Опасное искусство (СИ)

— Я отведу тебя в город, чтобы ты больше не шлялась по местным лесам с бандитами. — А потом добавил: — Отдам в храм, вырастешь благочестивой жрицей Аркея.
— Ты недостаточно поиздевался надо мной?
— Я серьёзно. — Габриэль в самом деле не шутил. — Так будет намного лучше.
— Какой мне храм, сам подумай! — Она шустро вскочила с земли. — Нас даже в город-то в таком виде не пустят. И вообще! Тебя не должна заботить моя судьба и… и как ты можешь говорить о храме?
Рэл усмехнулся.
— Считаешь, если я убийца, то должен быть таким вот бесчеловечным уродом, как эти? — Он кивнул в сторону трупов. — Ты права только в одном: в таком виде нам точно лучше никуда не идти.
— В часе отсюда есть лесное озеро, — Нериэль вежливо проигнорировала остальные слова.
— Прекрасно. — Он наступил на тушу орка, вынул свой меч и очистил его от засохшей крови. Только из-за этого клинка можно было их всех поубивать. — Собери обратно в сумку мои вещи, которые ты так старательно разбросала.
Нериэль проворчала что-то, но не стала спорить. Наблюдая за ней, Габриэль заметил, что она ничего не убрала в свой карман и добросовестно выполнила его приказ, тогда он принялся сворачивать небольшой лагерь, полностью доверившись босмерке. Он знал, что она не станет его обманывать и пытаться навредить, потому что вряд ли была на что-то способна без своей банды. Она подчинялась Ларку, а теперь подчинялась ему, и Габриэль не хотел её винить. Нериэль была всего лишь ребёнком, который полагался на сильнейших.
— Веди, — коротко приказал он ей, перекидывая мешок через плечо, когда всё было готово, но Нериэль замешкалась.
— Ты оставишь всё так?
— У меня нет времени возиться с ними, — твёрдым, не терпящим возражения голосом ответил Рэл, понимая, что оставлять трупы в лесу в самом деле не лучшая идея. — Так что идём.
— Да, Габриэль, — неожиданно зло сказала босмерка, — я действительно считаю тебя бесчеловечным уродом.
Она пошла впереди, не позволяя Габриэлю ей ответить, но он и не стремился снова начинать разговор. Маленькая босмерка вела его через густой лес, обходя высокие рощи и кустарники, и, глядя на неё, Рэл понимал, что это в самом деле была её родная стихия. Она ловко перепрыгивала упавшие деревья, иногда шла по их скользким от росы стволам, умело держа равновесие, проползала, нагнувшись, под арками из завалов и интуитивно обходила стороной глубокие моховые кочки. Габриэль же не настолько привык к лесам: он то и дело спотыкался о появляющиеся под ногами корни, проклинал всё на свете, если приходилось нагибаться, чтобы пролезть под упавшей осиной, а цепкие травы хватали его за сапоги, затрудняя передвижение.
Однако к озеру они вышли довольно скоро, часа точно не прошло. Рэл, несмотря на непростой путь по лесу, бессонную ночь и случившееся кровавое безумие, почти не чувствовал себя уставшим. О пережитом кошмаре напоминало только звенящее бездной в груди опустошение, выворачивающее наизнанку. Хотелось выпить восстанавливающее зелье, чтобы хоть немного прийти в себя, но все флаконы разбила Нериэль, когда разворошила его мешок. Габриэль с трудом осознавал случившееся: его магия никогда не отличалась особенной мощью, у него был весьма скромный запас заклинаний, но тем не менее ему удалось открыть портал и пережить перемещение. Он всё ещё не понимал как, но это в самом деле случилось и спасло ему жизнь.
— Вот оно. — Эльфийка указала рукой на серебрящееся недалеко озеро. Здесь было холоднее, и Габриэль догадался, что они уже далеко забрались на север.
Когда они приблизились к берегу, Нериэль на ходу начала стягивать с себя одежду. Габриэль вежливо отвернулся, оставив её за спиной, и эльфийка усмехнулась.
— Думаешь, я стану тебя стесняться? — Она обошла его, оставаясь в одной длинной рубахе. — Я в самом деле уже не девочка, так что раздевайся и иди мыться, если хочешь сэкономить своё драгоценное время.
Она всё ещё злилась на него за то, что он оставил трупы на съедение волкам. Стащив с себя последнюю одежду, босмерка зашла в воду, совершенно не стыдясь наготы, и Габриэль замер на берегу, наблюдая, как волны от её тела плавно расходятся в разные стороны, и недоумевая, откуда в этой девчонке столько дерзости.
 
Он бросил сумку на землю и устроился на высоком замшелом валуне, смотря на Нериэль и думая над тем, как ему поступить дальше. Отдавать её в храм точно не стоило, но и оставлять на улице было недопустимо, поэтому в голову приходил лишь один безумный и совершенно невозможный вариант.
Вскоре, смыв с себя грязь и кровь и даже как-то преобразившись, Нериэль вышла на берег и, не потрудившись натянуть одежду, приблизилась к Габриэлю, не отрывая взгляда от его глаз. Он с любопытством рассмотрел её и всё же равнодушно сказал:
— Если я признаюсь, что стесняюсь, ты отстанешь?
Нериэль закатила глаза, принявшись расстёгивать его доспехи, и Габриэль позволил ей помочь снять кирасу и поножи, а потом, нагнувшись за её одеждой, торжественно вручил её ей, велев одеваться. Пробормотав что-то, эльфийка отвернулась и стала натягивать штаны.
Габриэль убедился, что она продолжает стоять к нему спиной, снял оставшуюся одежду и подошёл к воде. Он выглядел действительно ужасно: засохшая кровь, смешанная с грязью, залепляла всё лицо, волосы спутались, на правой скуле виднелся тёмно-фиолетовый кровоподтёк, и Рэл даже не помнил, когда его получил.
Ледяные волны обволокли обнажённую кожу, одновременно лаская и мучая. Кристально чистая вода смывала с тела пот и грязь, и Габриэль, распустив тёмные волосы, окунулся в озеро с головой, чувствуя, как холод начинает сводить судорогой мышцы. Он любил горные озёра, получал от них какое-то нездоровое наслаждение и удовольствие. Ему нравилось ощущать вокруг себя эту прозрачную воду талого снега, с которой не сравнится ни одна южная река, нравилось, когда холод пронзал магией до костей, нравилось плыть и чувствовать себя словно парящим в небе.
Когда находиться в воде стало невыносимо, Габриэль через силу проплыл ещё немного и вышел на сушу, поспешно одеваясь и облачаясь в доспехи. Нериэль всё так же сидела к нему спиной, выводя палочкой на земле какие-то узоры, и Рэл подумал, что, если бы она была постарше лет на пять, он позволил бы себе зайти с ней в озеро вместе.
— Идём.
Она нехотя поднялась с земли, рваным ботинком зачёркивая всё, что нарисовала, и, как-то ехидно улыбаясь, покорно последовала за Габриэлем, ничего не сказав. Её постоянно хитрый взгляд, болтливость и всяческие уловки уже начинали выводить из себя и заставлять нервничать, потому что Рэл не собирался тратить столько времени. Ему ещё нужно было выполнить контракт.
— Не боишься, — словно прочитав его мысли, вдруг подала голос Нериэль, — что при первой же возможности я расскажу о тебе страже?
Рэл резко остановился и развернулся, оказываясь лицом к лицу с босмеркой. На его губах появилась странная жестокая улыбка.
— Поверь мне, девочка, не боюсь.
 
— Чем ты отличаешься от подонков-бандитов, вроде меня, если убиваешь людей за деньги? — вдруг заговорила Нериэль, догоняя его и подныривая под низко растущей толстой веткой старого дуба.
Габриэль косо на неё глянул.
— Я их не обманываю.
— Значит, ты благородный убийца? — Девчонка усмехнулась, понимая, что это даже звучит абсурдно.
Однако Габриэль кивнул.
— Что-то типа того.
— Удивительно, — фыркнула она. — Я иду рядом с человеком из самой опасной организации в Тамриэле, который через пару часов собирается отправить кого-то в бездну, но вместо того, чтобы просто вспороть мне брюхо и надругаться над моим телом, возможно, именно в этой последовательности, он решает отвести меня в город кому-то на перевоспитание. Это странно, Габриэль. Ты не кажешься мне опасным и похожим на убийцу.
— Помолчи-ка лучше, впереди уже Чейдинхол.
Босмерка вдруг замерла на месте, гордо вздёргивая носик и скрещивая руки на груди. Её голос прозвучал с упрямством и обидой:
— Я не пойду туда!