Развод. Жизнь с чистого листа (СИ)
— Должна же у нас быть хоть одна приличная семейная фотография, — отвечает ему мама. — На свадьбу же сы́ночка нас не пригласил, — произносит с обидой, не отпуская Женьку из объятий.
— Да не было никакой свадьбы, ма, — не хотя оправдывается он.
Женя пытается высвободиться и даже бросает короткий умоляющий взгляд в мою сторону. Но бабушка продолжает стискивать его худенькую фигурку не обращая внимание, на его небольшой протест.
— А Лиза где? — спрашиваю у свекрови.
— Севу в коляске укачивает, — произносит она, наконец отпустив слегка придушенного Женьку. — Почему вы так долго!? Я уже дважды подогрела горячее. — Саша! Зови Инну с Сережей! — кричит она на всю квартиру, утаскивая мальчиков в гостиную. Александр Федорович с широкой улыбкой на лице, слегка покачиваясь проходит мимо нас. Но дойдя до двери останавливается. Вздыхает…
— Сынок! Позови их сам. А то этот змей искуситель опять мне нальет. Меня же мать потом под елкой закопает…
Паша смеется и достает телефон.
Инна, Сережа, так и неуснувший Сева, Лиза и красавица Даша появляются на нашем пороге буквально через несколько минут.
Лиза виснет на шее у брата, Женька улыбается. Они то и дело перешёптываются, смеются. Ванька как приклеенный ходит следом за бабушкой Леной. Севочка сидит у меня на бедре. Инна с Сергеем полушёпотом ругаются на балконе. Дашка походкой супермодели прохаживается по квартире, то и дело стреляя глазками в Женю. Из спальни доносится храп Александра Федоровича. Паша помогает маме убирать со стола. Я тоже пытаюсь участвовать в процессе.
Пашина квартира сейчас напоминает мне улей. Вокруг очень шумно, много народа. Детский смех, капризный плач младенца. Неудачная шутка, брошенная Женькой в адрес Даши, ее визгливые возмущения. Луи бегающий под ногами и покусывающий всех за пятки. Все это так ново для меня. Я смотрю по сторонам, вдыхаю запах сдобы, которым пропиталась вся квартира и принимаю телефонный звонок. Звонит дочка…
Слезы счастья брызгают из глаз, и я еще крепче прижимаю к себе Севу. Моя Маруська держит на руках сыночка, которому сегодня исполнился месяц. Дочка такая счастливая. Мишка лежит у нее на груди, внимательно смотрит на меня своими глазками бусинками. Толик где-то на заднем фоне передает мне привет. Сева заглядывает в экран телефона, внимательно рассматривая моего внука. Его примеру следует, Елена Борисовна. Вокруг меня собирается народ. Моя семья в этот миг становится еще больше. Теперь я бабушка, мама… А еще я жена. Могла ли я когда-нибудь подумать, что моя летняя бессонница, подарит мне новую жизнь?
27. Все равно буду
Начало ноября выдалось на редкость погожим. Наконец к нам пришло бабье лето. Первые месяцы осени были невероятно дождливыми и холодными. А сегодня плюс восемнадцать.
— Паш, ты точно не поторопился? — Нина переплетает Лизе растрепанную косичку. Сегодня мы приехали на дачу, готовить мой дом к приезду новых хозяев.
— А чего тянуть? Хорошие ведь деньги предложили, даже не торговались люди.
— Жалеть не будешь? — закалывает распушившиеся волосы причудливыми заколками.
— Мам, можно я с Луи погуляю!
— Погуляй! — на лице Нины расцветает улыбка. Лиза подхватывает крысеныша на руки, выбегает во двор. — Женя, Ваня! Без телефонов за двор не выходите, — окликает Нина мальчишек, стоящих около ворот.
— Нечего жалеть. Ты брала пацанам что-нибудь переодеться?
— Да! Пакет в прихожей.
У Сереги сегодня тоже выходной, он подъедет позже, поможет нам.
Мы хотим освободить одну комнату в Нинином доме и перенести в нее наиболее ценные вещи из моего. Мебель останется новым хозяевам, а вот технику решили забрать. Да и во дворе порядок навести не помешает, хотя там и так все в порядке. Женька в свое время неплохо поработал.
Нащупываю в кармане пачку сигарет. Нет, ну это уже наглость! Третью часть пачки утянул. То, что Женя стреляет у меня одну — две сигареты время от времени, мне прекрасно известно. Засечь его за курением мне ни разу не удалось. Не пойман — не вор, как говорится. Прекрасно помню себя в его возрасте. И очень хорошо помню, как батя меня за этим делом застал. Он заставил меня выкурить целую пачку. Я потом блевал дальше, чем видел, и до института, на них даже смотреть не мог.
Нина хлопочет на кухне. Дом моментально наполняется аппетитными запахами. Все-таки ее маленький дом гораздо уютнее моего. О своем не жалею. Он никогда не был моим. Я его не хотел. Купил ради Оли.
Лиза с Ванькой играют с Луи. Со стороны они смотрятся как двойняшки. Лиза худенькая и довольно высокая для своего возраста, а Ванька, наоборот, мелкий. Так что разница в полтора года между ними ни так уж и заметна.
Женька сидит на крыльце уткнувшись в телефон.
— Пойдем-ка со мной, — дергаю его за капюшон толстовки.
— Куда? — поднимается, засовывает телефон в карман.
— Плохую привычку твою хоронить.
— Что? — смотрит слегка набычившись.
На самом деле в отношениях с Женей мы хорошо шагнули вперед. Все-таки сытая спокойная жизнь неплохо сбивает спесь. Если бы не тот инцидент с его воровством, он бы не выпендривался. Я то прекрасно его читаю. Просто пацан совестливый. Ему действительно стыдно за свой поступок. Ну и еще его преданность покойному отцу заставляла его сомневаться. Я пообещал ему, что в любой момент он сможет уйти. Слукавил, конечно. Кто ж его отпустит. Мелкий еще такие решения принимать.
— Пойдём, пойдём! — направляюсь за дом.
Женя нехотя плетется следом. Нахожу за гаражом лопату. И закинув ее на плечо, иду в конец огорода, поросшего бурьяном. Вручаю ему лопату, а сам падаю прямо на траву. Хорошо сегодня… Как летом.
— Копай!
Пацан непонимающе смотрит на меня.
— Давай! Шевелись! У нас сегодня еще много дел, — достаю полупустую пачку, предлагаю ему: — Будешь?
Он отрицательно мотает головой. Нехотя наступает на лопату, вгоняя ее в землю.
Закуриваю.
— Жень! А как ты лебедку отсюда вынес?
— Ножовкой по металлу распилил и вынес, — бормочет он.
— Серьезно? Ну ты машина! Это сколько ж тебе попотеть пришлось?
Женя игнорирует мой вопрос и задает свой.
— А что я копаю! Грядку?
— Нет! Могилу…
— Что? — он тут же отбрасывает лопату.
— Чего ты так перепугался? — поднимаю лопату, намечаю ему периметр.
— Че за хрень? Не буду я ее копать! — возмущается Женя.
— Будешь! — вручаю ему инструмент.
— Нет!
— Ну, значит, я ее выкопаю, — принимаюсь за работу. — Жень, ты знаешь как выглядят легкие курильщика? — откидываю землю в сторону, отделяя пласты земли острым лезвием.
— Откуда мне знать!
— Я тебя как-нибудь в морг свожу.
— Не хочу я в морг!
— А сходить придется!
— Да вы сами курите! — возмущается, подскакивая с земли.
— А давай вместе бросим?
— Да ладно? — смотрит на меня растерянно.
Я уже снял верхний слой земли.
— Вот ты сколько куришь?
— Да не курю я! Балуюсь иногда… Я немного!
— Сколько балуешься?
— Года полтора…
— А я почти двадцать пять лет.
— Да вы не бросите!
— Поспорим?
— Не хочу я с вами спорить. У меня нет зависимости!
— Так к чему гробить свое здоровье, если бросить эту дрянь тебе не составит никакого труда. Давай так… Ты бросаешь курить. И весной мы заказываем твоему отцу памятник.
— Вы серьезно?
— Ты сам его выберешь. Обещаю.
Женя мнется. Жует нижнюю губу.
Могила их отца выглядела крайне удручающе. Не понимаю, как такое возможно. Ладно, жена непутевая… Но родной брат то мог хоть немного позаботиться об этом. Каким бы он не был, все равно сложно было назвать его абсолютно конченным человеком. Когда мы с Женей нашли ее. Потемневший деревянный крест завалившись, лежал поверх еле заметного холмика. На следующий день мы вмести съездили на кладбище и поправили могилу. Поставили крест, убрали бурьян, даже цветы искусственные купили на краю кладбища. Точнее Женя сам их купил. Наверное Нина дала ему деньги.