Тринадцатый V (СИ)

— Понял, — кивнул я и нажал на кирпич в месте, где осталась рука призрака.
Он почему-то её убирать не спешил, а мне было всё равно. Призраки уже давно мёртвые, от них осталась только душа. А душа и вовсе не материальная. Так что я от трёхсотлетнего мертвеца ничем не заражусь.
Стена задрожала.
— Ох, как бы не обвалилась, — Лесси снова в первую очередь подумала о худшем варианте.
Водился за ней такой грешок в стрессовых ситуациях. Но, как правило, лишь в первые минуты, потом девушка брала в себя в руки и начинала соображать адекватно. В отличие от Маши, которую, казалось, все подобные ситуации только вдохновляют на подвиги.
— Не обвалится, — заверил я.
Видел, что нет поводов переживать. Дрожала только та часть стены, где располагался проход. Двери начали медленно открываться, поднимая в воздух вековую пыль.
Точно, я же забыл Серёге респиратор заказать! Домой к Лесси вернёмся, уже исправлюсь. А сейчас открывается нечто куда более интересное.
Из тайного помещения повалил лёгкий голубой свет. Он озарял зависшую в воздухе пыль. И учитывая, сколько её было, думаю, мне понадобится очистка лёгких после того, как найдём все тайные ходы. Если вообще возможно найти их все.
— Что там такое? Из-за пыли не видно, — спросила Маша и встала рядом со мной.
Ей не терпелось посмотреть поближе. А вот Булочка так не считала, и отошла на три шага подальше от нас.
— Сейчас узнаем, — ответил я и направил свет фонарика от телефона прямиком в проход.
— Это же… — с придыханием начала Света.
— Похоже на алхимическую лабораторию. И она уцелела после аварии.
— Даже склянки светятся.
— Да. Пошли посмотрим, что там сохранилось.
Но только стоило мне сделать три шага внутрь тайной комнаты, как прямо предо мной материализовался призрак. Он набросился на меня и закричал.
Но я всяких призраков повидал и уже совершенно их не боялся. Поэтому сохранил каменное выражение лица. И кричащий призрак остановился прямо возле меня.
Он прекратил орать и застыл в нелепой позе, которая должна была меня напугать.
— И это всё? Спектакль окончен? — ухмыльнулся я.
— Актёр из него так себе, — прокомментировал Макар, наблюдавший за происходящим.
Он не стал толпиться в проходе и просто просунул голову через стену. Как и двое его новых мёртвых товарищей, напрочь привязанных к этому подземелью.
Неизвестный призрак собрался. Посмотрел мне в глаза, хмыкнул и отплыл на пару метров.
— Михалыч! Ты, что ли? — крикнул усатый призрак.
— А, Васёк, опять ты, — буркнул нападавший. — Нашли-таки моё убежище. А ну, убирайтесь! Живо! А то прокляну!
Забавная угроза, учитывая, что призраки магией не владеют.
— Если вы не успокоитесь, то мне придётся вас изгнать прямо сейчас, — со сталью в голосе произнёс я.
Почему-то с призраками угрозы действовали лучше всего. Иной раз живых так смертью не напугаешь, как привидений концом существования.
— Это моё место! И вы не смеете меня изгонять, — забрюзжал нападавший.
Он выглядел как типичный алхимик. Длинная борода, залысины, разорванная мантия. Эту картину украшал монокль на правом глазу, который неизвестно на чём держался.
— Михалыч, ты с господином не спорь, — посоветовал ему бородатый.
— Я сам решу, с кем мне спорить, а с кем — нет, — возразил мёртвый алхимик.
— Ну, если хотите исчезнуть, то продолжайте в том же душе, — спокойно продолжил я. — Думаю, меня хватит ещё ровно на две минуты.
Михалыч поник. Опустил плечи, а его эктоплазма едва не капала на пол, как это любил делать Макар.
— Ай, ладно, — махнул он рукой. — Хотите отнять у меня последнее ценное, что осталось. Пожалуйста.
Выглядел призрак крайне отчаянным.
— Да ничего мы не хотим отбирать. Всегда можно договориться, — озвучил истину Макар.
Он знал, что я не спешил изгонять призраков и как-то им вредить, если они сами того не начинали. Ну, существуют себе и пусть. Мне от этого ни жарко, ни холодно. Особенно если некоторые подопечные не будут по ночам сериалы комментировать.
 
— Договориться? — обернулся ко мне призрак.
— Да. Нам интересно, что осталось ценного в вашей лаборатории. И возможно, мы сможем это использовать в своих исследованиях, — пояснил я.
— Разработках? — глаза у Михалыча загорелись.
— Да. Мы хотим продолжить то, что здесь начали давным-давно. Но на этот раз всё будет иначе. Никто не сможет просто прийти и разрушить место, в которое вложено столько сил и денег.
— Как позвольте спросить?
— У меня свои связи, — холодно ответил я.
— Княжич или виконт? — прищурился Михалыч.
— Князь. Воронцов Алексей Дмитриевич, — ответил я.
Не видел смысла скрывать это от призрака. Он то точно никому не расскажет. Ну, разве что другим призракам. А чтобы эта информация мне как-то повредила, нужно создать целую схему, чтобы сведения вышли на поверхность, и их услышали нужные люди. Да те же журналисты подойдут.
Но ни один учёный никогда не станет заниматься подобным, когда ему предложить новый смысл жизни после смерти.
— Вы молоды для князя.
— А вы слишком мёртвый для учёного. И что дальше? — ухмыльнулся я.
— Дальше? А вы уже нашли… — он запнулся, словно не знал, стоит ли говорить.
— Живой артефакт? Призрачного регата? Кучу тайных ходов? Ловушки? Мутировавших монстров? Озеро концентрата? Вроде ничего не забыл.
— Регата. Он очень важен.
— Нашли. Он давно умер. Но тело осталось.
Алхимик раскрыл рот, а в глаза заблестели. Я уже видел такое у Дмитрия Павловича, когда подкидывал ему новые идеи для исследований.
— Тело регата крайне важно, — повторил Михалыч.
— Как ваше полное имя? Хочу знать, с кем веду столь откровенные беседы.
— Конечно, конечно. Понимаю, что вы мне всё это рассказываете только потому, что я уже не смогу ничего продать. Но знаете, я и при жизни не считал деньги чем-то важным. Мне хотелось найти способ изменить этот мир. Эх, мечты-мечты.
— Имя, — напомнил я.
— А, точно. Береславский Юрий Михайлович. Искренне рад знакомству.
Призрак поклонился как перед тем, кто был выше по статусу. Этот обычай давно канул в лету, но мне было приятно.
Из-за таких мелких моментов я чувствовал свой рост. Я уже не простолюдин, сбежавший из тюрьмы без копейки в кармане, а настоящий князь. С деньгами и влиянием. И со мной считаются даже мёртвые.
— Взаимно. Если вы хотите остаться в этой лаборатории и принять участие в дальнейших исследованиях, то у вас есть две минуты, чтобы доказать свою полезность.
Я специально ограничил время, чтобы создать для призрака стрессовую ситуацию. Иначе он мог ещё час рассуждать. А так ему в голову должно прийти именно то, что понадобится тайному ордену.
Он занервничал, начал плавать по комнате туда-сюда, и уже через три секунды выдал первый вариант:
— Я был лучшим алхимиком своего времени. Достиг вершины мастерства. И мне стало скучно… Я стал изучать запретные знания. Даже трупы научился оживлять с помощью зелий. Без сохранения разума, конечно. Я мог всё, на что только были способны зелья. Но меня поймали и отправили на казнь.
— Смотрю, вас так и не казнили.
— Да. За пару часов до казни в камеру зашёл человек. Имени он не назвал, но предложил сделку.
— Какую?
— Я должен был разработать не просто зелье, а настоящее оружие против регатов. согласился, не думая. Признаюсь, что тогда думал о возможности снова поработать, а не собственном выживании. Так, я оказался здесь.
— Какое это было оружие?
— Концентрат. Мы производили его огромными партиями для самых разных зелий. Заполняли целые бассейны. И вот, наконец, получилось поместить туда регата.
— Хотите узнать результат? — улыбнулся я.
Понимал, что так смогу алхимику радость после смерти. Так зачем отказывать в таком простом удовольствии?