Игра по своим правилам (СИ)

— Налицо просчет наших адмиралтейских «стратегов» — будь здесь отряд Скрыдлова, который запоздал с уходом, все было бы решено. Старые крейсера охраняли транспорты, два броненосца сдирали «шкуру» с «Ясимы», и при этом «Сисой» поддержал князя Ухтомского. Ошибки налицо, одна за другой — начальник МГШ Рожественский способен только самые бестолковые планы составлять, флотоводец хренов. Будь моя власть — на Каспий отправил, флотилией командовать, ему там самое место будет!
— А ведь адмирал Того боится получить серьезные повреждения, ваше высокопревосходительство. Очертя голову в бой не бросается, как раньше, что удивительно. Такое ощущение, что не хочет рисковать, словно помощи ему дождаться нужно, а там со всеми силами соберется и выдаст нам генеральное сражение. Бой какой-то вялый, осторожничает самурай.
— Значит, ваша догадка насчет чилийских броненосцев верная, Вильгельм Карлович. Но почему к транспортам нашим не лезут? Тут рисковать надобно, как мы пошли у Бицзыво и Дагушаня.
— Если принято решение об отводе вражеских армий к югу, то мы просто доставляем подкрепление, а не десант. А вот потеря даже одного броненосца сейчас, для японцев недопустима… Есть, ведь попали!
Шестидюймовый броневой пояс слабая защита против 305 мм снарядов. Идущий вторым «канопус», бог знает, под каким он сейчас японским именем известен, стал вываливаться из строя, были видны клубы белого пара, что вырывались из недр корпуса. Или авария, либо двенадцатидюймовый снаряд пробил тонкую броню и ухитрился проломить броневой скос палубы, разнеся в хлам одну из кочегарок.
— Жаль, что котлы не взорвались! Будем добивать⁈
— Обязательно, Вильгельм Карлович! Ваше императорское высочество — вы ведь любите древнегреческую мифологию, как мне помнится. Вот сейчас и будет легендарная схватка ахейцев с троянцами за тело Патрокла!
Алексеев ухмыльнулся, все же англичане строили эти броненосцы для службы на Дальнем Востоке, где серьезных врагов у них не имелось. И в жертву мореходности, скорости и мощного вооружения была принесена броневая защита, способная выдержать обстрел из пушек в восемь и десять дюймов, но отнюдь не из 305 мм стволов, в сорок калибров, которые пробивали даже прочную крупповскую сталь.
— А ведь повреждение у него серьезное, ваше высокопревосходительство — «Ясима» сюда направился, к нам!
— Вот и хорошо, тогда «прадедушке» надлежит вернуться к Ухтомскому — будет трое на трое — схватка равная. Это им не Цусима…
Последнее слово вырвалось непроизвольно — наместник хорошо знал, чем мог закончиться бой эскадры Рожественского с японским флотом. И многократно мысленно проклял всех виновных. Начиная от императора, что послал корабли на убой, при заведомо проигрышной ситуации. Если бы эскадра осталась в Индокитае, то исходящая от нее гипотетическая угроза сделала бы японцев много сговорчивее. И вообще, было бы намного лучше отправить ее весной, дополнительно усилив двумя броненосцами и парой старых крейсеров. В таких случаях в бой бросают все что есть, не оставляя резервов. Нужно было выводить и три черноморских броненосца, напрячь дипломатов всячески, когда стало ясно, что Порт-Артур вскоре падет. А кромк царя и Рожественского виновен он сам — надо было в июле не Витгефта ставить, а самому принять командование, прорвавшись в крепость на миноносце. Пожертвовать «Полтавой» и «Севастополем», и с четверкой новых броненосцев прорваться во Владивосток. А еще…
— Твою мать! Нужно немедленно утопить «британца», у него скорость едва десять узлов! Не уйдет, если дружно навалимся!
Алексеев притопнул ногой по палубе — игр в «поддавки» с появлением «наваждения» у Куропаткина больше не было. Армия и флот почувствовали собственные силы, стали действовать нахраписто, и ошибок практически не имелось — все обрели уверенность в будущей победе, а это самое важное. И хорошо, что они с ним не вмешиваются в дела Макарова и Линевича, дали полную инициативу генерала и адмиралам, а не занимаются мелочной опекой. И успехи не заставили себя ждать — все же Российская империя имеет куда большую армию и флот, чем Япония, нужно только умело воспользоваться этим превосходством, тем более деньги на войну в казне есть, все чрезвычайные расходы провели.
 
— Сюда направились броненосцы Того, а вот крейсера Камимуры разделились! И расходятся в разные стороны!
Алексеев прикусил губу, чтобы сдержать ругань — сейчас Макаров оказался перед сложным выбором. Ведь один из его броненосцев окажется сразу против двух «асамоидов», и тогда возможно всякое. Нужен еще один корабль, чтобы вести бой при равных силах. Вот только где взять этот крейсер прикажите, лишних ведь нет, все сейчас дерутся. Можно отозвать «Россию» и «Громобой», но те, наконец, настигли убегающий отряд Уриу, и сейчас отставшие «Нанива» с «Токачихо» под градом снарядов. Да и «Баян» Вирена с другими быстроходными крейсерами догнал вражеский отряд, и там пошла нешуточная экзекуция обнаглевших макак.
Нельзя их отвлекать от этого занятия, никак нельзя!
— Передать по радио Рейценштейну! Отправить «Буракова», если сообщение не будет принято — приказ «Палладе» немедленно идти на помощь к «инокам». Ничего, с тремя крейсерами Николай Карлович выстоит, если что, на помощь «Алмаз» и «Амур» подойдут — на них 120 мм пушки. А мы навалимся на отряд Того всеми шестью броненосцами, а там Безобразов со своими крейсерами подоспеет. И тогда Камимуре плохо придется, Степан Осипович одну пару уже не выпустит, надо только раз удачно попасть!
Гордость «Страны Восходящего Солнца» — построенная в Англии на китайскую контрибуцию шестерка отличных броненосцев, про которые говорили, что они вышли лучше таких же кораблей, плававших под Юнион Джеком. Но их только полудюжина, в то время когда Россия могла собрать перед началом войны на Дальнем Востоке вдвое больше броненосцев — не семь, а двенадцать, причем исключительно за счет кораблей, что были возвращены с Тихого океана по решению контр-адмирала Рожественского…
 Глава 23 
— Ай, Петр Алексеевич, какой молодец, все видит! К нам отправился на своем «Громобое», оставил «Россию» добивать неприятеля! И правильно — нельзя упускать этих «недомерков»!
Степан Осипович ощерился, впившись взглядом в «Идзумо» и «Токиву», с которыми насмерть вцепились «Пересвет» и следующий за ним «Ослябя». Чуть в стороне шел ожесточенный бой между «Ивате» и «Якумо» с «Победой», к которой вовремя присоединилась «Паллада». Маневр японцев был понятен с самого начала — растянуть русские броненосцы по фронту, а там при удаче либо прорваться к транспортам, или постараться если не потопить, то серьезно повредить из броненосцев тот, что останется одиноким в схватке против двух «асамоидов».
Вот только впервые русские адмиралы действовали в бою самоотверженно, сами проявляли инициативу, как их просили — даже князь Ухтомский по собственному почину отправил за «Ясимой» в погоню «Императора Николая». И что особо ценно — все командиры отрядов не только вели свою схватку, но смотрели за обстановкой и сами старались помочь товарищу.Ведь когда самураи предприняли очередной хитрый маневр, отправив в обход пару «гарибальдийцев», им путь к транспортам преградил флагман Безобразова, к которому поспешил на всех парах «Богатырь», отправленный в помощь контр-адмиралом Виреном.
И как только появится «Россия», что пока топит флагманский крейсер Уриу, «итальянским покупкам» придется полным ходом бежать под прикрытие броненосцев Того — три русских крейсера им будут не по «зубам», как бы не были хорошо забронированные вражеские корабли. Но трое против двух есть трое против двух — к тому же каждый из больших русских броненосных крейсеров имеет в бортовом залпе намного больше стволов, а «Россия» так вообще утыкана двумя десятками 170 мм пушек, что мало в чем уступают восьмидюймовым русским орудиям.
Степан Осипович был настолько увлечен наблюдением за идущим сражением, что флаг-офицеру пришлось говорить громко, чуть ли не кричать, потрясая листком бумаги: