За грань. Инструкция по работе с вампирами (СИ)

После того, как я заставила свое ноющее и истощенное тело доползти до ванной и принять душ, я долго рассматривала себя в зеркало, пытаясь понять, что значат кроваво-красные руны, проступившие на моем теле после встречи с демоном из кошмаров. Стрэнд сказал, что некоторые ему знакомы. Мой отец рисовал их, когда я была маленькой — по крайней мере так было во сне. И вот теперь моя сестренка показывает мне то же самое.
Неужели и она? Я не могла допустить, чтобы вампирский мир хоть как-то коснулся ее. Боже, как же я могла ей помочь?
— Этот не тату, клянусь!
Сверхъестественное и Элис плохо сочетались. Точнее, вообще никак и никаким боком. Но на её лице была такая паника, такой испуг и растерянность, что я могла буквально читать её мысли минуя много тысяч километров.
Она не стала говорить никому, ни маме, ни подругам, ни своему психотерапевту. Она верила, что понять и не осудить могу только я. Та, кто дралась за неё всю жизнь. Элис была уверена, что не услышит от меня фразу: «ты просто напилась и над тобой подшутили». Нет, она ждала от меня какого-то действия, утешения и уверенной фразы, что всё нормально.
Но могла ли я сказать ей?
Могла ли моя любовь заставить лгать куда сильнее, чем раньше? Я не позволяла ей приезжать в гости, потому что боялась за нее и врала так много о своей работе и жизни, что самой становилось стыдно.
— Соня? — она ждала, смотрела на меня с надеждой. — Поверишь ли ты, что они просто появились сами собой?
Да, поверю, цветочек. Ты такая же как я. И тебе ни в коем случае не стоит искать моей помощи, иначе…сама станешь игрушкой.
— Я видела во сне папу, — она скрыла эмоции за слишком резким взмахом руки и поправила выпавшие пряди, но я знала её как облупленную. Элис была на грани и могла расплакаться в любую секунду. — Странно, почему? Я не помню его лица, только с фотографий в детстве, пока мама не избавилась от всех.
Я не должна была оставлять её одну в таком состоянии, но ничего не поделать. Следующие слова дались мне с большой тяжестью и ощущались пеплом на языке.
— Это такой хэллоуинский прикол? — хохотнула я, глядя на ее растерянность. Сердце обливалось кровью за младшую. — Слушай, не пила бы ты в незнакомой компании.
— Соня, черт тебя дери! Я говорю правду! Я видела отца, за мной гнались какие-то монстры, а потом эти штуки просто появились на теле. Это не ложь! — она все же расплакалась.
Элис осталась одна в своем замешательстве и страхе, даже старшая сестра, с которой можно было обсуждать все на свете отвернулась от нее.
— Я не скажу маме, цветочек, — улыбнулась я, забивая еще один гвоздь в крышку гроба наших доверительных отношений. — Просто будь осторожна, хорошо? Я приеду, как смогу.
Она тут же закрылась, ощетинилась и начала смотреть исподлобья, явно костеря себя за откровенность со мной. Я бы расплакалась вместе с ней, но не могла себе такого позволить. Хоть один намек и ее размеренная, продуманная до мелочей жизнь попросту полетит в бездонную пропасть горя и отчаяния.
— Ладно, забей, — фыркнула она и покачала головой. — Работа важнее, да и я просто так панику навела. Наверное, это и правда чья-то шутка.
Она сама в это не верила. Элис ЗНАЛА, что с ней произошло нечто не поддающееся логическому объяснению.
— Вот и хорошо. Знаешь, когда я приеду…
— Это что твой парень? — вдруг прищурилась она.
— Что? — глупо моргнула и заметила, что позади мелькает морда Люн Ина.
— Это твоя миленькая сестричка? — на губах вампира играла веселая улыбка.
Я резко развернулась и треснула кулаком по его груди. Люн сдавленно рассмеялся, конечно же не ощутив моего гнева.
— Это новый сотрудник, — затараторила я. — Ладно, мне пора. Звони, если случится снова что-то странное и береги себя.
Я не дослушала ее прощания, потому что поспешно отключилась и с яростью уставилась на гребаного вампира, не умеющего соблюдать личные границы. Иначе, зачем врываться в спальню? Дождь все сильнее бил в окна, а я была готова кинуться на него с любым острым предметом. Элис была моей тайной, а Люн украл ее с этой нахальной ухмылкой. И, я была уверена, слышал все до единого слова. Моя вина, моя слабость, что позволила себе ответить на ее вызов.
 
— Ты, скотина, да как ты посмел? — взревела я, хватая совершенно не сопротивляющегося вампира за грудки.
— Так она такая же, да? — хитро прищурился друг Стрэнда, от чего захотелось ударить по его смазливому лицу. — Она может чувствовать артефакты и не подвластна чарам?
— Я тебя прикончу, — взревела я, понимая, что не смогу на самом деле причинить ему никакого ущерба.
Просто…Элис была моим слабым местом.
— О, я бы посмотрел, как ты попробуешь, — недобро осклабился Люн Ин и схватил меня за лицо, сдавливая щеки прохладными, но сильными пальцами. Глаза вампира полыхнули пламенем.
— Простите, что помешал вашим играм, — раздался холодный до боли знакомый голос, у меня невольно подкосились ноги и если бы не китаец, я бы осела на пол.
Память слишком избирательна и иногда рождает не то, что ты ее просил. Вот и сейчас услышав голос Стрэнда я отчетливо вспомнила, как он рычал на ухо всякие грязные штуки, пока находился глубоко во мне. Впору возненавидеть себя за слабость, которую он породил одним своим голосом и присутствием.
Соски напряглись, когда я шумно втянула воздух через нос, глядя на Люн Ина. Он быстро уловил мое настроение и отпустил, отдаляясь на безопасное расстояние.
Я бы на его месте стушевалась под тяжелым и темным взглядом Йоана, но Люн напротив, лишь выгнул бровь и уставился на него с вызовом. Совершенно ребяческий маневр. Так обычно смотрят на старших, желая показать, что раболепие осталось далеко позади. Интересно, что за отношения их связывали? Непосредственный Ин и холодный Стрэнд.
Стрэнд сменил свой вечный костюм на черную водолазку и джинсы, и выглядел не менее растрепано, чем гость. Волосы цвета льна потемнели от влаги и мокрыми прядями откинуты назад, чтобы не мешать обзору. В отличите от волос одежда его была почти сухой, не считая влажных пятен внизу на джинсах. Он стоял в дверях моей спальни и только одним присутствием будто заполнял собой все пространство.
— Каков результат? — сложно было разобрать эмоции Стрэнда, если они вообще были.
Люн, к которому обращался начальник просиял.
— Получилось.
— Понятно, — бесцветно протянул первородный. — Теперь выметайся и даже не думай повторять.
Люн Ин примирительно поднял ладони вверх и пожал плечами.
— Ничего не могу гарантировать, Йоан. Если девушка не против…
— Вон! — рыкнул Стрэнд, и я невольно подскочила на месте от этого нечеловеческого звука.
Китаец сощурился.
— Иногда ты просто мерзкий дубина. Не забывай, я и твои чувства знаю, — азиат повернулся в мою сторону, коротко кивнул и в следующее мгновение я расслышала как хлопнула входная дверь.
Мы вновь остались наедине с начальником. Вдруг захотелось, чтобы шумный вампир вернулся и не оставлял меня вместе со львом в одной клетке. Напряжение чувствовалось в воздухе. Тяжелое, горькое и, мать его, волнующее.
— Йоан…
— Соня…
Вопреки всему, мои щеки предательски покраснели. Он звал меня по имени только в определенные моменты, вспоминать которые вовсе не хотелось, но образы сами лезли в голову. Что ж, с этим я могла жить. В любом случае, Земля не остановилась, а наши роли не переменились. Я — ищейка, он — работодатель. Все остальное — никому ненужные усложнения.
— Где клинок? — Стрэнду точно было плевать на мои чувства.
Вот так он просто перешел к делу.
— Не могу точно сказать, — пожала я плечами и, отзеркаливая его движение, скрестила на груди руки. — Если найду клинок…я правда свободна?
Начальник прищурился, внимательно глядя прямо в глаза, словно проверяя мои убеждения.
— Да.
От такого короткого и уверенного ответа в груди появилась дыра. Что же с тобой, Соня? Ведь ты столько помышляла о собственной воле, о друзьях, нормальной работе, о любви и маме с сестрой. Не надо будет больше вынужденно общаться с вампирами, не надо будет совершать ночные сделки, продавать людей, искать древние реликвии и, самое главное, подвергать себя опасности. Не этого ли я хотела все это время? Ответ оказался неоднозначным.