Пенсионер – пионер (СИ)

— От старшего брата. Класс, да?
Ну чем бы дитя не тешилось. Алька, глядя на него, многозначительно хмыкает и подает красиво завернутый в цветную бумагу букет.
— Держи, ухажер. Идите уж!
Мы спускаемся вниз и торопимся к соседнему подъезду. Из знакомого окна уже слышна музыка. Значит, народ подтягивается. Дверь нам открывает сама именинница и застывает в проеме. Да уж, впечатление мы произвели. Я же буквально тону в образе преобразившейся Галки. Приталенное светлое платье выгодно подает выдающиеся формы девушки, волосы завиваются причудливым ореолом, а глаза светятся счастьем.
«Твою налево! Не хватает сейчас влюбиться! Советские девушки самые-самые!»
Спасает Серега, заметив мой ступор:
— Это тебе, с праздником!
— Спасибо!
Глаза девушки вспыхнули. Видать, нечасто ей дарят букеты. Я протягиваю торт:
— И это тебе!
— Мой любимый! — девушка с восхищением берет коробку, а затем неожиданно подскакивает и целует меня в щечку.
— Чего стоим, молодые люди? Проходим, садимся. Привет, Ростислав, — представительный мужчина в пиджаке и галстуке доброжелательно улыбается и протягивает руку. Смотрит на мой галстук с хитринкой в глазах. — А ты пижон! Сергей, тоже проходи по-соседски. Молодцы, парни, не с пустыми руками пришли.
Квартира на первом этаже не чета нашей. И коридор широкий и большая зала вместительная. Никак папа Галки большой начальник? За большим столом уже теснится народ. Пожилая пара сидят в центре, остальные молодежь младше нас. В основном девчонки. Внимательно нас разглядывают. Серега не теряется, здоровается парнями. Наверное, это однокашники Гали или соседи.
— Посмотрите, у нас кавалеров прибыло! Мальчики, не стесняемся, садимся!
По этой женщине понятно, какой станет Галка лет через… Красивая дама в бордовом платье, что выгодно оттеняет золотые украшения приветливо улыбается нам. Но почему-то особенно мне. Серый толкает меня в бок и сгоняет с края стола каких-то мальчишек. Козырное место рядом с именинницей! Нас столе салаты и закуски, бутылки лимонада и морс. Наконец, мама ставит последнее блюдо на стол и выталкивает виновницу торжества в центр комнаты.
Откуда-то появляется папа с маленькой коробочкой в руках.
— Дорогая дочка! Сегодня у тебя особенный день, ты стала совершеннолетней. Пусть и не по всем статьям, но это важный рубеж в твоей жизни. Позволь подарить тебе скромный подарок.
Мама ловко достает из коробочки две золотые сережки и сноровисто развешивает их по ушам Галки. Та довольно рдеет. Я не ценитель ювелирки, но народ дружно выдохнул. Наверное, к золоту в Союзе особое отношение. Мы с Серегой, не сговариваясь, начинает дружно хлопать. По глазам заметно, что папе именинницы это понравилось.
«Овации, переходящие в продолжительные аплодисменты!»
После к Галке выходят бабушка и дедушка и также поздравляют Галину и даже стихами. Я с интересом наблюдаю за интеллигентной парой. Подобные только в кино видел. Как держатся и как говорят! Старая школа! Скорее всего, они со стороны отца Галины. Невольно пропускаю, о чем они говорят, но вижу в руках дедушки серую книжицу. Серый ахает:
— Сберкнижка. Шикардос!
Галина совсем теряется и мило краснеет. Мама осторожно подталкивает её в нашу сторону.
— Доча, садись сюда и поухаживай за гостями.
Мне не совсем нравится этот взгляд, что обращен в мою сторону.
«У родителей точно есть План!»
И в этом плане участвуют наши отцы. Куда они намерены запихнуть меня после учебы и армии? Может, для местных готовящаяся участь и не самая плохая. Наверняка некое теплое местечко в райцентре, квартира не в хрущебе и прочие материальные перспективы для молодой семьи. Многие на такую судьбу согласились бы. Но они не я. Прости Галчонок, я не рыцарь из твоего провинциального романа. Такие гири, как семья, в столицу не пустят.
— Ростик, ты что будешь?
Так задумался, что не сразу сообразил.
— Галка, кидай ему всего и можно без хлеба.
 
Серега ржет на весь стол, ему вторят. Я же перестаю строить из себя скромницу и отвечаю:
— Вот того и мясного. И колбаски!
— Правильно, мужчинам нужно мясо! — мама проявляет инициативу и подает мне мясную нарезку, что важно главенствовала в середине стола. Серый многозначительно хмыкает. Видимо, это дефицит и если мне его подают первым, то это что-то значит.
«Гот демит!»
Но приходится улыбаться и накалывать на вилку кусочки балыка и корейки.
Внезапно перед нами появляются две бутылки с маленькими ярлычками. И буквы на них не русские. Папа ловко работает открывашкой и кивает:
— Вы уже ребята большие, вам можно и не лимонад.
Серый восхищенно ахает:
— Откуда такая прелесть?
— Товарищ оказией с Литвы привез. Темное, у нас такое не варят! Умеют же, сволочи фашистские!
Я чуть с дуру не брякнул, что пиво импортное, но вовремя вспомнил, что Прибалтика была в то время советской. Дед частенько её упоминал в том плане, что прибалты жрали за счет русских в три горла, а все были недовольны. Вот и пиво у них есть хорошее, а у нас лишь Жигулевское. Внезапно начинаю их также ненавидеть. Вот что воздух советский со мной делает!
— Салат у вас невероятно вкусный, — смотрю на севшую напротив нас маму именинницы, но та кивает в сторону Галины.
— Дочка делала. Она у меня и пироги умеет печь.
Галка зарделась, но в мою сторону покосилась, чтобы посмотреть реакцию. Мол, какая она справная хозяйка. В моем времени из-за доставки и обилия кафе и ресторанов, готовка не самое важное в девушке. Вот зачем так близко садиться! Шлейф невероятных по притягательности духов окутывает меня с ног до головы.
— Зато Ростик мой любимый торт достал! Папа не смог, а у него получилось.
Папаша довольно осклабился:
— Представляешь, в кои веки не завезли! Зато молодежь у нас смотри, какая пробивная.
Галка будто бы невзначай касается меня, а родители с довольным видом посматривают в нашу сторону. Как в ветхопамятную старину. Стерпится-слюбится! Того и гляди речь заведут о приданом. И ведь советская власть как раз боролась за равноправие и возможности. Тут за нас все уже решили.
— Молодежь, как пиво?
— Отличное, Григорий Васильевич! Никогда такое не пил.
Ну вот, хоть знаю, как папашу зовут.
— Тогда еще по бутылочке? Таким здоровякам это как компот. Серьезней напитки не предлагаю, сам не пью ничего крепче вина и вам не советую.
— А это ты зря, Гриша, — неожиданно вмешивается дедушка. — Вот как раз для здоровья полезна именно водочка. Пятьдесят в обед и в пятьдесят на ужин.
Бабуля недовольно тычет того вбок.
— Не учи молодежь плохому.
Папа смеется:
— Нина Васильевна, у каждого свой метод!
Мы также много шутим и смеемся. Галка перестает смущаться и хохочет с нами. После был чай и сладкое. Конечно, в центре стола «мой» фирменный торт. Хотя мне лично понравился другой, с нежным творожным кремом. Вслух, разумеется, я этого не сказал. Затем наступил час, когда молодежь посыпала на улицу. Только мы вышли с Серегой на крыльцо, как нас тут же догнала Галка с подругой.
— Ребята, пойдем в кино. Сегодня новую комедию показывают.
Эх, плакала моя сдача! Но не брать же деньги на билеты у девушек. Это вам не Москва будущего, где тамошние феминистки устроят вам срач, если вы пожелаете за них заплатить. Помню, ходило в Инете видео, на котором некая дура поливала в метро мужиков за то, что они по её мнению сидят не так. Ноги широко раздвигают и тем самым делают её душе больно. Вот точно — она больная сука!
Идти было недалеко. Тут все недалеко. Кино катили в заводском клубе. Фильм был новым и народу пришло относительно много. Еле успели купить билеты по двадцать пять копеек каждый. Хорошо хоть мороженое и лимонад покупать не надо. И так все сытые. Вам будет смешно, но фильм был также прибалтийским. «Слуги дьявола на чертовой мельнице». Что-то такое историческое. О борьбе простых трудящихся против захватчиков. Хм, а нет в нем никакого политического подтекста? Или я преувеличиваю? В СССР существовала свобода слова?