Филин. Разрывая страницы (СИ)

— Тогда скажи мне вот что. Какого рожна все только и говорят о моём запахе. А этот рыжий волчок и вовсе сказал, что я помечен кем-то. Я что, так хренова пахну? — Вещал я из корыта.
Княжна встала с кровати и вновь и сделала шаг ко мне.
— Здесь, наверное, надо рассказать с самого начала, — почти впритык подошла девушка ко мне. — Я как ты знаешь, оборотень. Но не такая, как те, кого ты уже видел. Я альфа. Такие, как я рождаются очень редко, и к нам особое отношение, пока мы не достигнем полного созревания. Я сильнее и быстрее обычных вервольфов, но не в этом суть. — Грустно вздохнула княжна.
Я снизу вверх из своего тазика посмотрел на расстраивающуюся, словно гитару в пьяных руках подростка, который играл только кузнечика, а под синькой возомнил себя, чуть ли не легендой рока.
— Ты это что? А ну, давай не раскисай. Так в чём ты говоришь суть? — Улыбнулся я Малке, предвкушая узнать возможный выход из книги.
Княжна тяжело вздохнула и словно начала подбирать слова.
— Об этом очень сложно говорить. Это местами интимно и неприлично. — Виновато улыбнулась девушка-оборотень.
— Местами интимно и неприлично, это я в тазу в мокрых трусах. Так что говори уже, а то только и смотришь на неприличности, и чё-то не смущаешься вообще ни разу. — Театрально прикрыл я руками свою грудь.
Малка рефлекторно улыбнулась и повернулась вполоборота к закрытой двери.
— Как бы начать? — задумчиво протянула княжна древнего рода Валахии. — В общинах редко рождаются альфа особи, а ещё реже, если это самки. До восемнадцатой луны альфа самки имеют неприкосновенность и власть. Это нерушимое правило всех общин. Но это только до знаменательного и рокового дня для девушки.
Я, нащупав в тазу кусок мыла, стал намыливать голову и произнес, закрыв глаза:
— Княжна, я не хочу тебя торопить в твоём интимном моменте, но давай короче. Вдруг рыжик подмогу позовёт. — Усердно мыл я голову.
— Тут короче не выйдет, — фыркнула Малка. — Слушай в хронологическом порядке и не перебивай, а то вообще ничего не расскажу. — Стала наезжать на меня девушка.
— Хорошо-хорошо! Ковшиком не польёшь на волосы, а? — Шарил я руками по своему водоёму, ища злополучный ковш с закрытыми глазами.
Секунду и сверху на меня полилась вода, а до ушей донёсся дальнейший рассказ княжны:
— Видишь ли, альфа самка оборотня, в зависимости от проведённой ночи совершеннолетия, может умереть или потерять статус «Альфа», но если этого не происходит, то до следующей большой луны, она либо клянётся в вечной преданности альфа самцу в общине, либо её убивают.
— Расцвети мая черешня! — вырвалось у меня. — Сфигали баня-то сгорела?
— Какая баня? Гарью не пахнет. — Непонимающе протянула, принюхиваясь Малка.
Я утер лицо ладонями и загрёб назад мокрые волосы.
— Никакая, — выдохнул я. — Ща будет эротика, так что отвернись и продолжай объяснения.
Княгиня смущённо отвернулась, но ни на шаг не сдвинулась с места, всё держа ковшик, которым минуту назад поливала меня.
— Альфа женского пола, это ключ к бессмертию альфа самцов. Когда приходит луна совершеннолетия, в крови девушки происходит пик становления её силы. При соитии в эту ночь с такой девой, оборотень альфа получает бессмертие, так как кровь девственницы попадает в мужчину. И от сюда уже ведут несколько развитий событий. Поскольку становление занимает чуть больше часу, а Альфа не один, а несколько, то девушка может не перенести такую ночь позора, и умереть.
Если кандидат на бессмертие один, то, возможно, девушка потеряет силу альфа оборотня, и станет обычным вервольфом. Тогда её оставляют в покое.Но если нет, тогда либо клятва вечного подчинения, либо смерть.
Я уже вовсю смывал с кожи мыло, и офигевал от рассказа Малки. Походу самое страшное у этих лунатиков, было родиться альфа самкой.
Схватив полотенце, я вытерся им и, завернувшись в полотенчико, вылез из корыта.
— Чё-то я не догнал малость. Ты же княжна, ты же буржуазия. Так почему не послать в лес всех этих альфа фигальфа, и жить дальше припеваючи. Или уехать? А…. Вы и хотели уехать. — Вдруг вспомнил я.
 
— Хотели, но после этого. Видишь ли, Лео. За полгода до рокового дня. Все общины очень тщательно следят за такими, как я. Никто не хочет терять бессмертие. К тому же за неделю до полной луны, мы становимся, невероятно чувствительны к запахам, так как должны выбрать себе избранника. Если мы этого не сделаем, то, можем обратиться в оборотня и никогда не вернём себе человеческий вид. Соитие должно быть. Вот только таким, как я, не дают выбора с кем это сделать. А в моём случае это практически равняется смерти.
— Я, конечно, понял, что у вас всё через одно место. Но всё же спрошу. Почему равно смерти? И почему эта рыжая сутулая собака, припёрся ко мне в комнату. Вы его в замке на цепь, что ли посадили бы. — Одевал я сменное нижнее бельё и штаны, которые была в моих походных пожитках.
Малка обернулась и, кинув на меня грустный взгляд, прошла к кровати и села на край.
— Дело в том, — замялась девушка. — Что на моё восемнадцатилетние, прибыли три альфы из разных кланов. Рыжий, из клана у границ Валахии. Черноволосый, что ты видел недавно, вовсе из приграничья. И последний, из самого знатного клана, нашего вида. Изначально должен был быть только Олиг черноволосый. После чего мы бы покинули эти места и затерялись в Европе. Но два других клана внезапно заявили о своём участии, чем ввергли нас в шок. Мой отец пытался сопротивляться. Но нам дали понять. Либо мы следуем традиции, либо всех нас растерзают на части, и всё равно добьются своего.
— А я то, что ему сделал? И почему он орал, что я помечен? — Закончил я натягивать сапоги.
Малка покраснела и отвернулась, смотря в угол с плесенью и паутиной.
— Я уже говорила, что у нас обостряется обоняние. В основном альфа самки не находят себе самца, так как тут много критериев. Но я нашла. И неосознанно пометила тебя своим запахом, чтобы все знали, что ты мой избранник.
— Чегось? — Вытаращился я на княжну.
— Ты не только пахнешь по-особенному, — повернулась девушка ко мне. — Рядом с тобой меня не отпускает чувства, что вся моя альфа мощь, ничто по сравнению с тобой. Словно ты на совершенно ином уровне, смотришь на меня свысока, а я нахожусь в самом низу. При первой нашей встречи я неосознанно для себя самой влюбилась в тебя по уши.
— Не надо по уши. Я ни женато женатый холостяк. — Нервно подтянул я штаны. — Вон там за стеной кавалер, очень жаждет. Можно, его сожрут оборотни.
— Ты боишься быть разодранным на куски, — шмыгала носом княжна. — А я так была рада, что ты не боишься оборотней и сможешь принять мою сущность. Я не хочу быть насильно взятой тремя альфа. Но я даже не могу умереть, иначе мою семью вырежут под корень.
— Ну… Бояться быть разодранным на кусочки, знаешь ли — это нормально. — Подошёл я к Малке.
— Я в тупике. К тому же твой запах с каждой минутой всё сильней влияет на меня. Если сейчас я могу себя контролировать, то уже завтра ночью, нет. Но и счастья провести самый важный день в своей жизни я ни смогу в объятиях любимого человека. Мне плевать есть ли у тебя кто-то там в Англии. — Встала княжна и положила мне руки на плечи.
И в эту секунду дверь словно у меня не комната, а проходной двор, опять открылась.
— Я притёл…. Не, я пришёл. — С ходу бубнил синюшный, как изолента, Эдерли. — Сказать! Малка моя женщина, и если ты полезешь опять к ней, я тя…. — Наконец заметил Питер нас стоящих посредине комнаты.
Секунда, и отставная пьянь, затряс бутылкой в руке, видя, как я полуголый был объят княжной.
Но не успел Эдерли и слова сказать, как до нас через закрытое окно раздались десятки волчьих голосов, слившихся в единый вой.
Малка вздрогнула, сжав мои плечи, и в едином движении поцеловала меня в губы, после чего оттолкнула и рванула к окну.
— Я не дам им тебя разорвать. Будь счастлив. — Распахнула девушка окно и сиганула из него вниз.
В комнате воцарилась немая пауза. Я хлопал глазами, смотря на открытое настежь окно, а Эдерли, то туда же куда и я, то на меня.