаких нюансов и тонкостей никто не знал. А Дерек, припомнив многочисленные собрания, посвящённые разработке ньонских каравелл, был вполне в теме подобных изысканий, поэтому с места в карьер начал сыпать дельными замечаниями и предложениями. Часть из них Райтэн тут же принялся апробировать — и был в полном восторге от результатов.
В общем, за полгода между ними образовались отношения вполне приятельские. Райтэн был в восторге от того, что может, наконец, обсудить свои идеи с кем-то, кто понимает и не высказывает при этом скепсиса. В целом-то, оно конечно, Райтэн был полностью самодостаточным и не нуждался в чужом одобрении, но всё же ему было досадно и неприятно, что буквально никто не верит в его идею и постоянно отмахивается от него весьма неприятными «Ты просто не понимаешь», «Это горячка юности» или «Никому такое не нужно».
Дерек был первым в его жизни человеком, который после фразы «лёгкие суда для быстрой перевозки товаров» не выдал экспертное мнение о полной бесполезности такой затеи, а наклонил голову набок, прищурился и сделал вывод: «Ого, это они и от пиратов тогда смогут уйти? Но это же какая экономия на охране!»
В тот момент Райтэн был готов заобнимать и затискать внезапного единомышленника самым беспардонным образом, но воспитание взяло верх, поэтому он просто улыбнулся. Не ухмыльнулся, не усмехнулся и даже не скривил губы, а именно улыбнулся — что, в общем-то, было для него нетипично.
С тех пор Дерек стал полноценным напарником, занятым в разработке проекта, а также взял на себя мелкие хозяйственные заботы, которые Райтэн постоянно упускал из внимания, что частенько приводило к неприятным инцидентам.
Догнав друга уже у ограды, Дерек тихо пристроился вслед. Когда Райтэн был погружён в свои мысли, трогать его не рекомендовалось.
Однако уже в Аньтье — лесопилка располагалась за городом, и в порт нужно было идти по одной из окраин, — Райтэн до чего-то додумался и принялся, по своему обыкновению, размышлять вслух.
— Если мы сможем применить либерийский метод, — вдохновенно вещал он, — то докование можно будет проводить гораздо, гораздо реже! Представляешь, Дер? Судно, которое может год, а то и два, а то и три, обойтись без докования! Это же мечта любого купца! Мы снизим расходы не только на охрану, но и на обслуживание, и, таким образом… — ему не требовался ответ, только поддакивание в нужных местах, и так, продолжая вдохновенно вещать, он дошёл уже до самого порта. — И тогда, Дер… Дер? — вдруг удивился он прервавшемуся поддакиванию и обнаружил отсутствие спутника.
Завертев головой, он увидел, что Дерек встал как вкопанный. Несколько секунд он пялился вперёд, а потом, вдруг, резко развернувшись, скрылся в ближайшем переулке.
Райтэн недоуменно моргнул и обернулся.
Порт выглядел таким же, как и всегда. Носились торговцы со своим товаром, развлекал зевак новый музыкант, грузчики тащили товары с очередного корабля, стражники толпились у какой-то бочки… Нахмурившись, Райтэн последовал за товарищем.
Дерек обнаружился сразу у входа в переулок. Он стоял, прислонившись спиной к стене, и лицо его шокировало Райтэна своей бледностью и выражением затравленного какого-то испуга.
Райтэн ещё раз сморгнул с недоумением. Он никогда раньше не видел Дерека испуганным — даже когда однажды зимой к ним на лесопилку забрёл от голода неистовый степной волк. Они тогда все изрядно струхнули, и даже сам Райтэн; и только Дерек, замерев лишь на секунду, быстро разбил керосиновую лампу о доску, соорудил таким образом факел и загнал им зверя в угол ограды. Там уж подоспели очухавшиеся рабочие.
С того случая Райтэн особенно зауважал Дерека, и тем более странным казался теперешний страх на его лице. Пришлось даже опять выглянуть из переулка в порт — но там по-прежнему не наблюдалось ровным счётом ничего пугающего.
Райтэн прищурился и заставил себя всмотреться в детали. У музыканта скрипка какая-то… фобия скрипок? Едва ли! А мелодию отсюда не то чтобы слышно… У торговцев какой-то диковинный зверь? Нет, никого. Корабль…
Напрягая зрение, Райтэн рассмотрел флаг — ньонский.
Зрачки его глаз расширились: ему показалось, что он понял.
— Ну-ка, пойдём, — подхватив окоченевшего Дерека за руку, потащил он его в недалёкий кабак.
Там их, как и везде, приняли с подобострастным вниманием и охотно выделили отдельный кабинетик. Было очевидно, что в Аньтье к Райтэну относятся с каким-то особым уважением — даже критика его идей по поводу лёгких судов была обычно весьма осторожна — но Дерек никогда не спрашивал, с чем это связано. Ему казалось невежливым лезть не в своё дело.
— Пей! — сунул Райтэн Дереку чарку с принесённым хозяином вином.
Тот посмотрел на угощение с недоумением.
— На тебе лица нет! — возмутился Райтэн.
С тяжёлым вздохом Дерек признал его правоту и выпил. Не то чтобы сильно помогло, но хотя бы он отмер.
— Я никогда не спрашивал, — сложил руки на груди Райтэн, хмуро глядя на собеседника, — но, возможно, есть какие-то вещи, которые мне стоило бы знать?
Дерек отвёл глаза. Отпираться было глупо — да и явно во вред себе. Но признаваться было страшно: а ну как его сочтут слишком проблемным и опасным типом?
В итоге как раз мысль о том, что Райтэн может счесть общение с ним опасным, и привела его к необходимости открыть часть информации, чтобы тот мог сам сделать выводы и решить.
— Мне… — тихо начал он, помотал рукой в воздухе нерешительно и сформулировал: — Мне нежелательно встречаться с ньонскими купцами.
Почти каждого из них он знавал лично, и сегодня-то впал в такой ступор именно от того, что увидел на припортовой площади знакомого. Тот, к счастью, был полностью занят разгрузкой, поэтому не успел заметить Дерека.
— Нежелательно? — с глубоким скепсисом уточнил Райтэн, соотнося информацию со степенью испуга. — И насколько же?
Дерек криво усмехнулся и признал:
— Вообще.
Райтэн вежливо приподнял брови и сделал свой самый любимый вывод:
— Нет, Дер, мозгов у тебя всё же нет.
Тот отреагировал взглядом возмущённым и укоряющим. Он, конечно, привык к этой присказке, которой Райтэн потчевал всех на свете в любой непонятной ситуации, но всё же порой она изрядна раздражала.
Выразительно закатив глаза, Райтэн изволил расшифровать, на основании чего высказал такое соображение:
— Тебе нельзя пересекаться с ньонскими купцами — и ты решил засесть в том порту Анджелии, где они шныряют чуть ли ни круглый год, за исключением разве что зимы?