Опасное искусство (СИ)

— Не надо, Нериэль.
Собственный меч легко уколол кожу, и Габриэлю с трудом удалось сдержать себя в руках.
— Помалкивай, — предупредил каджит.
Эльфийка забрала у Ларка факел, чтобы посветить себе и, расправив бумагу письма, демонстративно кашлянула, решив читать вслух. Габриэль не торопился с магией, потому что ему стала любопытна реакция этих ребят, когда они поймут, с кем связались. Он и вовсе надеялся обойтись без колдовства: нужно только обезоружить каджита, пронзив его на развороте, затем уклониться вправо, подныривая под уже обнаженный меч Ларка, и полоснуть этого имперца поперёк, оттолкнуть плечом босмерку, желательно повалив её на землю, чтобы не мешалась и не подстроила какую-то пакость, и напоследок сразиться с орком. Было бы неплохо, если всё удастся.
— “Вашей целью является бретонский скалолаз Андрэ Лабуш. Известно, что вместе со своей экспедицией он разбил лагерь на севере от Чейдинхола, у подножия Прыжковой скалы, на которую собирается подняться. Заказчик не указал определённых условий выполнения контракта, однако Тёмное Братство, — Нериэль осеклась с настоящим испугом взглянув на Рэла. Он усмехнулся в ответ, — не одобряет кровавые бани тогда, когда они не требуются. Умереть должен только Лабуш. Он пробудет в Сиродиле с первого числа Руки дождя до Второго зерна. Контракт средней сложности”.
— Я предупреждал, — наигранно вздохнул Габриэль и, пользуясь тем, что его противники потеряли бдительность, ловко подался вправо, уходя от направленного на него меча. Он нанёс точный и резкий удар предплечьем, отбивая руку каджита, обхватил двумя ладонями его запястье и вывернул, обезоруживая. Затем отступил на пару шагов, давая простор своему оружию, и смертоносной прямой линией полоснул по горлу.
Ещё один идиотский шаг.
Кровь из разрезанной артерии брызнула в лицо, заливая глаза, всю одежду и руки, которые сразу же стали липкими и скользкими. Матье всегда учил перерезать горло только со спины именно для того, чтобы не испачкаться.
Нериэль громко взвизгнула, увидев это, и уронила письмо на землю, а имперец и орк одновременно схватились за оружие. Пока всё складывалось не так, как было запланировано. Габриэль в два шага оказался рядом с Ларком, уклоняясь от его атаки и делая выпад в попытке полоснуть лезвием по левому боку, но противник парировал, разбивая надежду расправиться с ним мгновенно. Громила-орк уже приближался, сжимая в руках боевой молот.
Рэл рубанул сверху наотмашь, наткнувшись клинком на поставленную защиту и признаваясь себе, что сегодня он бьёт рекорды по количеству идиотских решений. Быстро отскочив назад в попытке сохранить драгоценные секунды, он, почти не концентрируясь и действуя по привычке, накрыл Ларка огненным шквалом магии, мгновенно нагревающим воздух и освещающим эту тёмную ночь. Заклинание получилось слабым, но его хватило, чтобы одежда на имперце вспыхнула ярким факелом. В лесу раздался полный отчаяния и ужаса крик, Ларк отбросил меч и упал на землю, пытаясь затушить огонь, но Рэл не позволил ему долго мучиться. Подбежав ближе, он на ходу разрезал мечом беззащитное тело, и имперец затих. Остались только почти неслышные треск магического огня и запах горелой плоти, от которого начинало мутить.
Стремительно приближающийся орк занёс полэкс над головой, готовя единственную сокрушительную атаку. Такой удар — и Габриэль будет плашмя валяться на земле, даже не успев ничего понять. Как-то раз ему довелось выйти на Арене против этого оружия: щит оказался разбит в дребезги, а сам Рэл отделался лишь переломом руки.
Габриэль поднырнул под молот, стремясь нанести колющий удар снизу, но это ему не удалось, поскольку полэкс оказался быстрее. Он стремительно опускался всей своей тяжестью, грозя обрушится на спину, и в последний миг Рэл понял, что уже никаким образом не успеет увернуться. Даже магия, которую он всегда считал всемогущей, сейчас не смогла бы ему помочь.
Он уже сбился со счёта, какая это была идиотская выходка. Похоже, последняя.
Воздух пошатнулся, расступившись, и в тело ворвалась Пустота, швыряя душу энергетическим сгустком из стороны в сторону, отчего сознание начало меркнуть и теряться среди разноцветного единения леса вокруг. Твёрдой земли под ногами не оказалось, съеденная на ужин похлёбка отчаянно запросилась наружу, но руки упрямо продолжили своё движение, выбрасывая меч вперёд, чтобы насадить орсимера на лезвие.
 
И клинок вонзился в поясницу громилы, с хрустом проломив кости, а Пустота, будто пережевав, выплюнула Габриэля за спину мера, мгновенно вернув под ноги землю. Сохранить равновесие он не сумел и упал, разжимая пальцы на рукояти и оставляя меч в теле. Дыра, образовавшаяся в пространстве, плотно стянулась вокруг него, возвращая мир на место, окрашивая лес в прежние краски, насыщая воздух всё теми же запахами и ставя белыми точками звёзды на небе, но Габриэль уже не заметил всего этого, лишь краем сознания понимая, что его тело перенесло краткую непроизвольную телепортацию. Или не перенесло.
Пять. Пять идиотских выходок за полчаса.
 
Габриэль почувствовал под собой холодную мягкую землю, а на руках — что-то липкое. Кровь. Возможно, его собственная. Он медленно открыл глаза, с шумом выдыхая и пытаясь привыкнуть к вернувшейся на место реальности, но голова раскалывалась от боли, в ушах стоял низкий громкий гул, и воздуха не хватало, чтобы привести дыхание в порядок. Рэл попытался сесть, и это стоило ему огромных усилий: всё вокруг снова поплыло, уже насыщенные цвета смешались в одно мутное безобразие, а съеденный ужин всё же не пожелал оставаться в желудке.
Кое-как придя в себя, Габриэль осмотрелся. Рядом валялся здоровенный орк с точащим из спины мечом, траву под ним заливала тёмная, уже успевшая свернуться кровь, а неподалёку лежали ещё два трупа: один покрывали жуткие ожоги, второй распластался на земле в неестественной позе с наполовину отрубленной головой. Разумеется, Рэл очень хорошо помнил, что здесь произошло.
Затылка коснулось что-то холодное и острое, и Габриэлю не потребовалось много времени на размышления.
— Убери меч, Нериэль.
— Замолчи! — нервно крикнула она. — Замолчи, или я прошью тебя насквозь!
— У тебя был такой прекрасный шанс сделать это, пока я тут валялся…
— Замолчи, — безвольно повторила она, не зная, что ещё ему сказать. Оборачиваться Рэл не спешил, опасаясь, что она и впрямь способна убить, но молчать не мог.
— Как ты связалась с этими подонками, девочка?
— Я тебе не девочка.
Рэл не удержался, вспоминая, как с ней обращался Ларк:
— Я уже понял.
— Что тебе нужно, Габриэль? — Её голос слезливо дрогнул, и Рэл понял, что она точно не была дурой. Ей было ясно, что сейчас у неё немного шансов держать ситуацию под контролем.
Он повторил:
— Убери меч.
Недолго думая, Нериэль всё же опустила оружие и отошла на пару шагов, сев на землю и уперев бездумный взгляд в притоптанную траву. Габриэль позволил себе обернуться, хотя и не спешил подниматься на ноги. Лицо босмерки было перепачкано кровью и грязью, размытой слезами, а красивые эльфийские глаза покраснели, однако Нериэль держалась стойко, пусть и выглядела жалко, несмотря на высоко поднятый подбородок. Рэл никак не мог уложить в голове, как она оказалась в шайке этих выродков и почему сейчас плакала из-за их смерти, учитывая, что в их компании её жизнь точно не была сладкой. Он даже думать не хотел о том, что делал с ней этот Ларк. А может, и не только он.
— Верни мои деньги, — устало велел Рэл, не находя в себе сил злиться, и девчонка покорно бросила ему звенящий мешочек, который с трудом удалось поймать.
Габриэль понимал, что Нериэль уже не сможет сопротивляться ему или пытаться как-то обмануть, но она доставит немало проблем. Однако бросить её здесь он тоже не мог.
— Про дядю соврала, да?
— Соврала, — кивнула босмерка, тряхнув грязными патлами волос. — Про родителей — нет.
Это Габриэль понимал и без разъяснений. Он тяжело поднялся на ноги, стараясь сохранять равновесие, и решил: