Алиби для врага (СИ)

— Тёма, ты такой спокойный…
— А смысл растрачивать энергию и поднимать волну?
— Ты никогда не любил меня, Тёма, в этом всё дело. Отсюда и олимпийское спокойствие. Иначе боролся бы за меня.
— Ой, как интересно началось! Сейчас будешь перекладывать с больной головы на здоровую?
— Ты такой вечно занудный и правильный, Гуров! Всё по полочкам, всё подписано, планы составлены! А мне хотелось страсти, Тёма! Хотелось безумств. Мне скоро сорок лет, и возможностей испытать себя остаётся всё меньше. Хотелось по краю пройти! Может, потому я Славу сюда и приводила, — риск придавал остроту ситуации.
— С безумствами у вас более чем получилось, Алла! Можно поздравить. А остальное — обычный набор, мне думается. Во всём виноват я сам, да? Не давал страсти, риска и безумств. Ты можешь думать и говорить всё, что угодно, но я виноватым себя не признаю. Я не изменял тебе, Алла! А если тебе страстей не хватало, то можно было просто сказать об этом.
— И ты имитировал бы страсть? Слава любит меня. Я за всю жизнь никогда не чувствовала себя настолько обожаемой, необходимой.
— Совет вам да любовь. Хватит хвастать, Алла. Тебе пора.
— Тёма, ты обещал, не забудь! — Алла встала из-за стола.
…Спустя ещё два дня Гуров вышел из операционной и уже почти свернул в коридор, в котором располагалась комната отдыха, когда заметил стоящую у окна высокую темноволосую женщину.
Незнакомка была настолько погружена в свои мысли, что не видела и не слышала ничего вокруг. Куталась в широкий длинный шарф, держалась очень прямо.
Рост, фигура, посадка головы, шея, линия щеки и подбородока, — всё казалось до боли знакомым. Только волосы короткие, но лежат очень стильно, красиво.
— Простите, вас ведь зовут Анжелика? — решился Гуров, и в этот момент зазвонил его телефон.
Глава третья
— Извините, — быстро сказал Артемий и отошёл в сторону, глядя в дисплей.
Номер не определялся.
— Слушаю, — Гуров уже догадался, откуда ему звонят.
Краем глаза он продолжал следить за женщиной, которая сначала ещё удивлённо смотрела на него, а потом вновь повернулась к окну.
— Гуров Артемий Николаевич?
— Да, это я.
— Старший следователь по особо важным делам Сухорослов вас беспокоит. Дважды пытался застать вас дома, но увы.
— Меня сложно застать дома. А что случилось? — Артемий решил сделать вид, будто этот звонок стал для него полнейшей неожиданностью.
Пока разговаривал со старшим следователем, успел заметить, как брюнетка скрылась в одной из палат: её туда пригласил кто-то из врачей.
Завтра утром Гурову необходимо было явиться в районное управление внутренних дел, а пока он стоял у подоконника и ждал.
Очень хотелось есть, да и отдохнуть не мешало бы, но Артемий не мог уйти, будто кто-то его держал.
К счастью, двери палаты вскоре открылись.
— Вы? — женщина смотрела на Гурова немного удивлённо, а глаза её будто улыбались.
Именно в этот момент Артемий понял, что обознался.
— Вы ошиблись,…Артемий Николаевич, — взглянув на бейдж Гурова, женщина подтвердила мысль собеседника. — Я не Анжелика и никогда ею не была.
Артемий улыбнулся, пытаясь скрыть разочарование. Как забавно она сказала: «…никогда ею не была».
— А как вас зовут? — сделанное открытие не остановило Гурова.
— Вера. Вижу, что вы расстроены. Желаю вам обязательно встретиться с Анжеликой.
— Это вряд ли, — пробормотал Гуров, а потом спросил уже громче: — Вы кого-то навещаете здесь? Или ждёте результатов чьей-то операции?
— Уже дождалась. Я утром приехала сюда с пожилой соседкой, Анной Ивановной. Её экстренно прооперировали, а недавно она отошла от наркоза. Опасности для её жизни нет. Могу ехать домой.
— Соседка одинокая, я правильно понимаю?
— Нет, — покачала головой Вера. — Сын и внучка уже едут из другого города, так что моя миссия окончена, могу быть свободна.
— Вы на машине?
— Нет, что вы!
— Тогда позвольте мне вас подвезти? Я как раз тоже собираюсь домой, дежурство закончилось.
— Не уверена, нужно ли меня подвозить, но вижу, что вам хочется поговорить. Хорошо, подвезите.
  
— А вы всегда делаете то, что нужно другим, Вера? Сопровождаете в больницу одиноких пожилых соседок? Выслушиваете откровения запутавшихся мужчин?
— Нет, не всегда. Но довольно часто иду навстречу людям. Если могу чем-то помочь, то почему бы нет?
— Тогда я сейчас быстренько переоденусь. Не исчезайте, хорошо, Вера?
— Договорились. Я буду ждать вас на улице у входа.
…Вера не обманула: и вправду дождалась Артемия. Воодушевлённый успехом, Гуров решил обнаглеть окончательно:
— Вера, если вы не спешите, может, пообедаем вместе? Я очень голоден, а дома шаром покати, и в магазин ехать лень. Уверен, что и вы с утра ничего не ели, поскольку уехали в больницу с соседкой.
— Хорошо, давайте пообедаем, — кивнула новая знакомая. — Вы живёте один? Никто не ждёт вас на обед?
— Да, так получилось, что в данный момент живу один. А вы?
— Сейчас одна, вот уже полтора года, с тех пор, как не стало моей мамы. Даже животных не завела, поскольку меня дома почти никогда не бывает.
— Очень заняты на работе? Где вы работаете, если не секрет?
— В «Горьковке», в читальном зале. Сегодня тоже должна была выйти, но пришлось взять день без содержания.
— Ого! Люди до сих пор ходят в библиотеки?
— Ещё как ходят, Артемий Николаевич!
Они помолчали, но никто из них этим молчанием не тяготился.
— А с кем вы меня перепутали, Артемий Николаевич, если не секрет?
— Да какой уж там секрет, Вера!
— Тогда, может, расскажете? Я очень люблю слушать истории из жизни.
— Серьёзно? Любите слушать? — искренне удивился Гуров. — Обычно люди не слушают, а ждут, когда другой человек замолчит, чтобы начать говорить самим.
— Зря вы так о людях, Артемий Николаевич.
— Да? Простите, если обидел. Не уверен, что моя история покажется вам интересной, но я расскажу. Это случилось двадцать два года назад. Я тогда был ещё совсем юным, даже немного наивным. Но у меня был мотоцикл, на который я заработал сам и купил его с рук. Именно этот факт стал решающим, и однажды меня пригласила в путешествие прекрасная соседка, которая до того дня не обращала на меня внимания. Именно в этом путешествии я превратился из юнца во взрослого мужчину.
— Соседку звали Анжелика?
— Да.
— А почему… вы расстались?
— Она так захотела. А я, глупец, послушался.
— И с тех пор вы не видели её?
— Не видел.
— Получается, вы сознательно отказались от мечты? — задумчиво спросила Вера.
Артемию даже показалось, что впервые с момента начала разговора она размышляла не о его делах, а о своих.
Гуров почувствовал вдруг что-то вроде укола ревности: ему очень хотелось, чтобы Вера вынырнула из своих явно невесёлых мыслей и вновь сосредоточилась на его личности.
Желание было эгоистичным, Артемий это понимал, но ничего не мог поделать с собой.
— Получается, что отказался, — напомнил он о себе, и Вера улыбнулась.
Артемий выдохнул с облегчением: она «вернулась».
За разговорами и за ужином они просидели допоздна, а после Артемий довёз Веру до её дома. Теперь он знал, где она живёт, и эта мысль не давала ему покоя. Гуров даже о грядущей встрече со старшим следователем по особо важным делам Сухорословым думал меньше, чем об адресе Веры.
Следующим утром Артемий явился по вызову. Рассказав о том памятном вечере, когда он поджидал дома жену и её возлюбленного, увидел неподдельное сочувствие в глазах Сухорослова.
Когда беседа «под протокол» закончилась, следователь улыбнулся.
— Хороший ты мужик, правильный, — сказал Гурову. — Пусть у тебя всё будет хорошо. А эти двое уже наказаны, просто ещё не понимают ничего.
Сразу из Управления Артемий отправился на дневную смену, а ровно в девять часов вечера уже стоял у входа в библитоеку имени Горького.
Вскоре из здания вышла Вера и замешкалась, увидев Гурова.